КиберЧаръ
Шрифт:
Они на бегу завернули за угол. Тонкая путеводная нить утолщалась, перекручивалась и свивалась петлёй, висящей поперёк туннеля.
Алисса заскрипела зубами. Её пальцы разжались, и чужая ладонь выскользнула на свободу. Лялька закричала «Всё!», и проскочив петлю, они упали на грязный асфальт у тёмного входа в подъезд многоэтажки.
Пятый
Кабацкая стойка накренилась. Пятый Азеф хотел заказать ещё виски, но не мог решить какому из разливайщиков. Так уж повелось, что они всегда видели, когда и кому хватит. Поэтому если потребовать ещё порцию у дурного морока, из заведения выставят проветриться. А дышать холодным ночным воздухом совсем не хотелось. Хотелось упиться, чтобы забыть обо всём на свете. Особенно…
– Твоему отцу это бы не понравилось!
Попытка сфокусироваться на пятне, которое перегородило половину кабацкой стойки, провалилась. Непосильная задача – разобрать в мазне человека. Хотя голос слишком знакомый, чтобы не узнать.
– Особенно про моего отца! – недовольно гаркнул Пятый Азеф в мутное пятно. – Особенно про него! Уйди!
– Только не сегодня, – возразил слишком знакомый голос. – Началось!
Теперь уже накренилась не только стойка, а весь кабак. Стул предательски скрипнул ножками и сбрыкнул. Кажется, до этого кто-то хотел встать и сбежать. Оставалось только вспомнить кто и куда. А пока можно было самоотверженно предаваться свободному падению. Он как пёрышко, покачиваясь, слетел вниз, и как мешок с дерьмом оглушительно грохнулся об пол.
– Внимание! – проревел знакомый голос. – Соблюдайте спокойствие, не пытайтесь противодействовать и вмешиваться. Работает Магическая Служба Безопасности!
В кабаке резко посветлело. На несколько мгновений мутное пятно на фоне яркой вспышки стало темнее, а потом на Пятого Азефа набросилась резкость, ясность и понимание. Вспомнилось всё, особенно то, что не хотелось вспоминать. Размякшим мышцам вернулась прежняя гибкость и сила. Ноги сами собой согнулись, распрямились и подняли его с пола. А голова начала подло соображать.
– Магическое воздействие в рамках операции МСБ – завершено! Возвращайтесь к своим делам. Спасибо за понимание!
Знакомый голос вырывался изо рта знакомого лица. Вот только видеть его хотелось ещё меньше, чем отца. Третий Азеф был на него похож: старообрядческая борода лопатой, строгие губы, длинный прямой канонический нос и сосредоточенные, непроницаемые глаза. Прямо герой батальной живописи. Ещё бы строгий деловой костюм заменить на мантию с посохом.
– Чего тебе?
– Здесь говорить не стоит…
– Иди ты со своей секретностью!
– Скоро все узнают!
Пятый Азеф не успел повернуться, застыв посреди кабака. Заклятье впилось прямо в позвоночник, отбив на несколько мгновений все двигательные функции. Брат отца продолжил МСБшную операцию, подхватил его под руку и потащил в укромный тёмный угол, бормоча на ходу:
– Рано или поздно это должно было случиться.
– Ну, началось и началось. Я-то тут причём?
– Твоё «Уберём ВВ» напоролось на пандеклятье.
Весь испарившийся под чарами алкоголь резко впрыснулся обратно. Голова закружилась, а ватные ноги подогнулись. Даже дышать стало нечем. Спёртая дымная атмосфера кабака не впихивалась в лёгкие, а застревала на подходах. Очень-очень захотелось умереть, но кто бы ему дал.
– Всё это нарочно? – еле выдавил Пятый Азеф.
Его швырнуло за маленький столик в углу, а Третий Азеф навис сверху.
– Смотри за Пушкиным днём и ночью…
– Так вот почему отец меня отпустил? Всё это было очередной разработкой? Мне позволили сбежать с ритуала? Дали бросить МСБ? Не помешали стать мусорщиком?
– У Пушкина проклятая руна. П-руна вам его нужна…
– Внедрили без моего согласия и рассчитываете, что я поскачу под вашу дудку? Давно медкомиссию проходил?
Третий Азеф сел рядом и доверительно уставился ему в глаза.
– Брось эти штучки!
Пятый Азеф отвернулся и невольно прижал руку к сердцу. Сквозь рубаху засветились защитные руны, а чужие заклятья обернулись паром и поползли к потолку, перемешиваясь с едким дымом.
– Я думал ты недопротрезвел.
Оправдание прозвучало слишком по-детски.
– Засунь себе свои приказы туда, куда вы с папашей любите их другим совать!
Третий Азеф нахмурился и протянул руку, но получил по пальцам и замер. Руны под рубахой так светились, что Пятый Азеф почти растворился в их сиянии. И смотрел оттуда, как демон летнего затмения. Не мигая, только чуть щурясь. Его красные глаза посветлели. Разгладились даже мешки под ними. Зато от губ провалились упрямые родовые складки, и побритое лицо застыло.
– Забыл мой уровень, дядя?
Третий Азеф покачал головой.
– Вот и хорошо. Не придётся сжигать тут всё вместе с тобой.
Защитные руны погасли, и в кабаке окончательно потемнело. По изгибам дыма во мраке снова полилась незамысловатая мелодия. Исчезли грязные разводы на столах и тёмные багровые пятна на полу. Единственный скучающий разливайщик за стойкой перестал сканировать гостей единственным глазом и защёлкал длинным чёрным ногтем по бокалам. Их стеклянные бока звякали в ответ, очищаясь от липких отпечатков и мутного осадка на дне. У служебной магической подписки свои преимущества, одна помогает мусор убирать, другая посуду мыть, а третья алкоголь варить.
Пятый Азеф поднял руку и заорал:
– Двойной виски безо льда. Четыре раза.
– Пока ты нажираешься, твои новые друзья…
– Они мне не друзья.
Третий Азеф кивнул.
– Твои новые коллеги из «Уберём ВВ» умирают от проклятья.
Пятый Азеф только хмыкнул и почесал щетину на подбородке. Пора было побриться, а то волосня на лице сильно бесила.
– Тем более не понимаю, почему ты тратишь время здесь, а не спасаешь их от ужасного проклятья?
– Твой дядя уже погиб…
– Какой? По старшинству?
– Твой наставник в МСБ…
– Какой именно? По старшинству? – издевательский тон племянника настолько явно провоцировал, что Третий Азеф собрался и нехотя выговорил:
– Четвёртый…
– Он ещё и глухой! Двойное виски безо льда! – заорал Пятый Азеф. – Ничего не слышит, шишень. Поэтому я и сижу у стойки, – он попытался встать.
– Лучше бы ты пил дома, а не шлялся по…
– Сам пей…
– Пожалуйста, – протянул Третий Азеф. – Не делай вид, что тебе плевать. Он же твой дядя…