Чтение онлайн

— Рассказывай дальше.

— Мы набросились на него, — прохныкал Дук. — Он отступил в мастерскую, где лежал старик, случайно перевернул лампу, захлопнул перед нами дверь, заперся. Я сказал Зобу выбить дверь, когда от крюка в ней появились дыры, через них пошел дым. Этому старикашке и стражнику все равно ведь некуда было деться оттуда, мы вышли на улицу, отошли подальше и стали ждать. Загорелся весь дом, крыша упала, все сгорело...

— А что за стражник появился там? — спросил Некрос. — Не такой ли долговязый, с худым лицом, глаза маленькие, подбородок с ямкой? Он капитан, одет побогаче, чем простой стражник...

Жиото вдруг стал биться лбом о пол, что-то шипя.

— Нек, ты же говорил, что этот слизняк и сам видел Геба возле селения? — вспомнил Альфар. — Значит, должен был его узнать. Ты послушай, как он скулит! Ну, точно, так и есть, Геб и был со стариком в том доме! Эй ты, говори, там был капитан? — Жиото не отвечал, и Альфар, подскочив к нему, стал бить тюремщика ногами.

Дук сжался, прикрываясь от ударов, пополз к Некросу. Альфар в ярости прыгал над ним, топча извивающееся тело. Некрос смотрел, как тюремщик подползает к нему. Жиото обхватил чара за щиколотки, рыдая и плюясь кровью из рассеченной губы, стал целовать сапог.

Брови Некроса приподнялись, он переглянулся с Альфаром.

— Погоди, Аль. Дук Жиото, а ты слушай внимательно. Он будет бить тебя, пока ты не скажешь всю правду. Вы должны были прийти туда, узнать у старика, где прячется Владыка, убить, разрезать, спрятать части в мешок, унести и закопать. Оставить только голову и принести нам, чтобы мы точно знали, что Архивариус мертв и не донесет на нас Владыке. Вместо этого ты говоришь о каком-то пожаре, капитане... Это очень плохо, Дук Жиото! Что, если капитан Геб сейчас заявится сюда, захватив всю городскую стражу? И чаров из Универсала — ведь Архивариус служил там.

— Никто не заявится, — прошептал Дук. — Они же сгорели, оба сгорели!

— Откуда ты знаешь? Ты видел трупы?

— Да... нет! Трупов не было, но ведь они оставались заперты в горящей комнате, куда же они могли деться? Они...

— Так почему ты не притащил голову, пусть даже обугленную? — подал голос Альфар, и Жиото, покрепче обхватив ноги Некроса, спрятал лицо, прижавшись лбом к сапогу. — Не зли меня еще больше, тварь! — заорал Альфар.

— Они исчезли, ваша милость! Мы заглянули в комнату, когда дверь уже прогорела и внутри все пылало, — их там не было! Никого не было, только огонь, никаких тел...

Некрос попытался высвободиться, но Жиото держал крепко. Он лежал на животе, лицом вниз, прижавшись головой к сапогам. Аркмастер кивнул брату, и тот сильно пнул Дука ногой. Тюремщик дернулся, перевернувшись на бок, прижал колени к груди. Из-под кресла выбрался Тасси, подошел к Дуку, обнюхал, хрюкнул и удалился обратно.

— Исчезли? — переспросил аркмастер почти ласково. — Ты уверен, Дук? Может, вы не разглядели их в дыму?

— Нет, там никого не было, — еле слышно выговорил Жиото.

Некрос прошелся по комнате, остановился перед Зобом — тот, казалось, не осознавал, что происходит рядом, ничего не видел и не слышал. Чар встал над Дуком и приказал:

— Иди во двор, помойся. Приведи в порядок одежду. Вернись в тот дом. Не попадись стражникам, они могут быть там. Если это так — дождешься ночи, хотя лучше бы тебе прийти сюда побыстрее. Обыщи то, что осталось от дома, это помещение под лестницей. Если ты ошибся, значит, найдешь там обгоревшие трупы. Тогда принеси нам две головы, капитана и старика. Если трупов нет — узнай, куда они подевались. Вернешься и расскажешь все. Тогда я прощу тебя. Мастер Бонзо недавно рассказывал, что почти закончил работу над новым, небывалым приспособлением, — ты ведь не хочешь, чтобы мастер испытывал его на тебе, а, Дук Жиото? Поэтому не пытайся сбежать из Форы. У мертвого цеха везде соглядатаи, тебя увидят, догонят, приведут сюда — тогда Альфар отправит тебя в кузницу, к мастеру. Ты все понял, Дук?

Лежа в той же позе, Жиото пробубнил нечто утвердительное.

— Тогда вон отсюда! — рявкнул Альфар.

Дук перевернулся, упираясь в пол коленями и лбом.

— Иди, — сказал Некрос.

Тюремщик с трудом поднялся, согнувшись в три погибели, проковылял к двери и вывалился из комнаты.

— Во всяком случае, он выяснил, что Владыка у Доктуса, — произнес Некрос, когда Альфар, все еще возмущенно поблескивая глазами, захлопнул дверь за Дуком. — Мы можем напасть на квартал гноморобов?

— С кем? — спросил младший Чермор. — С десятком эдзинов, что остался у меня? Или с тремя десятками тюремщиков? Это же смешно, Нек! Их едва хватает для нужд Острога. А у Доктуса — сотня карл.

— Насколько я понимаю, гноморобы не слишком хорошие бойцы.

— Значит, ты не очень-то хорошо понимаешь. Они вполне способны постоять за себя. В своих мастерских они делают оружие не хуже, а то и лучше, чем цех оружейников. Это невыполнимая задача, Нек, справиться с карлами в их квартале. Тем более там все изрыто норами, карлы хорошо знают их, а мы не знаем вовсе.

— Раз так, надо все обдумать. Октон пошел к Доктусу не только потому, что тот его ученик и друг. Октону что-то нужно от аркмастера. Что?

— Возможно, он хочет спрятать Мир в квартале карл, зарыть в одной из нор? — предположил Альфар.

Некрос покачал головой.

— Едва ли. Любое место в Форе не годится. Легенды о Лабиринте Стихий в недрах Шамбы, возможно, и правда, но и Лабиринт не будет надежным укрытием. Октон не может позволить себе спрятать Мир где-то рядом, ему необходимо отвезти обруч подальше. Он решил, что Доктус со своими гноморобами поможет ему в этом. Если напасть на их квартал нельзя... Значит, мы должны проследить, куда Владыка повезет Мир.

Альфар потер царапину, оставшуюся на его лбу от рукояти меча Хуго Чаттана.

— А помнишь компас, который достался нам от отца? Компас и тот мешочек, что был с ним? Мы еще долго пытались сообразить, какое применение им можно найти...

Некрос задумался.

— Да, — произнес он, наконец. — Мы воспользуемся им. Но как нам... Аль, у нас есть шпионы среди гноморобов?

— Нет. Хотя за кварталом, конечно, следили. И один карла, часто отлучающийся оттуда, привлек внимание соглядатаев. Тогда я не придал сведениям особого значения, но теперь... Брат мой, брат мой! Ты выглядишь по-другому и ведешь себя не так, как раньше. Почему ты столь серьезен и угрюм? Что тревожит тебя?