Лермонтов
Шрифт:
Фернандо в ответ говорит, что Алварец хоть и облагодетельствовал его, но постоянно попрекал, а теперь и вовсе унижает, поэтому
Ты можешь кровь мою Испить до капли, всю; но честь, — но честь Отнять не в силах, Алварец!Наговорив опекуну дерзостей и угроз, Фернандо уходит.
Злая мачеха Эмилии вступает в преступный сговор с Соррини и помогает ему выкрасть девушку.
Между тем Фернандо спасает от преследований инквизиции старого еврея. У старого еврея есть молодая прекрасная дочь, которая влюбляется в Фернандо. После долгих попеременных спасаний жизни друг другу, старик еврей и Фернандо выясняют, что они — отец и сын. Тем временем Эмилии грозит потеря чести от коварного Соррини (тот нанял разбойников, чтобы они увезли красавицу в тайное убежище). Фернандо приходит в самый критический момент и просит у Соррини отдать Эмилию по-хорошему. Соррини, как положено злодею, отказывается.
Эмилия:
(бросив томный взор)
Фернандо! Фернандо Ну! все кончено! напрасно Желал я крови не пролить. Прощай, Мой друг.(Обнимает ее)
Прощай! мы долго С тобою не увидимся.(Отворачиваясь)
О боже! Итак, ты хочешь, чтоб я был убийца! Но я горжусь такой жертвой… кровь ее — Моя! Она другого не обрызжет. Безумец! как искать в том сожаленья, О ком сам Бог уж не жалеет! Час бил! час бил! — последний способ Удастся, — или кровь! — нет, я судьбе Не уступлю…(Во время этого разговора входят слуги Соррини и он. Все с оружием…)
Эмилия:
(едва слышным голосом)
Хранитель ангел мой! Спаси меня! Соррини Живую не отдам! Что б ни было. Фернандо О!., так смотри сюда!(Прокалывает ей грудь. В эту минуту все поражены. Он подымает ее труп с полу и уносит сквозь толпу удивленную…)
Желая покончить с Фернандо, Соррини обращается с доносом в инквизицию. Коварный Доминиканец охотно берет взятку и помогает составить бумаги, которые погубят Фернандо.
Доминиканец (с коварной улыбкой):
Вот так! ха! ха! ха! давай бумаги; За друга всем готов — душой и телом Пожертвовать. А еретик Фернандо Погреется у нас, пока Охолодеет прах его проклятий.Тем временем Фернандо приходит с телом Эмилии прямо в дом Алвареца.
(Открывается дверь, настежь с шумом, является Фернандо, держа труп Эмилии, старик вскакивает. Ужас во всех лицах.)
Алварец:
Что такое значит?..
(Фернандо кладет тело на стул.)
Чья кровь? чье это тело?
(Фернандо стоит над нею, мрачен.)
Кто она? Кто ты?
Фернандо:
Я дочь тебе принес. … Не правда ли, она прекрасна?..Алварец:
Чего ты ждешь? ступай хоть в ад, Но прочь от глаз моих, убийца! Кровь ее, пока ты здесь, течи не перестанет…Фернандо:
… Геройским преступленьем я купил Кровавый этот труп… он мой!..Алварец:
…тигр, змея коварства! Я средство отыщу тебе отмстить, Я инквизицию на помощь призову!Фернандо схвачен инквизицией. Напрасно старый Моисей старается подкупить инквизиторов, чтобы спасти недавно обретенного и вновь потерянного сына. Соррини с Доминиканцем берут деньги, но Фернандо не отпускают. Между тем красавица Ноэми теряет рассудок, превращаясь в «еврейскую Офелию»: слишком много чувств обрушилось на нее разом — и любовь к красивому испанцу, и открытие, что этот испанец на самом деле ее родной, давно потерянный брат, и гибель, которая грозит этому вдвойне любимому человеку…
Моисей:
Ушел! — и деньги взял, и сына взял, Оставил с мрачною угрозой!., о Творец! О Бог Ерусалима! я терпел — Но я отец! Дочь лишена рассудка, Сын на краю позорныя могилы, Имение потеряно… о Боже! Боже! Нет! Аврааму было легче самому На Исаака нож поднять… чем мне!.. Рвись, сердце! рвись!..За этой сценой наблюдают два гробовщика, родом из «Гамлета», настроенные философски и чуть сочувственно. Один обращается к умершей Эмилии:
Мир душе твоей, девица!.. … Вот чего не понимаю! Не все ль равно усопшему, в парче Или в холсте он будет съеден червем?..В финале мы видим мать и сестру Фернандо: Ноэми не то умирает, не то потеряла сознание, старая Сара в отчаянии, кругом толпа — и все обсуждают пытки и скорую смерть Фернандо на костре. «На этом рукопись обрывается».
