Чтение онлайн

И тут приехал руководитель Совета безопасности – и на свет появился Дагестанский договор.

– Я подписал договор, потому что не хотел, чтобы русских солдат вели по Грозному, как немцев по Сталинграду! – заявил он.

Врал. Все врал. Это был не договор, а капитуляция все еще великой страны перед озверевшими бандитами, развязавшими эту кровопролитную войну. Позорная капитуляция. Потом началось совместное патрулирование города федералами и бандитами. И бегство войск – уже позже. И фактическое признание независимости бандитской республики…

…Ротный тряхнул головой, как бы освобождаясь от наваждения. Ему не хотелось вспоминать то время. «Главное, чтобы здесь не повторилось то, что было там, в Чечне», – подумал он и посмотрел в окно.

Проехав мимо пустого поста ГАИ, «бобик» остановился на самом въезде в город.

– Дальше пешком! – открывая дверь, сказала Лана.

Когда вся троица проводила глазами удаляющуюся машину, Федор поинтересовался:

– Почему нельзя было доехать до места назначения?

– А что вы скажете патрулю, который вас остановит для проверки документов? Скажете, что приехали забрать контейнер, в котором находятся секретные разработки? Мы здесь на нелегальном положении, поэтому любые нежелательные встречи исключены, – напомнила девушка и, показав рукой в маленький переулок, сказала: – Нам туда. Если кто-то попытается вступить с нами в разговор, просто молчите. Представьте, что вы немые.

Спецназовцы покорно кивнули в ответ.

Все трое были одеты в удобную гражданскую, ничем не выделяющуюся одежду. В столице Киргизии – да как, наверное, и в остальных городах подобных республик – строгие национальные обычаи не имели такой силы, как в малых селениях. Девушки здесь ходили и в джинсах, и в коротких юбках, так что Лане не пришлось наряжаться в паранджу, а Роману и Федору – надевать длинные халаты и тюбетейки. На спецназовцах были надеты черные джинсы, кроссовки на толстой литой подошве и болоньевые куртки, под которыми нельзя было угадать спрятанное оружие. На девушке были светло-голубые джинсы и короткая черная кожаная куртка. Руки бойцов были свободными, все снаряжение спрятано в специальных карманах. Такую одежду несколько лет назад стали шить специально для таких вот операций, когда требуется выполнять поставленную задачу в городских условиях и не привлекать к себе внимание. Обычная на первый взгляд одежда имела множество особенностей, начиная от вшитых в нее специальных пластин на жизненно важных местах и кончая скрытыми карманами, в которых хранились необходимые вещи.

На улице, по которой двигалась группа, не было ни одного человека. И хотя это был частный сектор, во дворах которого всегда происходило какое-то движение, сейчас повсюду стояла гробовая тишина.

– Такое ощущение, что весь город вышел на демонстрацию, – произнес Федор, повертев головой по сторонам.

– Отчасти так и есть, – ответила Лана. – Этот маршрут был выбран не случайно. Здесь проживают в основном коренные жители республики, и именно они больше всего недовольны правлением президента, которого сами же и выбрали, – объяснила девушка.

Неожиданно из-за поворота вывернула милицейская патрульная машина, и Лана скомандовала:

– За мной!

Через секунду она с легкостью перепрыгнула забор. Переглянувшись, спецназовцы последовали ее примеру. Оказавшись за забором, все трое замерли и прислушались. Было слышно, как машина остановилась буквально в двух метрах от того места, где находилась группа. Послышались разговоры милиционеров, но разобрать, о чем они говорили, не представлялось возможным. Они переходили с киргизского на русский и обратно. Забор был высокий, из плотно сбитых досок, поэтому проследить, что делали милиционеры, было нельзя.

