Шрифт:
Пролог
Сегодня в библиотеке было на редкость спокойно. Обычно студенты с утра до вечера толпились между стеллажами, каждому было надо что-то свое и каждый шел в нужную ему сторону. С тех пор как два года назад неподалеку открыли Первую Демоническую Академию, отбоя от молодежи, жаждущей получить знания, не было.
Бедный библиотекарь первое время с ног сбивался. Уже порывался чуть раньше времени отправиться на покой. Пока не начали приходить просьбы от студентов о приеме на работу или, хотя бы, на стажировку.
Престарелый демон выдохнул с облегчением, взяв на подработку троих бойких мальчиков, и назначил между ними смены, а себе взял самое спокойное время.
В эту ночь все демоны, где бы ни находились — пировали. Праздник Лунного созвездия отмечался каждый год. И этот не стал исключением.
Хотя в последнее время в столице было довольно много беспорядков в связи со слухами о скорой смене Владыки. Все равно, каждый демон и демоница, прихватив своих детей, отправились в центр города на большую ярмарку, которая будет длиться еще четыре дня. На постах остались лишь охранники и некоторые заведующие своими заведениями, в ожидании, что в любой момент к ним могла завалиться подвыпившая компания.
Вот и старый любитель книг сидел в своей библиотеке совсем один. И вовсе ему не было скучно. Он отпустил своих молодых помощников развлекаться на все праздники, зная, что, никто в эту пору сюда не сунется. Провести несколько вечеров с чашкой ароматного настоя и в окружении желтоватых страниц было для него самым настоящим раем.
Библиотекарь сидел, откинувшись на спинку удобного кресла и уже собирался закрыть оконченную книгу, чтобы взяться за следующую, как услышал неясный шорох. Он поднял голову и прислушался. Вокруг стояла тишина — только за окном были слышны отголоски праздника на главной площади.
Старик решил, что ему показалось, и вновь опустил взгляд на книгу. Однако в этот момент позади него вырос высокий, темный силуэт. Бедный старик даже не успел ничего понять. Отрезанная одним молниеносным движением голова упала к его собственным ногам. Открытые и уже мертвые глаза взирали на высокие черные сапоги, которые направились в закрытую секцию библиотеки.
Глава 1
Боже! Ну сколько можно! Учительница немецкого уже которое занятие подряд повторяла одно и то же! Марине это давно надоело.
Поступив на первый курс ветеринарного факультета, она была по-настоящему счастлива. Она подала оригиналы документов только в одно место — и прошла. Конечно, в этом не было ничего такого. По всем критериям она проходила, так что особого повода волноваться не было, но это все равно не мешало ей гордиться собой.
Это было так трепетно, в который раз открыть сайт университета, в ожидании списка поступивших, и, наконец, увидеть там свое имя.
Она сразу обзвонила и обрадовала всю родню: всех бабушек и дедушек, дядей и теть, а у нее их было бесчисленное множество, и со всеми она общалась. Она позвонила и немного поболтала со всеми, поделившись радостной вестью, и с удовольствием выслушала все поздравления и напутствия на будущее.
На каждое первое занятие она шла с приподнятым настроением. Ей казалось, что она начала новый этап в жизни, что она теперь взрослая и самостоятельная. И все в ее жизни теперь поменяется. Хотя особо меняться было и нечему, и не то, чтобы она была чем-то недовольна.
Она всегда была желанным ребенком, особенно после тяжелых родов и новости, что ее мать больше не сможет рожать детей.
Марина росла в тепле и любви. Родители в ней души не чаяли, хотя и сильно старались не баловать.
Худо-бедно, но она считала, что выросла вполне адекватной девушкой и хорошей дочерью. Марина обожала родителей и готова была бросить весь мир к их ногам.
Иногда общаясь в школе со сверстниками, она недоумевала, что могло твориться в их головах. Вроде возраст один и тот же, но большинство вели себя не только как дети — многих она действительно считала глупыми, потому что их поступки просто выходили за грань ее понимания.
Например, в девятом классе ей очень нравился Леша Фролов. Он был высоким и смешливым. Заводила и душа компании. В принципе, Марина тоже была такой, но в его присутствии она робела и боялась даже рот открыть. Хотелось просто стоять и смотреть на него. А когда их глаза встречались, ее сердцебиение, казалось, мог услышать каждый, кто находился в пределах города.
И хотя она не была стеснительной по натуре, признаться ему в своих чувствах не решалась. Уж очень боялась быть отвергнутой, ведь видела, что не она одна на него засматривалась. Поэтому она молчала. Девушка не рассказала о своей симпатии даже лучшей подруге Белке.
Но в один день все изменилось. Леша в тот день не подготовил домашнее задание к уроку географии, и, как назло, к доске вызвали именно его. Вместо того, чтобы извиниться и сказать, что не подготовился, он нагло ответил учительнице преклонных лет, что не хотел выходить.
В то время как большая часть класса тихонько посмеивалась и ждала, как же все будет развиваться дальше, Марина была в шоке. После того как учительница попеняла ему, а после и пригрозила кабинетом директора, зарвавшийся школьник жестко нагрубил ей.
Марина поняла, что больше не хотела иметь с этим человеком ничего общего. Так же, как и с идиотами, которые смеялись над смутившейся и растерявшейся женщиной.
Ей самой не нравились некоторые предметы, а зубрежку она вообще терпеть не могла, она просто не могла долго усидеть на одном месте. Но папа часто повторял ей: «Учителя приходят и зарабатывают на кусок хлеба своим семьям, они выполняют свою работу, и ты должна уважать их труд, ведь ты им пользуешься. Если ты не будешь уважать людей вокруг, то и к тебе будут относиться также».
Тогда, смотря на своих неблагодарных, жестоких одноклассников, она поняла, что ни за что не окажется на месте этой женщины, и будет общаться только с теми, кого считает равными себе, чтобы они относились так же в ответ. Она не пожалела о своем решении ни разу. Сейчас у нее была всего одна близкая подруга и парочка одногруппников, с которыми она иногда общалась.
Белла Жакирова, для друзей просто Белка, была самой рассудительной девушкой на свете. Если Марина не могла с чем-то разобраться, она тут же звонила подруге, и та, оценив ситуацию, буквально в считанные минуты могла выдать самое рациональное решение.