«Впервые обратившись к большой драматической форме, Лермонтов развил в своем произведении, временами с большой художественной выразительностью, идею протеста против социального неравенства и национального угнетения. Таким образом, он выступил в «Испанцах» как продолжатель декабристских традиций… Сложную диалектику помыслов и действий Фернандо Лермонтов основывает на философской идее Шеллинга о противоречивом единстве добра и зла, приводящей к положительному выводу относительно общественной ценности энергии разрушения». Этот пассаж Н. М. Владимирской из примечаний к пьесе (собрание сочинений М. Ю. Лермонтова) перешел без изменений в Лермонтовскую энциклопедию. Насколько близки все эти испанские страсти декабристским идеям — конституционной монархии, просвещению общества, отмене телесных наказаний в армии, — трудно судить с полной определенностью.
«Люди и страсти»
1830 годом датировано одно из самых любопытных и загадочных лермонтовских произведений — драма «Menschen und Leidenschaften» — «Люди и страсти». Название немецкое — очевидно, отсылка к Шиллеру, чьими возвышенными драматическими произведениями юноша Лермонтов увлекался в Москве. Из романтической Испании, страны ночных облаков и безумных сновидений, действие переносится в Россию, в хорошо известную Лермонтову усадебную обстановку. Сюжетно пьеса описывает конфликт в семье Лермонтова, обострившийся к 1830 году, — конфликт между отцом и бабушкой. Совершенно не подлежит сомнению, что главная пружина пьесы — молодой человек, которого буквально разрывают на части (и в конце концов губят) любящие его люди, — взята из жизни. Однако вряд ли возможно проводить такие прямые параллели между персонажами пьесы и «персонажами» жизни Лермонтова, как это делает первый собиратель материалов для биографии Лермонтова — педагог и историк Владимир Харлампиевич Хохряков (он записал рассказы П. П. Шан-Гирея, С. А. Раевского, разыскал некоторые письма Лермонтова, переписал стихотворения — несколько из них дошли до нас только в этой рукописи). При перечислении главных действующих лиц драмы «Люди и страсти» Хохряков приписывает: «М. И. Громова — бабушка Лермонтова; Н. М. Волин — отец Лермонтова; Ю. Ник. Волин — сам Михаил Лермонтов; В. М. Волин — брат отца Лермонтова; Любовь и Элиза — двоюродные сестры Лермонтова; Заруцкий — Столыпин; Дарья — нянька Лермонтова; Иван — слуга, муж Дарьи. Он привез потом тело Лермонтова из Пятигорска в Тарханы…» И добавляет, со слов С. А. Раевского, что «Лермонтов стрелялся со Столыпиным из-за двоюродной сестры». «Слышал (подтвердить сказанного не имею чем, кроме того, что характер Юр. Никол, похож на Лермонтовский)», — прибавляет Хохряков.
Однако при несомненном автобиографизме драмы отождествление ее персонажей с близкими поэту людьми неправомерно. Для начала сразу бросается в глаза то, что «Заметка» Хохрякова содержит несколько безусловных фактических ошибок: у Юрия Петровича Лермонтова не было братьев, прототипом Дарьи является тарханская ключница Дарья Григорьевна Соколова (не нянька Лермонтова). Дуэль со Столыпиным сомнительна; ссылка на Раевского как на источник сведений о дуэли в материалах Хохрякова отсутствует.
Образ бабушки — Марфы Ивановны Громовой — в пьесе предстает чем-то средним между Стародумом и госпожой Простаковой. Возраст бабушки сильно завышен — лет на тридцать. Марфа Ивановна — властная, глупая, вздорная, скупая и древняя старуха. В сущности, это одна из главных загадок пьесы. Сюжетно Марфа Ивановна выполняет ту роль, которая была отведена судьбой Елизавете Алексеевне (забрать сына у отца, воспитывать мальчика в баловстве и ежедневно бояться, что явится отец и потребует сына к себе). Какие-то черты характера бабушки, и в первую очередь ее бережливость, доходящая порой до скупости, наверняка также взяты Лермонтовым из жизни. Возможно, Елизавета Алексеевна и насчет немцев высказывалась совершенно как Марфа Ивановна — такое трудно придумать: