Лея Леса
Шрифт:
Поздно вечером в гостиной роскошного дома сидели двое мужчин.
Да-да, именно господин Петров и господин Чжао.
Сидели, потягивали гранатовый сок, задумчиво глядели на огонь в камине.
Под такой разговор больше подошло бы вино, но его Салея запретила господину Чжао. Года на три, любое спиртное, любая табачная продукция для него под запретом. Не то болезнь вернется.
Только здоровый образ жизни.
Только соки, овощи, фрукты, мясо раз в три дня, рыба тоже не чаще… даэрте побывала на основах диетологии, и прониклась. Действительно, сколько болезней от неправильного питания?
Считай, семьдесят процентов.
Даниил Русланович сок пил из солидарности.
Давно уснули все обитатели дома, спала еще слабенькая Алеся, спал Руслан — завтра на занятия, спали дети, которых Салея таки подлечила вечером, и они попросту отключились, спали где-то у себя слуги, остающиеся на всякий случай в доме…
— Не знаю, как благодарить и что говорить, — нарушил молчание господин Чжао. — Я держал в руках корень женьшеня, и повезу домой другие, но… я не ожидал такого.
Даниил Русланович развел руками. Мол, я тоже не ожидал.
— Ты понимаешь, Чжао, деньги им не слишком нужны. Но помощь, может быть, документы, ассимиляция…
— Я сделаю все, что смогу, — Чжао даже не шевельнулся, но как-то стало понятно, что его слова прочнее алмаза. — За жизнь и здоровье нет достойной оплаты.
Господин Петров кивнул.
Да, за такое не расплатишься. Никогда.
И подумать только, если бы он отказал сыну, если бы настоял, чтобы Руслан поехал учиться в Москву, если бы…
На какой тонкой ниточке иногда повисает удача! Даже подумать страшно!
Вот, лучше и не думать.
И мужчины выпили еще немного сока.
Лакс Рей ненавидел действовать самостоятельно. И леса он ненавидел — мерзкое место. Как здесь вообще можно находиться? Все зеленое, все какое-то расплывчатое, размытое, никакой геометрии, никакой стерильности… ладно! Это еще можно пережить!
А все эти мухи, блохи… кто вообще в этой зелени водится?
Комар, прилетевший на лысину экс-наместника, намекнул, что водятся. И кушать хотят.
Лакс злобно убил насекомое… нет, промазал. Тварь издевательски зажужжала над ухом.
Гады, сволочи!
Высказать свое мнение на весь лес Лакс не успел. Рядом появился даэрте.
Вот еще одна тварь…. Их Лакс тоже ненавидел. Вот за это, кстати… за то, что вот так, тихо появляются из ниоткуда, за их… да за все! А если уж честно — за внешность, здоровье, молодость, за нечто такое, чего Лакс понять не мог, но обидно же, господа! Понимаете? О-бид-но!
И вовсе даже это не зависть! Не зависть, он сказал! Просто почему-то одним дается все, а другим… Лакс искренне пытался полюбить себя, проходил тренинги, участвовал в семинарах, лично общался с психологами, но обожать свое невыразительное плоское лицо так и не научился. А пластику делать не хотел — может повредить карьере.
Одно дело, когда надо исправить какие-то дефекты. Другое, когда это твои личные комплексы. Такие вещи в личном деле отражаются, и сильно мешают продвижению по служебной лестнице.
А кто там такой?
А, этот? Он в себе не уверен, склонен прислушиваться к мнению окружающих, легко управляем… много чего можно написать. Лакс точно знал, у него мать работала в отделе кадров. Вот сыночек и получил доступ к личным делам… что там взламывать-то мамин пароль? Всего девятнадцать знаков, тьфу и растереть!
А даэрте….
Они попросту были красивы. Элегантной красотой диких животных в родной среде. И как ни уговаривай себя, что они умственно недоразвиты, как не утешай, все равно свербит в подсознании…
Лакс пару пальцев бы отдал за такую осанку. И за густые волосы.
И за большие глаза, и улыбку… впрочем, сейчас никакой улыбки не было.
— Что привело вас сюда, ло Рей?
Лакс скривился еще сильнее. Да, и голос тоже. У самого Лакса он был совершенно невыразительным. Глуховатым, визгливым, а если попробовать говорить громче, то и с отчетливыми поросячьими нотками. А тут такое сокровище, мягкий, бархатный баритон. Сейчас, впрочем, совершенно ледяной.
Век бы его в этой чащобе не видели! Но есть вещи, которые никому другому не доверишь.
— Вот это, — просто сказал Лакс, протягивая планшет. — Знаете, как пользоваться? Он должен продержаться какое-то время. Даже с вашими особенностями.
Даэрте молча кивнул, пробежал пальцами по чутким сенсорам, посмотрел на голограммы.
— Не понимаю?
Лакс сдвинул брови. Чего тут непонятного? Да, ему в руки попалась схема расположения оборонительных поясов вокруг Дараэ. И он решил поделиться с даэрте.
— Вам нужны объяснения что это такое?
— Нет. Почему вы решили нам это отдать.
Не вопрос. Но требование объяснений. И понятно, что Лакс может развернуться, уйти отсюда, махнуть рукой…
И так же понятно, что планшет полетит в ближайший куст, и никому эта информация не поможет. И не помешает Кету добиться своего.
— У меня есть свои причины передать вам эту информацию. Для ваших союзников. Новых…
— Причины?
— Дарс Кет, — имя было произнесено так, словно Лакса тошнило. Несколько секунд старейшина Мирил молча смотрел на него.
— вы его ненавидите. Просто за отставку?
— Вы бы его любили — на моем месте?
Мирил пожал плечами. Вот уж чего у даэрте не было никогда — это честолюбия. И сифилиса тоже. Оба этих явления у них рассматривались в одной цене.
— Вы хотите ему напакостить — нашими руками?
— Руками ваших союзников, — поправил Лакс.
Смешно? Шпиономания?
А вот вас бы так! Когда никому доверяться не можешь! И полагаться ни на кого не можешь, и вообще… люди — сволочи! Это же ясно! Как им можно дать в руки хоть капельку компромата?