Чтение онлайн

Говоря, бритый наголо Галлахер жестом приказал Эди и Кэдмону сесть на глыбу известняка.

Кэдмон опустился на торчащий из земли плоский камень.

— Боже милосердный, мне этих апокалиптических бредней хватит на всю оставшуюся жизнь.

Эди молча подсела к нему, понимая, что жизнь эта оборвется в самом расцвете, если они не найдут способ бежать от своего конвоира.

Приблизительно в ста ярдах от них Макфарлейн и его люди быстро забирались в кузов армейского грузовика. Того самого грузовика, в который был уложен Ковчег Завета. Эди предположила, что грузовик спустится к пристани у подножия скалы, и Ковчег будет доставлен на борт яхты на маленькой моторной лодке.

А дальше откроется беспрепятственный путь до самого Израиля.

Эта мысль одновременно пугала ее и приводила в бешенство. Однако бешенство это было бессильным. И таким же бессильным был страх. Они с Кэдмоном ничем не могли помешать осуществлению древних пророчеств. Конец света навис над ними зловещей тенью, и голос разума стал неестественно тихим. Эди снова чувствовала себя запуганным ребенком, боящимся смерти и разрушения, порожденных божьим гневом.

— Кэдмон… мне страшно. Я не хочу, чтобы наступил конец… чтобы всего этого больше не было, — жалобно пробормотала она, не в силах передать свои чувства словами. По крайней мере словами, в которых был бы какой-то смысл.

Кэдмон обхватил ее за плечо, привлекая к себе:

— Как любят говорить ирландцы: «По крайней мере, мы прожили этот день».

Эди догадалась, что он имел в виду страстные объятия любви на борту парома.

Понимая, что времени у них осталось совсем немного, она постаралась впитать Кэдмона всем своим естеством. Его густые рыжие волосы. Худое, мускулистое тело. Красивые голубые глаза. Отношения закончились, не успев даже начаться.

— Я много думала и пришла к выводу, что это не просто физическое влечение, — сообщила Эди, переходя на шепот.

— Кажется, я слышу предсмертную исповедь?

— Знаешь, я никогда не понимала юмор висельников.

— В таком случае, быть может, нам нужно спуститься с эшафота и пролить необходимый свет.

— Да, но… — Эди осеклась, внезапно осознав, на что намекает Кэдмон.

Маленький лазерный фонарик.

Кэдмон говорил, что с его помощью можно на какое-то время ослепить человека.

Она украдкой пощупала карман куртки. Похожее на ручку устройство было на месте. В общей суматохе никому не пришло в голову ее обыскать. Впрочем, никто и не подумал бы, что тонкая трубочка, похожая на авторучку, может быть грозным оружием.

— Будь готов, — прошептала Эди, уверенная в том, что, когда наступит нужный момент, Кэдмон будет знать, что делать.

Через минуту Галлахер достал из нагрудного кармана смятую пачку сигарет «Мальборо». Затем похлопал по карманам брюк в поисках спичек. Или зажигалки. Неважно, поскольку это дало Эди повод сунуть руку в карман. Оставалось молить Бога о том, что конвоир не задержит взгляд на медленно движущейся руке.

Ее пальцы обвили лазерный фонарик, и она быстро отыскала овальную кнопку выключателя там, где на обычной чернильной ручке находится колпачок. Эди достала фонарик из кармана, и в этот момент бритая голова Галлахера внезапно дернулась в ее сторону.

— Эй, ты, сучка, что ты делаешь, черт побери?

— Готовлю тебя к встрече с Иисусом! — ответила она, направляя ему в лицо фонарик, как ей хотелось верить, нужной стороной.

Узкий луч зеленого света, вырвавшийся из фонарика, ударил Галлахеру сначала в один глаз, затем в другой. Тот непроизвольно вскинул руку, защищаясь от обжигающего света.

— Быстро! Выключай! — шепотом приказал Кэдмон, дергая Эди за руку, чтобы привлечь ее внимание.

От резкого движения тонкий зеленый луч взметнулся вверх, казалось, дотянувшись до мармеладной дольки луны, зависшей в сотнях тысяч миль над землей.

Эди щелкнула выключателем.

Подобно распрямившейся кобре, Кэдмон метнулся вперед, выбрасывая вверх правую руку, обвивая пальцами ствол пистолета Галлахера. Одно быстрое сильное движение — и пистолет уже оказался у него в руке.

Кэдмон что есть силы ударил рукояткой Галлахера по голове. Обмякнув, верзила повалился на землю. Схватив за шею, Кэдмон затащил его за глыбу известняка, так чтобы не было видно. Затем отстегнул от пояса Галлахера сотовый телефон.

Эди осмотрелась вокруг, опасаясь, что схватка, продолжавшаяся считаные секунды, привлекла чье-то внимание.

К счастью, никто не бил тревогу: люди Макфарлейна продолжали забираться в кузов грузовика.

— Он?.. — Эди кивнула на тело, распростертое на земле за камнем.

Кэдмон отрицательно покачал головой и добавил:

— Но будем надеяться, что ублюдок еще долго не придет в себя.

Взяв Эди за локоть, он быстро повел ее к грузовику. Они держались в тени, шли, низко пригнувшись, чтобы не привлекать к себе внимание.

Ярдах в пятидесяти от грузовика Кэдмон толкнул Эди за высохший куст.

— Наша цель, наша единственнаяцель заключается в том, чтобы не позволить загрузить Ковчег на борт яхты. Если это произойдет, он пропадет навсегда. Любимая, вбей себе в голову… никаких геройств. — Говоря, Кэдмон ласково погладил ее по подбородку.

— Ты полагаешь, у нас есть шанс?

— До тех пор, пока наше бегство от бедняги Галлахера остается незамеченным. Макфарлейну еще рано торжествовать победу.

— Но если Галлахера найдут, на нас набросятся стаей волков.

Держа Эди за подбородок, Кэдмон посмотрел ей в глаза и, вздохнув, сказал:

— Кровопролитие, если до него дойдет дело, будет обильным. И беспощадным.

— Не знаю, как вы, сэр, но я жду не дождусь, когда мы взорвем этот Купол скалы ко всем чертям. — Полностью оправившись от предыдущего столкновения с Кэдмоном, Бойд Бракстон уселся за руль трехосного армейского грузовика.

— «Мне отмщение, и Аз воздам, говорит Господь», [64] — ответил Макфарлейн, помня о том, как в одиннадцатом столетии неверные-мусульмане предпринимали попытку уничтожить гробницу Иисуса. Часа отмщения пришлось ждать долго. — Ганни, а ты знаешь, что означает слово «ислам»?