Чтение онлайн

– А почему же ты тогда, Овечкина, льва на флаге не вышила? Мне из-за твоей самодеятельности болгарская сторона ноту протеста прислала!

Катя покраснела и опустила голову и тихо себе под нос сказала:

– Так он с этим... хозяйством...

– Каким ещё хозяйством?

– Ну тем, что ниже пояса.

Директор несколько секунд сверлил её проницательным взглядом, словно все ещё хотел обнаружить в её душе неприязнь к давней российско-болгарской дружбе, а затем вдруг весело расхохотался.

– Неуч! Темнота! Двоечница! Ты памятник Юрию Долгорукому в Москве видела?

– Кто ж его не видел?

– А маршалу Жукову?

– И Жукову видела.

– На ком они восседают?

– Кто ж не знает - на лошадях.

– Каких лошадях, темнота! Ты хоть заглядывала, что у тех лошадей под брюхом?

Тут Катя Овечкина вспомнила, что вовсе не на лошадях, а на конях восседали великие ратники. Потому что там в деталях было вылеплено то, что она видела у болгарского льва.

– Деревня!
– уже гоготал директор. Он в два шага оказался около книжного шкафа, достал с полки толстенный фолиант и стал быстро его перелистывать.
– Вот иди сюда и смотри. Что это?

– По-моему герб.

– Правильно герб. А кто на нем изображен?

– Бык.

– А что у быка между ног?

– Ясно что, - смущаясь ответила Катя.

Директор снова стал быстро перелистывать страницы.

– А это что?
– ткнул он пальцем в герб города Каинска Томской губернии - Тут тебе и лошадь, тут тебе и бык. А, заметь, с каким достоинством этот бык!

– Да, согласилась Катя, - Действительно.

– Дей-стви-тельно-о-о-о.
– передразнил директор, - Пора понять, Овечкина, что, у самцов не хозяйство, как ты выражаешься, а достоинство! И не зря с этим самым достоинством изображают животных на национальных флагах и государственных гербах! Это символ плодородия и здоровья нации! Понятно тебе, наконец!

– Да, - кротко сказала Катя.

– Так вот иди и доделывай свою работу. И чтоб лев на болгарском флаге был с настоящим достоинством. Поняла?

Ах, как тщательно и аккуратно Катя Овечкина вышивала могущественного льва. И с каким достоинством отнеслась к достоинству.

Болгарская делегация осталась довольна.

1998 г.

СУД ИДЕТ!

– Встать, суд идет!
– на литовском языке сказал литовский судья.

Все встали, и Масюлис тоже встал. С презрением посмотрел на решетку, где находился понурый бандит: готовься, мол, сейчас впаяют тебе на всю катушку...

Молодой, но подающий оперативник Валдас Масюлис в тот раз справился с заданием. Прикинувшись блатным, он смог так войти в роль, что преступник грабитель средней руки - выложил Валдасу, где, как, и когда они пристукнули старуху, сняли с её пальца уникальный старинный перстенек, вывернули карманы и опорожнили сумочку. Старуха та, когда обратилась к Валдасу, очень напугана была, заикалась, но, благо, живой осталась.

Впрочем, речь вовсе не о старухе, а об оперативных успехах самого Валдаса, который раскрутил бандита, заставил его похваляться и записал все показания на пленку.

Но это была первая часть "радио-спектакля" под кодовым названием "Вхождение в доверие". Вторая "полная раскрутка" началась потом, когда Масюлис, выключив маленький диктофончик, скрутил ничего не понимающего преступника, надел ему наручники и притащил в отделении полиции. Нужно было выбивать и остальные показания, как говорят оперативники, по свежим следам.

Хотя и молод Масюлис, но не так прост, как кажется. Треснул по столу кулаком и обращается к преступнику, дескать, если, мать твою, не сознаешься, мля, в остальных преступлениях, ишак потный, всю жизнь сидеть тебе на тюремных нарах, мля буду! А какой язык, вы думаете, лучше всего понимает уголовный элемент. Этот самый и понимает. На этом самом жаргоне и сознавался бандюк во всех своих грехах. А Валдису что: на пленку все записал, да на бумаге запротоколировал. Документик в ад оформлен.

А сегодня счастливый Масюлис даже на суд пришел, чтобы своими ушами услышать, на сколько лет упрячут грабителя за решетку.

Дело было по косточкам, по полочкам все разложено. Как в аптеке. Где напал, как ударил, сколько и чего взял. Только вдруг бандюга ни с того ни с сего заявляет: ничего, мол, я не брал. Старуха упала, я её поднял и она в знак благодарности сама перстень отдала, сама предложила в сумочке покопаться. А то, что в бумагах написано, так это оперативник Масюлис, а потом и следователь выдумали. Чего захотели, честно человека за решетку упрятать.

Судья, женщина видная, с высокой копной на голове, к Валдасу обращается:

– Скажите, гражданин Масюлис, не врет ли обвиняемый.

А Валдас встает, улыбаясь, и просит заветную пленочку на магнитофоне прокрутить.

Милая девушка, работница суда, на длинных ногах к аппарату подходит, вставляет вещественное доказательство в кассетник и пальчиком на кнопку нажимает. И раздается диалог двух мужчин. На нормальном русском языке. С изрядной добавкой всем знакомых жаргонизмов и фразеологизмов. Конечно, все вдруг повеселели, у кого-то даже слезы смеха на глазах появились, но делают вид, что русский язык и эти самые жаргонизмы не понимают. Ага, как же - не понимают. А почему вслушиваются, боясь пропустить хоть одно слово. Да и что там понимать?

– Так перетак и этак, лучше сознавайся, такой-то сякой-то!
– наступает Масюлис.

– А это не хочешь. Вот накося выкуси, - отвечает бандит.

– Ах ты, разэтак. Будешь лизать, кусать, а не сознаешься, то все тебе отрежут.

В конце концов грабитель во всем признается.

В зале даже в ладоши захлопали: так всем понравилось, как Масюлис преступника наизнанку вывернул и доказательства его преступления выбил.

Только на судейской копне не один волосок не дрогнул. Видная женщина такой вид сделала, что ничего из этой записи и не поняла.

– Несколько слов, - обращается она к Валдасу, что по-литовски были сказаны, я, конечно, разобрала. А вот остальное... Почему не на литовском признания? Разве вы не являетесь государственным служащим нашей страны?

– Являюсь, - ещё бодро отвечает молодой Масюлис.

– Так почему же сами нарушаете закон о государственном языке? Да и преступнику не посоветовали высказаться по-литовски?

А бандюк сидить себе за решеткой и только зубы скалит от удовольствия.

– Слов не нашлось, ваша честь, - говорит судье Валдас и виновато опускает голову.