Чтение онлайн

Гамлет весь подобрался, выпрямил свою могучую спину.

– Что я должен сделать?

– Фольксштурм отпадает, я так понял. Ролики у них постановочные, да и сами ребята – воплощение земной кротости. Фактически патриоты и борцы с национализмом, ибо нет чурок – нет национализма. М-да… Кто у нас в наличии из экстремистов, кто уже в СИЗО или кого можно закрыть в течение суток?

– Штрайхер, то есть по паспорту Борух Моисеевич Фельдман, Лига арийского сопротивления, – с готовностью ответил Гамлет.

Зайцев брезгливо поморщился:

– Больной шизофреник!

– Задержано тридцать участников группировки, изъяты тонны подрывной литературы, фашистские флаги, нацистская символика, плакаты – настоящий арсенал фанатизма! – воодушевленно заявил Гамлет.

– Это несерьёзно. С этими придурками нас засмеют в суде.

На лице начальника УВД сияло ликование.

– Это же замечательно – когда государству оппозиционируют одни идиоты! Это значит, что наше государство настолько прекрасно и прочно, что у нормальных граждан нет и мысли устраивать подрывную работу.

– Всё-таки что у вас с Фольскштурмом? – заинтересованно поинтересовался Зайцев. – Есть какие-то наработки, хоть что-нибудь?

Гамлет выдавил улыбку:

– Будем работать по защитникам государства?

Цыплаков посмотрел на часы и сказал:

– Будем просто помнить свой долг, Гамлет Исаевич – от первого мгновенья до последнего. Идите. Полковник Зайцев подробно объяснит, что надо сделать.

Зайцев стремительно поднялся первым, склонил голову, и указал Гамлету в сторону выхода. В коридоре, устроившись у окна, заместитель начальника УВД принялся пространно объяснять задачу:

– …когда генерал говорит «уничтожить», то имеется в виду действительно их уничтожить. Премьер-министр озабочен разгулом экстремизма в провинции. Беслан, Волгодонск… всё это очень печально. Создаётся впечатление, что власть на местах не контролирует ситуацию.

Зайцев долго говорил, но по лицу слушателя так и не понял, уяснил ли тот задачу. Позже, когда он попрощался с Гамлетом, так и доложил своему начальнику.

– Но может остались какие-то бывшие УБОПовцы, нормальные боевые ребята? – сказал Цыплаков. – Давай поищем, сделаем повышение, если надо. Понимаешь, если Москва всё решит без нас – мы можем слететь с должности!

Паук держался почти до самого дома – в голове крутилось наставление Штрума «Брось сигарету! Курение убивает!», но вместе с тем мучило непреодолимое желание закурить. Наставления командира созвучны с надписями на пачке сигарет: «Курение убивает», и в контексте того, чем занимается бригада и как рискует, этот слоган не вызывает ничего, кроме лёгкой усмешки.

Ещё немного, и он дома. Осталось преодолеть последний барьер – ларёк прямо напротив подъезда. Но при взгляде на торговую точку, в которой на протяжении долгого времени приобретались сигареты, Паук не выдержал.

«Последний раз!» – подумал он и направился к ларьку.

– Мальборо, обычный, – сказал он и сунул в окошко сторублёвку.

Когда, забрав сигареты и сдачу, обернулся, то обнаружил себя в окружении девяти хмурых мужчин. А увидев милицейский «бобик» в отдалении, сразу понял, в чём дело.

Паук уверенным движением подбросил в воздух сигарету и с первой же попытки поймал её губами. Но прикурить не успел – один из парней дал подзатыльник, да такой сильный, что Паук с трудом удержался на ногах.

– Ты чо мужик?

Но тот и не думал останавливаться. Последовал второй подзатыльник, третий:

– Ну что ты, что ты, а, сучок!

Остальные принялись толкать его, подначивая, угощая несильными тумаками и пинками.

– Ну что ты, а, давай подерёмся как ты любишь: десять против одного.

Не выдержав, Паук бросился с кулаками на одного из них, но тут же получил сильный удар в челюсть. В следующую секунду ему заломили руки, надели наручники, и сопровождая ударами и издевательской бранью, затолкали в зарешеченный фургон.

В отделении с ним тоже не церемонились. А когда, наконец, собрались поговорить, то потребовался нашатырный спирт, чтобы привести задержанного в чувство.

– Тебя ждёт теплый приём в камере – десять злых чеченов, с которыми ты так любишь подраться. Думаю, ты недолго продержишься на ринге – один против десяти. Как тебе такой план, а?

– Это благоприятный вариант, умрёшь быстро, а если не напишешь признание по взрыву на Марата, отправишься в камеру к пяти азерам, они будут тебя любить всю неделю, испражняться на тебя и медленно мучить, и в конце недели ты сам попросишься в камеру к чеченам.

В половине восьмого утра, когда Андрей перебирался через Неву по Охтинскому мосту, зазвонил телефон. Побеспокоил Поздняков из Волгограда – шестерка Вадима Второва. Андрей был вынужден занять у Второва, своего школьного товарища, 1,5 миллиона рублей под грабительские 13 % в месяц. Тот контролировал должника не сам, а через исполнителя. Исполнитель, Поздняков, за два дня до установленной даты выплаты процентов звонил и напоминал, что приближается день Икс и уточнял реквизиты, куда надо перечислить деньги.

Андрея раздражал голос Позднякова, в котором чувствовалась некая скрытая издёвка. Мало кому нравится когда напоминают о деньгах.

Вот и сейчас.

– Алло, это аккумуляторный король Андрей Разгон?

– Да, Женёк, привет, как дела?

– Вас беспокоят из провинции, Волгоград на проводе.

– Внимательно.

– Хочу уведомить, что послезавтра мы рассчитываем получить 195,000. Реквизиты я выслал по электронной почте.

– Да, Жень, деньги будут в срок.

– Попрошу отправить подтверждение, что получил моё электронное письмо.