Чтение онлайн

— Известно, что в Манадзуру добывали обсидиан, — сообщил Сэйдзи.

— Откуда ты знаешь?

— Да так, почитал на досуге. Это место, похоже, не дает тебе покоя, и я стал думать о нем. В эпоху Дзёмон люди использовали обсидиан для изготовления оружия и украшений. Тогда он считался ценной породой. Разве вы не учили это в младшей школе?

— Я забыла, — пролепетала я, Сэйдзи засмеялся. Картина, где он изучает книги, думая обо мне, даже когда меня нет рядом, показалась мне странной. А ведь когда-то мысль о том, что он не может принадлежать только мне, даже сердила меня. Но всё меняется. Чувства и отношения тоже. Теперь Сэйдзи стремился сблизиться со мной. Но чем ближе он становился, тем сильнее мне хотелось отдалиться от него. Или же, наоборот, быть к нему настолько близко, насколько это возможно. Я не желала ни того, ни другого. Самое лучшее — оставить все, как есть.

— Давай поедем вместе. В Манадзуру? — предложил Сэйдзи.

— Как насчет июля?

Я вспомнила наказ женщины. Понимая, что не стоит придавать особого значения словам моей преследовательницы, я тем не менее никак не могла выбросить их из головы.

— Значит, в июле… — раздумывал Сэйдзи. — Попробую подстроить свои планы. Подожди немного, и тогда я смогу сказать, получиться у меня поехать или нет.

После этого он сразу ушел. Когда Сэйдзи покидал меня первым, он делал это решительно, без колебаний. Если же я собиралась домой раньше него, он всегда выглядел расстроенным.

Приближались экзамены Момо. Июнь был на исходе.

— Пойду заниматься в библиотеку, — ненадолго заглянув домой, предупредила Момо и снова засобиралась к выходу. Её кожа за этот месяц стала ровной. Она менялась прямо на глазах. Возможно, причиной этим превращениям был кто-то. Может быть, мальчик, а может быть, девочка. У Момо появлялись новые, неведомые мне части, их становилось все больше и больше. «Не показывай мне то, чего я не знаю, Момо. Оставь меня в моем неведении навсегда», — мысленно умоляла я.

Момо ушла, помахав рукой на прощанье. Ощущая вялость во всем теле, я поплелась в свой кабинет.

Не успела оглянуться, как на дворе уже стоял июль. В середине года время бежит намного быстрее, чем в его начале или конце.

«Долгожданный подарок лучше, чем неожиданный сюрприз. По моему мнению», — пришли на память слова Момо. Все же я не услышала от неё, о чем она мечтает. Так и не узнав этого, я с удивлением обнаружила, как быстро пролетело время. Пришел июль и принес с собой яростную жару. Гортензия в нашем маленьком садике, которую бережно лелеяла мама, завяла. Погибли не только цветы, но даже стебель и листья пожухли и стали коричневыми, как мы не поливали и не удобряли растение, всё оказалось бесполезным, спасти его не удалось.

— Как жарко, — пожаловалась Момо. — Если хорошо сдам экзамены, купишь мне парочку летних платьев? — попросила она.

— Помнишь, ты как-то говорила, что мечтаешь о подарке? Так это платья? — поинтересовалась я. Момо в раздумье склонила голову.

— Нет. Мне кажется, это что-то не такое простое.

— Завяла. Как печально! — расстроилась мама. — Должно быть, гортензия не выносит зноя. А я жары не ощущаю. Совсем старухой стала, тело уже ничего не чувствует.

Мы решили втроем съездить в ботанический сад. Специально приготовили бэнто для пикника. Омлет с макрелью. Густое рагу из говядины с сиратаки и вареные бобы. Морковный салат, а к нему рисовые колобки. Бобы варила Момо.

— Как закипит, сразу выключай огонь, — напомнила мама.

— Знаю. Они быстро варятся, поэтому их надо сразу достать из воды, правильно?

Шумя и болтая, мы с увлечением готовили закуски.

В глубине ботанический сад превращался в настоящий лес. Укрывшись от солнца под сенью деревьев, тихо гуляли отдыхающие. Момо подняла с земли большой опавший лист, он был еще зеленым. Его стороны сплошь испещряли мелкие прожилки.

— Какой подробный узор, — промолвила Момо.

— Именно подробный, а не мелкий? — засмеялась мама.

— Угу, ужасно подробный, — Момо пристально разглядывала поверхность листа.

Для пикника мы выбрали местечко неподалёку от того, где Момо нашла листок. Мы разложили подстилку и, разувшись, все втроем устроились на ней. Через покрывало ощущалась исходящая от земли прохлада. Видимо, здесь всегда царила тень.

— Как жарко, — неожиданно пожаловалась мама.

— Но тут довольно прохладно, — отозвалась Момо. Она находилась рядом со мной, однако её голос прозвучал каким-то очень далеким.

— Дома намного жарче. Странная ты, бабуля, — покачала головой Момо. Голос становился все дальше и дальше. Вдруг я почувствовала опасность. Но кого подстерегала опасность: Момо, или меня, а может быть, маму? Этого я не знала.

В тот день, однако, ничего не произошло. Захватив пустую коробку из-под бэнто и «подробный» лист, мы на автобусе приехали домой. И ещё до поздней ночи веселились, как ни в чем не бывало.

Обмануло ли меня предчувствие? И опасность мне только почудилась? Но сейчас мне кажется, что оно всё-таки реализовалось. Пропала Момо. Когда на часах стукнуло уже девять вечера, а домой дочь так и не пришла, я побежала в библиотеку. Она была давно закрыта, более того, я обнаружила, что она заканчивала прием читателей ровно в шесть, намного раньше, чем говорила мне Момо, которая каждый день возвращалась позже половины восьмого.

«Библиотека работает с 9 ч. утра до 6 ч. вечера» — каждый иероглиф на табличке был подписан азбукой, видимо, для того чтобы даже маленький ребенок смог прочесть её.

Сразу стало понятно, что Момо с самого начала уходила по вечерам не в библиотеку. На секунду я пожалела, что не купила Момо мобильный телефон. Но тут же подумала, что это вряд ли бы помогло мне. Наверняка, она не стала бы брать трубку.

«Куда она могла пойти?» — в голове не было ни единой мысли. Прибежав опять домой, я позвала маму.

— Как же теперь быть… — вяло пролепетала она. Я хорошо знала, что её безучастный тон был не следствием равнодушия, а оцепенением в критический момент. «Маму сейчас просить бесполезно», — поняла я.