Чтение онлайн

Сам директор НИИ инструктировал их с Василием, а закончил он свою пламенную речь древним изречением: «Или грудь в крестах, или голова в кустах». Что это значит, они с Василием не поняли, но последствиями напуганы были сильно.

Отправили их на Луну на следующий день первым же туристическим космолётом с Гондураса, не пожалев валюту, так как наши лайнеры все были на модернизации, и когда они оттуда выйдут, никто не знал, а на единственном рабочем «Буран, Вперёд» не могли открутить болт…

И вот теперь, проанализировав обстановку на месте, Иван Иваныч решил завтра осуществить выход в открытый космос к «Бурану Вперёд», который стоял в трёхстах метрах от их станции и не подавал признаков жизни. Экипаж находился внутри, не желая переселяться на Лунную Станцию. С чем это было связано, Иван Иваныч не выяснял, потому что это была не его компетенция и к болтам никакого отношения не имела.

Когда с Василием они прибыли на Луну, их доброжелательно подкинули на луноходе какие-то иностранцы до станции, дав порядочный крюк. Иван Иваныч сначала хотел отказаться, сославшись на отсутствие валюты, но иностранные лунные старожилы, услышав «Рашин», сказали лишь:

– О-о-о … рашинтуристо…. О-о-о, – и чуть ли не силой затолкав в роскошный луноход, привезли на их родную лунную станцию, предварительно сфотографировавшись с ними на фоне лунного ландшафта.

Начальник же Лунной станции встретил их хмуро. Проверил командировочные, а когда прочитал, что они с отдела модернизации, глаза его зло прищурились, и он, странно улыбаясь, ласково спросил:

– Так вы, голуби мои сизокрылые, по модернизации?

Чувствуя всем нутром недоброе, Иван Иваныч, выставив вперёд руки, затараторил:

– Мы спецы только по болтам и гайкам. Если у вас что-то не отворачивается или не заворачивается, мы с удовольствием поможем. А так мы на «Буран, Вперёд» прилетели: чинить будем болт.

Секунду подумав, начальник станции потерял к ним всякий интерес. Кинув на стол ключи от двух кают, равнодушно сказал:

– Всё через дежурного, он на вахте в верхнем «колпаке». Найдёте сами.

Тогда двигаясь по коридору в поиске своих кают и ударяясь о металлические поручни, Василий возмущался таким приёмом. Сейчас же, полетав в невесомости вместе с борщом, они поняли, что личный состав Лунной станции очень не равнодушен к их НИИ «Модернизация» и поэтому старались меньше попадаться на глаза этих «лунатиков».

С такими невесёлыми мыслями Иван Иванович уснул. Ночью ему снились весёлые зелёные лунатики и всякие другие непристойности.

С утра, распаковав свой багаж и достав скафандр, в котором ему предстояло выйти на Луну и пройти триста метров до «Буран, Вперёд», а потом такой же путь назад, он стал внимательно изучать этот модернизированный, а, значит, опасный реквизит.

Особенно его почему-то заинтересовала надпись на спине скафандра. Бормоча про себя какие-то слова, Иван Иванович долго вчитывался в текст. Потом, отложив скафандр в сторону, он крепко задумался, обхватив голову руками …

Придя в смотровой зал, Иван Иванович застал там Василия, который пил чай, пристегнувшись к креслу. Его баул со снаряжением стоял здесь же тоже предусмотрительно пристёгнутый к поручню.

Усевшись напротив, Иван Иваныч, откашлявшись, начал:

– Значит так, Василий. Оперативный план мероприятия у нас изменился, так как нет связи с «Буран, Вперёд». Пойдёшь к ним ты, а я останусь здесь на связи для принятия неожиданных технических решений по болтам. Всё – таки я доктор наук, а ты пока только доцент. Понял?

Василий, которому по большому счёту было по барабану пойдёт ли Иван Иваныч на «Буран, Вперёд» или не пойдёт, согласно закивал головой.

– Ну и ладушки, Василий, – хлопнул в ладоши Иван Иванович:

– Тогда значит распаковывайся, надевай скафандр, проверим сразу связь с тобой и с Богом, топай, а я отсюда понаблюдаю за тобой, подстрахую, так сказать. Вон он «Буран, Вперёд» торчит, как на ладони видно, мигом допрыгаешь, – Иван Иваныч довольно заворочался в кресле, поудобнее устраиваясь, и немного ослабил ремень безопасности, чтобы несильно стягивал объёмный живот.

Василий, отстегнувшись, шустро извлёк свой скафандр, встряхнул его и восхищённо выдохнул:

– Ух, ты! Вот это вещь! А я ведь, Иван Иваныч, никогда ещё в космос не выходил. Теперь будет, что детям рассказать, – Василий нежно разглаживал складки скафандра. Сначала он разгладил его на лицевой стороне, а когда перевернул и хотел разгладить спину, Иван Иванович неожиданно раздражительно сказал:

– Ну что ты копаешься, Василий, одевайся, у нас работа, а не экскурсия!

Но Василий уже увидел на спине крупную надпись с цифрами на английском языке. Он заинтересованно уставился на неё, беззвучно шевеля губами.

Иван Иваныч даже со своего места видел чёткую надпись на спине скафандра «TVOU_MAT_15-28»

Василий поднял глаза и недоумённо спросил:

– Эт чо такое?

Иван Иваныч сделал удивлённо круглые глаза:

– Как это «чо»? Международный стандарт. Маркировка. Написана на международном языке между прочим. Всё по правилам.

Василий немного подумал, переваривая сказанное начальником, потом бросил скафандр на пол:

– «Твою мать» это международный стандарт??? Это может англичане ни хрена не поймут, что здесь написано, это для них, может быть, международный стандарт, а для русского человека это – всё, кранты!

– Что ты несёшь, Василий? А цифры тогда что обозначают? Что? А ну расшифруй мне, грамотей!

– Цифры? – горячо воскликнул Василий.

– Да! 15-28 – это что такое? Как это на твой русский язык переводится?– взвился Иван Иваныч.

А как здесь не волноваться, когда вся командировка была на грани срыва.

И тут Василий засомневался. Значение цифр он объяснить не мог. Опустившись в кресло, он мучительно соображал. Все математические страдания были написаны у него на лице. Потом, отчаявшись, он спросил: