Лисицын, жги!
Шрифт:
Юный граф задумчиво кивнул. В принципе, он был готов к этому и не особо надеялся остаться в неведении.
Он достал из кармана мобилет и с раздражением посмотрел на непрочитанное сообщение. Контакт «Мышкин»:
«Артем Дмитриевич, если вы в течении двух дней не явитесь в мою резиденцию в Иркутске, вас ждёт преследование с дальнейшим арестом и отправлением на каторгу за многочисленные убийства»
Он вздохнул и ударил кулаком по земле, отчего зелёная травка в радиусе двадцати сантиметров моментально пожухла, а почва промялась, принимая очертания кулака.
Чертов Мышкин… Как же он достал, словами не передать просто. В своем мире Андору было достаточно один раз разнести к чертям дворец одного аристократа, обвинившего его в связях со своей дочерью. И все, больше с такими идиотскими претензиями к чемпиону не лезли. Мало кому хотелось быть растворенными в море кислоты, которое он обрушил на тот дворец.
Но здесь у него не имелось такого авторитета. И не понятно было, что с этим делать.
Бывший чемпион усмехнулся. Что ж, Мышкин, так Мышкин. Да хоть сам Кречет, черт возьми! Если они вдвоем с братом успеют вернуть себе прежнюю силу раньше, чем на них объявят полномасштабную охоту…
«То мы ещё повоюем» — про себя пообещал Андор.
— Доедай быстрее, брат. Я хочу послушать, что расскажет этот накрахмаленный индюк на лекции по боевой и разрушительной магии.
— Ага, — кивнул уже успокоившийся от неплохой в целом еды японец, запихивая в рот остатки котлеты. — А что будем делать с Лисицыным?
— А вот об этом, — злорадно улыбнулся Беркутов. — Мы поговорим после уроков. Без лишних глаз и ушей. Но план у меня уже имеется…
В столовой мне пришлось быть настолько быстрым, насколько это позволяла физическая оболочка. Учитывая, что я хотел не только проследить за двумя мутными студентами, но и поесть.
Очереди почти не было, все уже давно сидели с подносами и тихо обсуждали каждый свое. Вот только повариха показалась мне… Не очень доброжелательной, как будто ее здесь держат в заложниках и каждый день бьют плетьми.
Ирония жизни, однако. Обычная мещанка из простых людей, скорее всего даже без дара к магии, но нашла себе место, где может спокойно хамить отпрыскам самых влиятельных людей города. И оставаться полностью безнаказанной за это.
Набрав себе полный поднос риса и отбивных с двумя видами соусов, я вышел на улицу и осмотрелся. Ага, вот и они. Расселись, уплетая свой обед.
Хм… Интересно.
Приблизившись к ним на расстояние метров десяти, я почувствовал сильные ментальные волны, исходящие от японца. Они чем-то походили на лисье обаяние, но было и различие. Используя обаяние, я выплескивал психические волны, которыми мог управлять по собственному разумению. Здесь же было что-то вроде ауры, равномерно заполнившей немалое пространство лужайки около столовой.
Что-то знакомое…
Я нашел себе место и сел так, чтобы эти двое не смогли меня увидеть. Линию обзора им перегораживали внушительных размеров мусорные баки, в которые студенты сбрасывали все лишнее со своих подносов, отправляясь прочь с территории столовой.
— Кем же ты можешь быть… — пробормотал про себя, перебирая в голове своих старых врагов. Тех, кого я успел убить на арене. И тех, кто умер от рук моих товарищей и союзников.
Вот только информации было как-то маловато для аналитической деятельности. Много кто из бойцов арены обладал ментальными силами в той или иной степени. Вот увидеть бы этого япошку в бою в полную силу, чтобы ему пришлось применить источник…
Не забываю я и о втором студенте. Русые волосы средней длины и мощное телосложение, а также перстень с хищной птицей на печатке выдают в нем Артема Беркутова. Бывшего чемпиона, которого я убил…
Аррргх… Даже сейчас ненависть горячей волной захлёстывает мое сознание и мне приходится прикладывать усилие, чтобы взять себя в руки.
Хватаю с подноса отбивную и с раздражением закидываю ее в рот. Быстро жуя и проглатываю почти целиком, как аллигатор. До конца перемены всего две минуты, а у меня ещё столько еды.
Эти две минуты в итоге проходят максимально продуктивно, я запихиваю в себя продовольствие горстями и глотаю, едва успевая жевать. Параллельно с этим размышляю, кем может являться японец.
Должен признать, факт наличия рядом с ним этого бумажного чемпиона неплохо облегчает задачу. Андор всегда был закрытым человеком и у него было не так много близких друзей. То ли дело я, самый дружелюбный и любвеобильный человек в Российском альянсе!
Через две минуты раздается сигнал, накрывающий всю площадь академии. Он символизирует начало лекции.
С сожалением смотрю на поднос, на котором ещё осталось несколько отбивных и чуть-чуть риса, но оставить его все же приходится. Проводив взглядом двоих старых знакомых, отправляюсь на лекцию. Она проходит на третьем этаже, в аудитории 3-А.
На занятии по контролю маны нет ничего ни интересного, ни нового для меня. Сухонький старичок в официальном костюме просто полтора часа льет воду и рассказывает теорию управления маной.
Ради интереса во время лекции проверяю, на что он способен. И даже мне приходится признать, что старик неплохо контролирует каналы. Мана течет по ним равномерным и бурным потоком. Не без слабостей, конечно, но в поединке один на один, я думаю, он бы меня сделал. Меня нынешнего, разумеется.
После лекции отправляюсь к зданиям клубов, которые стоят в один ряд вдоль аллеи кипарисов. На выходе из учебного корпуса меня опять окрикивают, но на этот раз друзья.
— Андрей! — я оборачиваюсь, увидев на крыльце спешащего ко мне парня с веснушчатым лицом и непослушными вихрами рыжих волос. — Постой.
Глеб Золотарёв, местный гениальный математик и друг Андрея ещё со средней школы. Его родители не были аристократами, но отец владел сетью кафе и был совладельцем нескольких крупных бизнесов, что позволяло ему отправить сына учиться среди аристократов.
— Ну ты жару дал там, с Журавлевой. Будь поосторожней со знатными. Они же как пороховая бочка, только искру пусти — взорвутся.