Лапти
Шрифт:
— Да, молодой человек, совершенно верно. Только, спрашиваю я, какое должно быть дно у реки, если средняя течения один метр в секунду?
Петьку как дубиной в лоб. Он покраснел, отступил, и мурашки пробежали по телу.
«Вот так сказанул!.. Вот так услужил другу! Сунулся с языком. Э-эх, горе! Видно, пропало все дело».
— Позвольте, у нас дно с крупным песком и гравием, — сказал Алексей.
— Стало быть, я ошибся, — поправился старичок.
— Ошибка в фальшь не ставится, — снисходительно произнес Петька, не выдав своего радостного волнения.
— Правильно, молодой человек. Не ошибается тот, кто ничего не делает…
— …Сказал товарищ Ленин, — быстро подхватил Петька и покосился на Алексея.
Потом шепнул ему:
— Ты управляйся один, а я пойду в окружком. В случае чего звони.
— Ладно.
Старичок спросил:
— А строить как хотите? С подрядом от нас или…
— Нет, мы хозяйственным способом. Так дешевле.
— Ага! — произнес старичок. — Но для осмотра и составления сметы с проектом, наверное, придется к вам инженера послать?
— Я сам гидротехник, — ответил Алексей. — Зачем нам лишние расходы? Артель пока слабая.
Старичок поднял мохнатые брови на Алексея, и едва заметная усмешка пробежала по его лицу.
— Бюрократы! — тихо проворчал Петька, притворяя за собой дверь.
В том здании, где до районизации помещался губком, теперь — землеустроительный техникум.
— Товарищ, где же окружком партии?
Белобрысый парень, видимо студент, с крупными веснушками, провел Петьку до угла улицы и начал подробно растолковывать, как ближе пройти к окружному.
В это время из-за большого дома, возле которого они стояли, раздался рев, похожий на коровий, а следом показалось желтое туловище.
Петька, удивленно оглядывая невиданную диковину, спросил:
— Что это такое?
— Автобус, — улыбнулся студент.
Потом добавил:
— Садись-ка в него, и как раз к окружному подъедешь.
Петька добежал до автобуса, взобрался на ступеньки и, войдя, растерянно оглянулся. Неожиданно машина дернула, от толчка Петьку шатнуло в сторону, и он, не сохранив равновесия, уселся на колени к нарядной женщине.
— Держаться надо, гражданин, — сердито посоветовала та.
— Спасибо, — испуганно ответил ей Петька и покраснел.
Усевшись на пружинную, мягкую скамейку, легко подскакивая от толчков, Петька осматривал внутренность автобуса, заглядывал в будочку шофера, удивляясь его ловкости, и никак не верилось ему, что это он, Петька Сорокин, едет на такой машине, а на него как будто с завистью смотрят люди, идущие по тротуару.
«Будет что рассказать ребятам и девкам…»
— Окружком партии! — выкрикнул кондуктор.
Петьке не хотелось сходить. Так бы проехал еще хоть немножечко.
И долго смотрел вслед автобусу, долго завистливо вздыхал, все повторяя: «Вот бы в деревню хоть на денек».
Если бы Петька не был взволнован, он бы сильно оробел, войдя в кабинет секретаря окружкома партии, но сейчас держался смело, будто бывал здесь каждый день. Поздоровавшись, уселся против стола и улыбнулся. Улыбнулся, глядя на молодого красивого парня, и секретарь.
Петька, не дожидаясь расспросов, сам принялся рассказывать о делах своего села, о том, зачем они сюда приехали. Секретарь, услышав фамилию Петьки, спросил:
— Случайно, не родственник Сорокина Степана?
— Родственник, — ответил Петька. — Где он сейчас?
— Директором совхоза в Самарском округе.
— Передам его родным, — не моргнув, ответил Петька и, чтобы перевести разговор, похвалился: — А я сейчас на автобусе прикатил. Качает, как в зыбке…
Секретарь засмеялся.
— Первый раз я. Эх, в деревню бы машины эти!..
— Подожди, скоро и в села пойдут автобусы. Только дороги там…
— Аховые! — согласился Петька.
— Сначала починить их надо. Или новые проложить.
— Правильно! — вновь согласился Петька и обещал:
— Будет и новый тракт. Отъездили по старым дорогам, поломали оси и колеса. Э-эх, только бы скорее, скорее!..
— Что скорее?
— Колхозы скорее везде организовать. Медленно дело идет. И литературы по этому совсем мало. Почитать нечего.
— Правда твоя. Да, кстати, — вдруг вспомнил секретарь, — вот я получил одно интересное письмо от товарища из района. Он тоже торопится. Желаешь прочитать?
— Если можно.
Секретарь вынул из письменного стола письмо, напечатанное на машинке, и подал Петьке.
В письме кто-то жаловался:
«Да, наш округ сильно отстал от коллективизации, главным образом потому, что пущено было на самотек. Голая агитация бесполезна. Делом надо агитировать. Одной из сильных мер агитации я считаю: на собрания крестьян надо приглашать членов из какой-нибудь крепкой артели. Вот пусть они расскажут, как у них поставлено дело и как изживаются все недоразумения, которые волнуют крестьян. Кроме того, надо экскурсии посылать в образцовые артели.
Мне еще хочется поговорить о добровольности организации колхозов. Дело тут что-то не совсем так. Ведь все равно, рано или поздно, а сельское хозяйство сплошь будет коллективизировано. Вопрос весь в сроках. Так вот эти сроки надо как-то сократить. Я сторонник некоторого, если можно так выразиться, побочного воздействия. Надо создать такие условия, что, кроме колхоза, никаких путей для сельского хозяйства нет и быть не может».
Петька окончил чтение, положил письмо и задумался.
— Ну как, товарищ Сорокин, — кивая на письмо, спросил секретарь, — согласен с такой установкой?