Мой одержимый босс
Шрифт:
Не получается!
Я и в холодной воде, и в горячей. И мылом блузку обильно поливаю!
Ариша…
Как же ты подставила маму, Лучик мой…
Поднимаю голову и громко вздыхаю, смотря в отражение.
И тут же застываю, приоткрыв рот.
Э…
– А как ты?.. – слетает с уст, когда вижу Назара.
Спокойно стоит в комнатке, опираясь плечом о душевую кабину. Осматривает меня со спины. Иногда взгляд летит в зеркало, окидывая живот, грудь.
Быстро прикрываюсь руками, роняя рубашку прямо в раковину.
– Убери. Не порти мне вид.
Глава 11
Не портить ему вид!
– Ты как вошёл? – я не сошла с ума. Щеколду задвигала.
– Дверь новая, – усмехается. – Пришла с браком. Открывается снаружи.
Он что, двери на Алиэкспрессе покупает? Нормальных нет?
– А ты не подумал, что если я закрылась, то входить нельзя?
Снова окидывает меня взглядом. Да что уж говорить – он его и не отводил. Стоит, сверлит мою шею, рассматривая маленький кулончик. Подарок от Жени. Благо, грудь я прикрыла руками. А то и туда пялился бы.
– В жизни бы в голову не пришло.
Да что вы говорите!
– Выйди, – говорю строго.
– Это моя ванна.
Конечно, он прав, но…
– И что?
– И если кто и может прогонять отсюда, то только я.
Снова уголки его губ лукаво несутся вверх. Назар совершенно не умеет прятать улыбку.
– Далеко уйдёшь без рубашки? – задаёт неожиданный вопрос.
– Пф, – фыркаю. Хватаю пиджак. Надеваю на голое тело и буквально на несколько секунд даю ему полюбоваться грудью. – Значит, пойду без неё.
– И без штанов? – брови вверх летят.
Смотрю на белые брюки. Так они нормальные…
За спиной Назар подаётся вперёд. И ягодицу обжигает ощутимая боль.
Он!
Меня!
Ударил!
По попе!
И ведь специально! Не сожалеет! По глазам вижу! Победно возвращается в своё прежнее место.
– Да ты!..
Договорить не успеваю. Он поднимает ладонь, которой только что шлепнул меня.
О, нет…
Испугано поворачиваюсь к зеркалу задом.
Он издевается!
– Ты что наделал?.. – тихо слетает с губ. На белых брюках отчётливо виднеется красный след от его пятерни. – Это же не отстирывается!
– Жаль, – обман так и льётся из его уст.
Тихо вздыхаю, пытаюсь не взорваться.
Отлично. У меня ни рубашки, ни штанов.
– Я не буду работать в таком виде, – ставлю его в известность. – И сейчас же еду домой.
– Не едешь. Пока ты заключена в этой комнате.
Заключена?!
Зло оборачиваюсь.
– Выпусти меня, и я уйду.
– Не хочу, – легко пожимает плечами.
Как ребёнок!
– Тогда уйду сама.
Делаю шаг вперёд.
Назар ладонь испачканную снова поднимает.
– Ещё шаг, и ты останешься без пиджака.
– Ничего, я сразу домой поеду, – снова маленький, но уверенный шаг.
– Зачту тебе прогул.
– Засчитывай. Мне всё равно. Знай, что две недели отрабатывать я не буду. Я уже написала заявление. И никто не заставит меня здесь остаться!
Правда… Я же в минусе буду. Статья восемьдесят один. Если Айдаров начнёт брыкаться, мне трудовую книжку могут испортить. И я не знаю, что хуже… Что меня не возьмут на другую должность из-за статьи за прогулы, или из-за отсутствия опыта работы, если заведу новую книжку.
Нельзя в любом случае прогуливать!
Неужели отрабатывать придётся?
Я не могу рисковать. Деньги нужны. Всё же у меня дочь есть, которую кормить надо. На родителей надеяться не хочу. Особенно когда у них и так проблемы.
– М-м-м, – Айдаров задумчиво тянет. – Примерно час назад, когда моя сотрудница опоздала на работу на четыре часа, я ввёл новое для неё правило. Один прогул, и…
Ставлю руки по бокам. И что он мне сделает, а? Статья?
Блин…
Если подумать, я вообще не в выигрышной ситуации.
– Я вынужден буду преподать ей хороший урок, – в глазах искрится огонёк похоти, озорства и игривости. В тёмной глубине уже мелькают картинки, где он приказывает мне больше не шалить… – Поняла сама? С ремнём, на столе…
Зачем я это представляю? Почему эти безумно развратные кадры появляются в голове? Потому что такое уже было. Правда, без ремня. Но помню, как он разочек наказал меня за то, что я накосячила. Пообещал сделать это снова, когда я решу, что мы не на работе, а в детском садике.
Поиграть я любила. Легкомысленная студентка, да.
Помню, как встать не могла. Ноги дрожали, а между ними болело ещё несколько дней. Постарался на славу! Ещё и тогда так отшлёпал меня…Благо, синяков не осталось, прошло всё быстро.
– Вспомнила? – скрещивая руки на груди, ехидно смотрит.
– Я поняла, – выдавливаю из себя. А сама не понимаю, почему сердце глухо стучит в груди – и жарко становится. Неужели температура поднялась после вчерашнего дождя? – Буду ходить на работу исправно. А теперь… Я пойду.
Куда с грязным задом? Сейчас что-нибудь придумаю.
Делаю ещё один шаг. Айдаров зачем-то снимает пиджак. И в ту же секунду хватка на талии появляется. Нет… Только не мой белый пиджак… Мне теперь весь день, как идиотке, в краске работать?
Эй, стойте-стойте!
Меня тянут в сторону и тут же вбивают в стенку душевой кабины. Тяжёлое тело нависает надо мной, лишая возможности пошевелиться. Двинуться не могу.
Да что же такое!
Вдохнуть не в силах даже. Дурманящий аромат мужского одеколона врезается в ноздри.