Косатка
Шрифт:
– И не запомнили дочь хозяев?
– Нет, с ней мы не пересекались.
– Мне нужно сделать ваше фото! – полицейский отошел от Уду с небольшим фотоаппаратом в руках.
Уду смущенно отряхнул свой рабочий комбинезон, но он был изрядно испачкан в цементе, и его действия мало, что исправили.
– Всего хорошего! – сказал полицейский, сделав фото, – С вами свяжется следователь после обыска гаража.
Сердце Уду екнуло, но он снова, не подал вида, взялся за инструмент и вернулся к работе.
***
Полицейский остановил девушку у ее дома. Она была в коротком белом топе с клубничным принтом, черной теннисной юбке и белых гольфах.
«Типичная модель», – подумал полицейский, придирчиво оглядел ее и спросил, отводя взгляд в сторону:
– Матильда Карраско?
– Да, а что случилось?
Офицер показал свои документы:
– Вы вызываетесь на допрос. Ваш номер телефона был найден в бардачке угнанного мотоцикла, водитель которого разбился на нем вчерашней ночью.
Матильда надела солнечные очки, которые держала в руках:
– А я тут при чем?
– Можете показать содержимое вашей сумки?
Матильда, поколебавшись, передала сумку полицейскому. Тот вытащил блокнот с меховой обложкой, а затем показал листок в прозрачном пакете:
– Идентичный лист бумаги и почерк, – констатировал он. – Зачем вы написали свой номер телефона Дереку Сальвиньо?
– Я его не знаю, он хотел познакомиться на улице.
Полицейский посмотрел на нее с укором, не отводя глаз. Матильда, заметно нервничая, протянула руку, чтобы забрать у него сумку:
– Позволите?
Полицейский вернул ей сумку.
– Вы знаете этого человека? – он протянул Матильде распечатанный снимок.
– В рабочем костюме? Может кто-то из нашего персонала? Я не в курсе.
Полицейский молчал, вглядываясь в глаза Матильды, спрятанные за темными очками, словно чувствуя, что за этими двумя людьми какая-то давняя трепетная тайна, возможно даже не относящаяся к его сегодняшней работе.
– Я могу пойти? – нетерпеливо спросила Матильда.
– Теперь да, – разрешил он, задумчиво закуривая сигарету.
Глава 18.
1985 год, Хихон
Дереку семь лет. Тишина и темнота. Дерек спит, но ему чудится, что он летит. Что задевает пальцами ног краешки облаков. Они мокрые, как дождь и пахнут водой и летом. Дерек ныряет в эти облака, хохочет, хватает ртом влажный воздух.
Затем вскрикивает. Кто-то ударил его мокрой тряпкой по лицу.
Он вскочил.
– Где моя сумка, сучонок?
– Что? – он с трудом разлепил глаза и увидел перед собой разъяренную мать.
– Где мои деньги?! Мы с отцом уезжаем, знаю, что ты стащил! Чтоб тебя! С нами в одном доме живет вор! Чтобы ты быстрее провалился куда-нибудь, отродье!
– Наида, пора! Наш автобус! Он тебе все равно не отдаст, – послышался слабый голос отца.
– Знаю, – мать всхлипнула и стуча тяжелыми башмаками бросилась вниз по лестнице к отцу. Затем яростно хлопнула уличной дверью.
Тишина. Родители снова уехали на заработки. Сколько их не будет? Месяц? Два? А может все лето.
Дерек спрыгнул с кровати и отодвинул половицу под кроватью. Вот они. Деньги. Когда мать вчера напилась и заснула, он вытащил все. Видел, как они вчера собирали сумки.
Прошлой их поездки Дереку хватило сполна. Он голодал, как пес, благо в школьной столовой его подкармливала излишками одна сердобольная повариха, а на выходных он иногда обедал у Силии. Но сейчас каникулы. Ему пришлось взять эти деньги. У него не было выбора.
Дерек выудил две купюры из тощей стопки и скатился по перилам вниз. Натянул свои рваные ботинки, которые ему были давно малы, толкнул ногой дверь, так что она отлетела к стене и выбежал на улицу. Напевая песенку и посвистывая, Дерек направился в продовольственную лавку.
По дороге соседская патлатая собака бросилась на него с лаем, Дерек отпинывал ее ботинком, но та вцепилась зубами в шнурки и не отпускала.
– Райда, фу! – окрикнул пса сосед, – Ты куда в такую рань, малой?
– За продуктами.
Сосед расхохотался.
– А деньги есть?
– Есть!
– Тебе не продадут без взрослых, пойдем с тобой схожу.
«Действительно не продадут? – подумал Дерек, – Как же так – деньги есть, а продать – не продадут?!»
В лавке сосед ткнул кривым длинным пальцем в сторону витрины с алкоголем:
– За помощь купишь мне бутылочку горькой.
Дерек вздохнул.
– Сколько там у тебя? – сосед сунул нос в грязную ладонь Дерека, в которой он сжимал деньги.
– Ууу, приятель, ты что собирался купить на эти гроши?
– Не знаю, пирог какой-нибудь.
– Хватит только на макароны.
Сосед отнял и бросил на прилавок купюры Дерека:
– Бутылку горькой и пачку макарон.
Продавщица с подозрением посмотрела на парочку, но товар продала.
Дерек с понурым видом вышел на улицу.
– Чего нос повесил? – нагло спросил сосед, открывая бутылку, – Пойдем выпьем?
– Фу, такое не хочу.
– Пива, извини, нет, – заржал сосед.
– Что я буду делать с этими макаронами? Я даже плиту включать не умею.
– Вот и научишься. Еще в магазин пойдешь, зови меня, второй этаж налево моя квартира.
Дерек шел, уныло подкидывая макароны коленом. Утро началось не лучшим образом. Уду, наверное, еще спит. Интересно, он умеет варить макароны?
– Дерек, привет!