Чтение онлайн

– У тети Наташи Скворцовой, – тут же вставила Катя.

– Так вот, – продолжала я, – когда я шла по лесу, то увидела, как за этой девочкой гонится толпа каких-то подростков. Они стали над ней издеваться, вот мне и пришлось вмешаться. В общем, девочка мне рассказала, что увидела в кустах труп. Мы вместе пошли и посмотрели. Все оказалось правильно: там девушка мертвая лежит. Сразу же после этого мы пошли к вам доложить о происшествии.

Я старалась говорить четко и ясно, этаким протокольным языком. Как составляются протоколы, я знала. Во-первых, мне не раз приходилось сталкиваться с разного рода раследованиями. Бывало и такое, что занимаясь ими, мы с Ольгой невольно выступали то в роли свидетелей, то в роли понятых и даже подозреваемых.

Во-вторых, мой бывший муж и теперешний любовник Жора Овсянников работает старшим следователем УВД города Тарасова, и на работе у него я бывала не раз, и за помощью к нему обращалась довольно часто, занимаясь этими самыми расследованиями. Как-то так получалось, что мы с Ольгой оказывались втянутыми во всякого рода криминальные истории и по разным причинам принимались их раскручивать. Так что с Жорой я наобщалась по его профессиональным делам предостаточно. Может быть, именно поэтому и личные отношения стали помаленьку налаживаться.

Теперь я, выложив все, стала ждать от Прохорова дальнейших действий.

– Так, – сказал участковый и почесал пятерней затылок. Потом еще раз сказал, – так.

Он грузно поднялся с крыльца, прошел в дом и вернулся, надевая на голову старую милицейскую фуражку.

– Пошли, – буркнул он нам. – Понятых по дороге найдем – там обязательно кто-нибудь встретится.

Мы с Катей поднялись и направились к лесу.

– Поля! – услышала я вдруг радостный женский крик и обернулась.

Навстречу мне, раскинув руки для объятий, летела Ольга. Глаза ее были широко распахнуты и радостно блестели.

– Как я рада тебя видеть! – налетела она на меня.

– Я тоже, – осторожно ответила я, обнимая сестру и подставляя щеку для поцелуя.

Ольга обмуслявила мне все лицо и чуть не задушила.

– Послушай-ка, – отстраняясь, спросила я. – А что это ты делаешь в лесу?

– Как что? – искренне удивилась Ольга. – Тебя встречаю!

– Да? Замечательно! – усмехнулась я, чувствуя, однако, как внутри все начинает просто закипать от гнева. – Встречает она меня! Я, между прочим, час назад приехала!

– Да что ты! – ахнула Ольга. – Не может быть! Что, автобус пришел так рано?

– Нет, он пришел вовремя. Просто кое-кто пришел слишком поздно!

– Кого ты имеешь в виду? – насторожилась Ольга.

Во время этого разговора участковый Николай Трофимович Прохоров стоял рядом и недоуменно переводил взгляд с Ольги на меня.

– Полина, я же хорошо помню – ты сказала, что приедешь в двенадцать!

– В одиннадцать! В одиннадцать, я сказала! Вечно ты ничего запомнить толком не можешь!

– Э-э-э… – напомнил о своем существовании участковый Прохоров. – Послушайте, гражданки, может быть, потом отношения выясните? Надо же с делом разобраться!

– Да-да, конечно, – быстро повернулась я к нему. – Извините, ради бога, моя сестра такая рассеянная. Оля, нам нужно идти. тут случилось одно происшествие, мне, похоже, придется выступить свидетелем.

– И вы с нами идемте, – сказал Прохоров. – Понятыми будете.

Ольга, ничего не понимая, переводила растерянный взгляд с меня на участкового.

– Оля, только не волнуйся, – попыталась успокоить я ее. – Там, понимаешь, девушку убили…

Ольга ахнула и прижала руки к груди.

– Боже мой! – только и вымолвила она. – Боже мой!

– Пойдемте! – повторил Прохоров и двинулся к лесу.

Я взяла Ольгу под руку и повела за собой. Катя семенила сзади. Впереди грузно шагал Прохоров.

– Вон там! – указала я на кусты, за которыми видела лежащую девушку.

Прохоров, пыхтя, пролез туда, раздвинул кусты и уставился на труп.

Я с беспокойством посмотрела на сестру.

Ольга стояла белая как полотно. Увидев лежащую на земле девушку, она подняла руку и дотронулась до горла.

– Оля… – я тронула ее за руку. – Ты в порядке?

– Д-да… – как-то вымученно выдавила из себя Ольга и тут же, согнувшись пополам, кинулась к соседним кустам.

Я молча ждала, пока приступ тошноты пройдет, потом увидела, как Ольга, пошатываясь и хватаясь левой рукой за ветки, выбирается из кустов.

Я подошла и протянула ей носовой платок. Ольга послушно утерла слезы. Вспомнив о бутылочке минералки в сумке, я достала и ее:

– Попей, Оля.

Ольга сперва прополоскала рот, потом с жадностью сделала несколько глотков. С благодарностью взглянула на меня.

– Успокойся, Оля, в конце концов, мы с тобой нередко встречались со смертью… – мягко произнесла я и погладила Ольгу по руке.

– Да, конечно, – кивнула Ольга. – Но я все равно никогда не смогу к этому привыкнуть.

Я только вздохнула. Ах, Ольга, слабенькая, чувствительная, эмоциональная… Конечно, мне тоже было жаль эту убитую молодую девушку, но что уж так убиваться-то? В конце концов, она нам никто, мы даже не знаем, как ее зовут.

Участковый Прохоров возился вокруг тела, бормоча себе под нос:

– Подумаешь, какие мы нежные! Трупа, можно подумать, никогда не видали!

– Послушайте! – решительно обратилась я к нему. – Может быть, мы пойдем? Сколько можно нас держать? По-моему, мы свою задачу уже выполнили. Видите, моей сестре плохо!

– Подождите, – остановил нас Прохоров. – Сейчас я ребят из Волжского РОВД вызову, вы им все повторите, они запишут, а тогда уж можете идти.

О, черт побери! Сколько же нам еще здесь торчать?