Послышался звук открывающейся двери, и ротный потянулся за пистолетом, но Лана перехватила его движение, дав понять жестом, что делать этого не надо. Ротный показал глазами, что понял, но руку с пистолета не убрал. Послышались шаги, и спустя минуту все трое услышали журчание. Один из милиционеров мочился с той стороны забора. Когда машина наконец-то удалилась, ротный обратился к девушке:

– Что это было? Тебе удалось понять, о чем они говорили?

– Конечно. Этот милицейский патруль охотится за мародерами, но так как у нас в руках ничего не было, менты решили нас не преследовать. Милиция тут такая же, как и везде, – ленивая. На будущее хочу сказать, что, если все-таки нам придется столкнуться с местными представителями власти, по возможности надо постараться обойтись без применения оружия. Или вас не учили нейтрализовывать противника без подручных средств? – Девушка перевела взгляд с ротного на Федора.

– Что дальше? – спросил капитан, не отреагировав на подкол девушки.

Лана достала карту и, развернув ее на коленях, еще раз провела пальцем по всему маршруту, который им предстояло проделать.

– Сейчас нам необходимо как можно скорее оказаться в центре города и, слившись с толпой демонстрантов, попасть вот сюда. – Она обвела своим тонким пальчиком небольшое здание возле мэрии.

– А что там? – поинтересовался Федор.

– Там находится засекреченный вход в НИИ.

– Не могли сделать его где-нибудь в другом, более безопасном месте? – Федор поправил воротник на куртке.

– До последних событий это и было самое безопасное место. Кто же знал, что через пятнадцать лет оно превратится в эпицентр военных действий…

– Может, уже начнем продвигаться вперед? – предложил Роман, поднимаясь во весь рост.

Лана посмотрела на часы, секундомер которых был включен ею сразу после приземления самолета.

– Да, надо спешить. Еще парочка таких встреч, и мы выбьемся из графика. Сейчас сделаем марш-бросок. Я первая, вы за мной. – И девушка с такой же легкостью, как и в первый раз, перемахнула через высокий забор.

– Ты что, не слышал, что приказал командир? – усмехнулся ротный, подталкивая Федора к ограждению.

Чем ближе спецназовцы приближались к центру города, тем яснее вырисовывалась картина происходящих событий. Когда между ними и центральной площадью осталось меньше квартала, стали слышны выстрелы, а иногда и взрывы шумовых гранат. То тут, то там стали попадаться люди, иногда поодиночке, а иногда и целыми группами. Одни в страхе бежали от площади, а другие, наоборот, спешили в самую гущу событий. На двоих мужчин и девушку никто не обращал внимания. Вообще, все люди были заняты только своими проблемами, и поэтому спецназовцы, не опасаясь никаких неожиданностей, продвигались к конечной цели своего путешествия.

Когда они вышли к площади, на ней уже собралось порядка трех тысяч демонстрантов. Перед ними ровными рядами стояли служители правопорядка в шлемах со стеклянными забралами. В руках они держали резиновые дубинки и щиты. За их спинами находились три БТРа, на башнях которых были установлены водометы. Толпа истошно скандировала: «Долой президента! Долой продажное правительство! Власть народу!» Ротный быстро сориентировался и понял, что место, куда им надо будет попасть, находится аккурат за ровным строем ОМОНа. «Нелегкая это работа – из болота тащить бегемота», – подумал капитан. И в это время из толпы в сторону представителей власти полетели камни. Милиционеры прикрывались щитами, но пока оставались на месте. В толпе продолжали выкрикивать призывы к бою. Нетрудно было понять, что это действовали проплаченные оппозицией провокаторы. Через пять минут из толпы полетели бутылки с зажигательной смесью. Милиционеры по-прежнему не отвечали. БТРы тоже молчали. Видимо, все ждали приказа. Несколько молодых людей, преимущественно среднеазиатской внешности, выскочили вперед и бросились на живой щит, призывая остальных следовать за ними. Спецназовцы внимательно наблюдали за всем происходящим, выбирая нужный момент, когда им самим придется преодолеть опасный участок, чтобы оказаться на месте.