Чтение онлайн

Именно тогда сторонники Ню окрестили его Филином. Меткое прозвище распространилось по всем этажам власти, и отныне о Ню Цзяньсине никто не забывал. Искусный стратег и тактик, он изобразил филина на своем личном штампе.

В настоящий момент Филин размышлял о тревожном слухе, будто бы некоторые из его товарищей по Постоянному комитету изменили свое мнение о договоре по правам человека с США, над которым Ню работал с таким упорством. Все нынешнее утро он зондировал почву, пытаясь выяснить имена отступников.

Странно, что он не предвидел загодя столь серьезный раскол. Это тоже беспокоило его, он усматривал в этом намек на появление организованной оппозиции, ждущей удобного момента, чтобы выйти из тени и сорвать подписание договора. Теперь, когда Китай начал объединяться с капиталистическим миром, в правительстве неизбежно найдутся люди, которые сделают все, чтобы погубить договор и сохранить за собой власть.

Негромкий стук в дверь оторвал Ню от раздумий. Его глаза распахнулись. Шторы на окнах отгораживали его кабинет от яркого солнца и роскошных садов Джун Нань Хаи. Многолетний опыт научил Филина беречь свое рабочее место от постороннего взгляда. Вновь послышался одиночный удар в дверь — Ню слишком хорошо знал этот звук. Он всегда предвещал неприятности.

— Входите, генерал.

Генерал Чу Куайжун решительным шагом вошел в сумрачный кабинет, снял фуражку и сел в деревянное кресло напротив стола, подавшись вперед. У него было иссеченное шрамами лицо, могучие плечи и выпуклая грудь. Маленькие глаза генерала прятались среди глубоких морщин, оставленных ветром и солнцем. Он смотрел на Ню прищурясь, словно находился под слепящим солнцем пустыни. Его выбритая голова блестела в круге света настольной лампы, будто полированный стальной шар. Мундир с обилием наград придавал ему сходство с престарелым советским маршалом времен Второй мировой войны, размышляющим об уничтожении Берлина.

Это впечатление портила только тонкая сигара, которую он стискивал зубами.

— Это шпион.

— Вести от майора Пэна? — спросил Ню, скрывая нетерпение.

— Да. Майор полагает, что доктора Ляна использовали, но он в этом не уверен. — Генерал Чу возглавлял министерство общественной безопасности, один из органов, находившихся в ведении Филина. Майор Пэн был одним из лучших оперативников генерала. — Вероятно, Джон Смит — агент разведки, который хитростью добыл приглашение в Китай. Возможно, с целью научного шпионажа.

— Почему майор так считает?

— По двум причинам. Во-первых, в послужном списке Смита имеются некоторые странности. Если говорить коротко — ничем не оправданные длительные отлучки с места работы во ВМИИЗ. Как выяснилось, доктор Смит не только медик или ученый. Он получил куда более серьезную боевую и командную подготовку, чем большинство исследователей, даже тех, кто работает на американскую армию.

— А во-вторых?

— Интуиция майора Пэна подсказывает ему, что с доктором Смитом не все ладно.

— Интуиция?

Генерал Чу выдохнул аккуратное кольцо густого сигарного дыма.

— За годы руководства силами безопасности я убедился в том, что интуиция майора Пэна подкреплена его опытом и почти не дает сбоев.

Из всех ведомств, которые курировал Филин, министерство общественной безопасности нравилось ему меньше всего. Это был осьминог с клыками и когтями — огромная тайная организация, обладавшая невероятно мощными инструментами разведки и политического влияния. По складу своего характера Ню был созидателем, а не разрушителем. Курируя это министерство, он бывал вынужден одобрять или даже лично принимать решения, которые казались ему отвратительными.

— Что предлагает майор Пэн? — спросил Ню.

— Он хочет установить плотную слежку за доктором Смитом. Майор просит разрешения наблюдать за ним и, если возникнут хотя бы малейшие подозрения, допросить его.

Филин вновь сомкнул веки, размышляя:

— Слежка, вероятно, будет полезна, но, прежде чем я дам санкцию на допрос, мне потребуются весомые улики. Сейчас непростые времена, и мы должны радоваться тому, что в данный момент американское правительство особенно склонно к миру и сотрудничеству. Упустить столь редкий шанс было бы глупо.

Генерал Чу выдохнул еще одно облако дыма:

— Майор Пэн предполагает, что внезапное желание Смита посетить Шанхай и исчезновение одного из наших агентов в том же городе могут быть каким-то образом связаны.

— Вы до сих пор не выяснили наверняка, чем занимался этот ваш агент?

— Он был в отпуске. Мы думаем, он столкнулся с чем-то подозрительным и, прежде чем доложить, решил произвести собственное расследование.

Менее всего Филину хотелось спровоцировать столкновение со Штатами. Это привело бы к общественным потрясениям в обеих странах, вызвало противостояние двух правительств, связало руки президенту США во всем, что касалось договора по правам человека, и вынудило бы Постоянный комитет прислушаться к мнению консерваторов в Политбюро и Центральном комитете.

Однако престиж и безопасность Китая были важнее любых договоров, поэтому исчезновение агента внутренней разведки и возможное проникновение шпиона в Шанхай заслуживали самого пристального внимания.

— Когда вы все выясните, приходите ко мне, — велел Ню. — А до той поры майору Пэну предписывается вести за Смитом тесную слежку. Когда возникнет необходимость допросить его, вам придется убедить меня в этом.

Маленькие глаза генерала сверкнули. Он выдохнул еще одно кольцо дыма и улыбнулся.

— Я передам майору ваш приказ.

Филину не было нужды смотреть в глаза старому вояке.

— Передайте ему все слово в слово. Я доложу о подозрениях и действиях Пэна членам Постоянного комитета. Майор Пэн и вы, генерал, будете отвечать не только передо мной, но и перед ними.

Шанхай

Просторный номер Смита в отеле «Мир» вдруг показался ему тесной клетушкой. Прижавшись к стене у двери, он ждал, когда вновь послышатся шаги. Вместо них раздался стук — такой же тихий, едва уловимый. Смит не шелохнулся. Опять раздался легкий стук — на сей раз нервный, настойчивый. Это не был коридорный или горничная.