Чтение онлайн

Чуть поодаль стояла симпатичная плотная девушка лет 18, в чёрной олимпийке с белой надписью «Belgium» на спине и красно-жёлто-белым флагом с вертикальными полосками на рукаве. Волосы у неё были заплетены в сложную красивую причёску: с двух сторон головы через виски шли две косички, а через макушку ещё одна, и все три сзади сплетались в пучок. Из-под чёрной олимпийки выглядывала очень миниатюрная юбочка с градиентным розово-красным цветом, да ещё и с вырезом на бёдрах. Блин… Это же при каждом движении трусы будет видать! Девушка развернулась, увидела Людмилу и тоже приветственно помахала ей рукой. Похоже, она тоже знала её. Кто это? Луна Хендрикс? Похоже на то. Две её самые сильные соперницы! Остальные девушки тоже, увидев Люду, поприветствовали её.

— Для разминки на лёд приглашается последняя группа участниц, — объявила женщина-информатор. — На разминке находится: Линни Сидер, Финляндия; Нина Петрокина, Эстония; Линдси ван Зундерт, Нидерланды; Луна Хендрикс, Бельгия; Арина Стольникова, Россия; Грейси Сильвер, США.

Инклюзивный волонтёр открыл калитку, и первой выпрыгнула на лёд финская фигуристка: миниатюрная блондинка в белой олимпийке с чёрным платьем. Следом стали выходить остальные фигуристки, выстраиваться в ряд, приветствуя аплодирующих зрителей.

Люда вышла по очереди после Луны Хендрикс, встала в отведенном месте и окинула взглядом арену, подметив, что, когда информатор назвала ее имя, зал встретил его бурными овациями, намного более громкими, чем одарил других фигуристок. Впрочем, когда последняя вышла на лед, Грейси Сильвер, ей аплодировали точно так же — девушка в свои 20 лет считалась чуть ли не ветераном мирового фигурного катания, и ее появление на арене всегда вызывало большой ажиотаж.

— Объявляется пятиминутная разминка, — объявила информатор.

Люда решила во время разминки на рожон не лезть: лёд скользкий, как говорят фигуристы. Поэтому покатила против часовой стрелки вдоль бортов, несколько раз переменила направление движения с помощью моухоков и чоктау, потом, почувствовав, что разогрелась, подъехала к тренеру и сняла олимпийку. Стало жарко…

На арене царит идиллия. Негромко играет музыка, какой-то ненавязчивый современный эмбиент. Зрители сидят, переговариваются, одновременно наблюдая за фигуристками. Дети кое-где взявшись за поручни, развлекаются прыжками и мелкими пакостями. Одна мамочка, ничуть не стесняясь, под аплодисменты стала кормить грудью куксившегося младенца. Впрочем, аплодисменты и так раздавались довольно часто, когда фигуристки исполняли прыжки и удачно приземляли их.

Люда прыгнула двойной аксель и тройной тулуп. Все прыжки получились хорошо, но по-рабочему, без изысков. Сделала их без сложных выездов, так как нужно было следить за другими фигуристками, чтобы не въехать в кого-нибудь. Соперницы, как она заметила, тоже прыгнули по паре простых прыжков и на этом практически бросили раскатку, начав пробовать исполнять вращения. Люда тоже исполнила прыжок во вращение через бедуинский.

— Разминка закончена, просьба спортсменкам покинуть лёд, — сказала информатор.

Фигуристки стали подтягиваться к калитке и выходить со льда. Люда вышла последняя, потому что никогда не любила толкаться. Надев чехлы, взяла у Бронгауза олимпийку, сделала из бутылки пару глотков и остановилась в ожидании, что скажет тренер.

— Как разминка прошла? — спросил Бронгауз.

Вопрос был лишний, так как тренер сам видел своими глазами, как прошла разминка, но что-то же надо было спрашивать, так же как и что-то надо было ответить на этот вопрос.

— Нормально, — ответила Люда и слегка попрыгала. — Мышцы нормальные.

— Хорошо, немного переведи дух, потом в половину первого подойдёшь в тренажёрный зал, там сделаем ещё одну лёгкую разминку, чтобы мышцы размять, — сказал Бронгауз.

Люда кивнула головой и отправилась в раздевалку. Больше идти было некуда. Сашки там уже не было, наверное, ушла на трибуны. Посидев в раздевалке на скамейке, немного отдохнув, и нанеся неброский макияж, Людмила отправилась в тренажёрку. На этот раз там были все фигуристки, выступавшие в конце последней разминки: Грейси Сильвер, Луна Хендрикс и Линдси ван Зундерт, среднего роста стройная фигуристка лет 17, в ярко-оранжевой олимпийке с крупными белыми буквами «Netherlands». И все они были без коньков. Люда тоже сняла коньки, чтобы ноги немного отдохнули. Попробовала попрыгать в кроссовках, чтобы почувствовать отдачу икроножных и бедренных мышц — результат нормальный.

— Давай ноги немного растянем, — предложил Бронхаус. — У тебя программа довольно энергозатратная по работе ног.

Люда согласно кивнула головой, подошла к шведской стенке, взялась правой рукой за перекладину и начала делать размашистые движения ногами вперёд-назад, потом аттитюды в стороны. Когда почувствовала, что ноги хорошо размялись, стала бегать по периметру, вдоль стен. Зарубежные фигуристки делали примерно то же самое. Вся работа тренеров заключалась в наблюдении за своими воспитанницами и конкурентками. Никаких разговоров не слышно, это работа втихую. Скорее всего, даже не работа, а просто способ скоротать время.

Немного разогревшись, Люда уже сбросила темп тренировки и стала больше наблюдать за соперницами. Грейси Сильвер сняла олимпийку, и не зря — у неё было очень красивое платье. Красное, даже алое, со сложными золотистыми узорами на груди, которые поразительно напоминали нечто русское, но не совсем. Скорее такое, когда русский стиль видится иностранцам. Рукава у платья были длинные, но сделанные из бифлекса телесного цвета, по которому змеились красные линии. У Люды закралось подозрение, что Грейси будет кататься под «Жар-птицу» Стравинского. Это было бы любопытно посмотреть! Ведь в своем времени, перед тем как попасть сюда, у Люды короткая программа тоже была «Жар-птица». Конечно, платье у ней не такое красивое, как у Грейси, но Люде оно очень нравилось.

У Луны Хендрикс платье было на грани приличия и правил фигурного катания. Люда внимательно принялась рассматривать бельгийку. Ладно там юбка, которая действительно, больше походила на тряпочку размером с носовой платок, но само платье, оно смотрелось очень и очень невесомым! У девушки голые руки и спина, без бифлекса телесного цвета. Очень смело в таком кататься! Судьи могут поставить штраф: минус балл за слишком откровенный костюм с голой кожей.

Впрочем, девушке было 18 лет, чего стесняться… В таком возрасте как раз и делают попытки эпатажа и даже некоего протеста и желания запомниться. Во всяком случае, Люда была уверена, что Луна Хендрикс запомнится зрителям, да и фигуристкам очень хорошо, ведь это только самое начало сезона, и фанаты фигурного катания по всему миру придирчиво смотрят за своими любимицами, под какую музыку они будут кататься и в каких платьях выступать.