Чтение онлайн

А как же опасность другого рода? Уэйд Фостер пробудил в ней чувства, которые, как она считала, давно успокоились. Когда она входила в его комнату, ее дыхание учащалось, а сердце билось быстрее. Ее завораживала противоречивость этого человека, бурные эмоции, которые бушевали у него внутри. Ее муж и Тай были стоиками, открыто почти не проявляли чувств и с подозрением относились к тем, кто их проявлял. Ради них она научилась обуздывать собственные эмоции, на людях не смела даже взять ни того, ни другого за руку или сказать что-нибудь, что могло смутить их.

А слезы? Никогда.

Тем не менее она знала, что оба любили ее. По-своему.

Мэри Джо судорожно сглотнула. Ей не хотелось вновь переживать, тем более из-за мужчины. Еще одних похорон ей не выдержать, а Уэйд Фостер вел с собой беду на веревочке.

Но выбора у Мэри Джо почти не было. Стояла середина лета. Дождем смыло чуть не весь огород. На ее земле паслось несколько голов скота с клеймом бывших владельцев ранчо. Этой зимой животные сдохнут, если за ними некому будет присматривать. Она потеряет все, ради чего так тяжело работала последние девять месяцев.

Уэйд Фостер, возможно, служил ответом на ее молитвы.

Ей оставалось только надеяться, что он не явится причиной ночных кошмаров.

— Ма, едет всадник.

Голос Джеффа разнесся по всему дому, когда он открыл дверь и прокричал свою новость.

Мэри Джо закончила вытирать последнюю тарелку и поспешила в спальню. Уэйд Фостер сидел на краю кровати, пытаясь натянуть рубашку, которую она оставила для него на стуле.

Было видно, что он раздосадован. Накинув рубашку на плечи, раненый пытался продеть в рукав левую руку. Мэри Джо хотела помочь, но строптивцу это явно бы не понравилось. К тому же рано или поздно ему придется научиться все делать самому, особенно если правая рука будет бездействовать.

На лбу раненого вздулись вены, рот был плотно сжат, пока он в четвертый раз пытался справиться с задачей. Это ему удалось, и глаза его торжествующе заблестели.

— Вы слышали, — сказала она.

— Не нужно меня защищать. Я сам сдамся. Скажете, я вас принудил.

— Кто вам поверит? — спросила она. — Вы и двух шагов не пройдете.

— Я не могу здесь оставаться, — сказал он.

— Вы предпочитаете оказаться на виселице?

— Вы не понимаете, миссис Вильямс, — процедил он сквозь зубы. — На моей совести достаточно загубленных людей, мне не нужны новые. Особенно этот мальчик.

— Сейчас не время спорить. Мы обсудим это позже. Она вышла из комнаты, закрыв за собой дверь в надежде, что упрямец примет во внимание ее слова. Он был совершенно непредсказуем, но она не думала, что он готов навредить ей, а это наверняка бы произошло, если бы сейчас обнаружилось его присутствие. Всем стало бы ясно, что она приютила его.

Она быстро подошла к входной двери. У крыльца спешивался Мэтт Синклер, Джефф неловко переминался с ноги на ногу, загородив собой вход в дом. Мэри Джо стало не по себе: тем, что она скрывала сведения от официального лица, она учила сына лгать. Сознание этого было ей ненавистно. Тем не менее она приняла решение.

— Шериф, — сказала Мэри Джо, — вы уже нашли того, кого искали?

Он покачал головой.

— Нашли лошадь, а больше ничего. Мы полагаем, их было двое, и теперь они скачут на одной лошади. Вероятно, давным-давно покинули наши края. Дождь смыл все следы. Я просто еще раз решил все проверить. Вы так и не встретили в округе чужаков?

— Нет, — сказала она. — Не хотите ли кофе?

— Был бы вам очень благодарен.

— Джефф, напои коня мистера Синклера.

Сын хмуро кивнул и взял в руки поводья. Мэри Джо повела шерифа в дом.

— У меня от завтрака осталось немного печенья.

Шериф хитровато улыбнулся, снимая с головы шляпу.

Это был мужчина с приятной внешностью, умными карими глазами, дружелюбный и не столь молчаливый, как рейнджеры, с которыми она общалась прежде.

— Звучит заманчиво, миссис Вильямс. Я в седле с самого рассвета.

— Никто ничего не видел?

Он отрицательно мотнул головой.

— Вот почему я думаю, что они ушли. Скорее всего какие-нибудь бродяги.

Он стоял, пока она наливала кофе, выкладывала на тарелку печенье и большую ложку джема. Поставив тарелку на стол, она подвинула гостю стул так, чтобы он сел спиной к спальне.

Она понимала, что рискует, но в этих краях было принято гостеприимство. В прошлый раз она ничего не предложила шерифу, и теперь ее волновало, как бы он не заподозрил, что здесь что-то не так.

Она налила себе кофе и села напротив Синклера.

— Какие-нибудь проблемы после бури? — поинтересовалась она, когда шериф доел печенье.

— Берихилы потеряли теленка. Утонул. Часть урожая погибла, — ответил он. — Вы, похоже, тоже понесли урон.

Мэри Джо согласно кивнула.

— Все еще не подыскали себе помощника? Если больше ничего не случится, я мог бы заехать на следующей неделе и помочь вам.

Она помешкала, а потом решительно произнесла:

— Брат Тая обещал ему, что поможет мне, если с Таем что-нибудь случится, вот я и написала письмо с просьбой о помощи. С ним произошел несчастный случай, но он все равно приедет. Поправить здоровье и нанять работников.

Мэри Джо затаила дыхание, но шерифа, видимо, удовлетворило такое объяснение. Здесь все вокруг знали о ее муже и Тае. Шериф кивнул.

— Когда он появится?

— Не знаю. Теперь уже в любой день.

— Что ж, я навешу вас через пару деньков. Узнаю, не нужна ли помощь, пока он не приехал.

— Благодарю вас, — сказала она, пытаясь не замечать интереса в его глазах.

Шериф Мэтт Синклер был хорошим человеком, и она изо всех сил старалась не поощрять его. Он был холостяк, а она одна из немногих одиноких женщин, живущих в этом районе; естественно, он проявлял интерес, но она не хотела больше никаких отношений. Другое дело Уэйд Фостер. Он уедет — об этом он заявил совершенно определенно.

— Вы отлично готовите, миссис Вильямс. Она улыбнулась:

— Спасибо, что заглянули ко мне. Я знаю, вам нужно посетить и другое ранчо.