Катала
Шрифт:
Ух, как Ленка на меня таращится! Похоже, сыграно на пять. Все было очень убедительно.
– Прости, родной, нет времени на объяснения. – Я выдернул громоздкую тушу Энди из кресла пилота, бесцеремонно отшвырнул в сторону и занял место у пульта управления. Страж, повинуясь моему мысленному приказу, уже вовсю моргал алыми всполохами с камня перстня, вгрызаясь в электронные мозги грузовика. Ого! Алые всполохи – это запредельный режим. В чем дело? Нас начало мотать из стороны в сторону. Понятно. Пошла атака, и Страж начал выводить корабль из-под обстрела. Надо сказать, виртуозно работает!
– Какого хрена!!!
Вам приходилось слышать рев взбешенного медведя? Как оказалось, Энди не только внешностью, но и голосом на него похож.
– Энди, не вздумай! Он нас спасает! – Иллена повисла на взметнувшемся с пола брате, не давая ему броситься на меня с кулаками.
Какая же ты умничка! Правильно. Верить надо своему королю. Рывки стали мощнее. К счастью, корабельные антигравы под чутким руководством Стража работали отменно, смягчая гравитационные удары. Обзорные экраны начали перекрывать языки пламени. Взревели агрегаты, пытаясь охладить стремительно накаляющуюся от трения обшивку.
«Дай мне хотя бы пятьсот метров форы!» – мысленно взмолился я, обращаясь к Стражу.
Замечательный все-таки у меня защитник. Все понимает с полуслова. Нет, с полумысли!
– Все ко мне! – рявкнул я, зафиксировав в подкорке стремительно приближающийся зеленый мыс, глубоко вдающийся в голубые воды широкой извилистой реки, и дал команду перейти на бреющий полет.
– Не понял… – начал было Энди.
Он явно тормозил, но, к счастью, Иллена соображала быстрее и бесцеремонно подтащила ко мне своего брата.
– Держитесь крепче!
В рубке стало нестерпимо жарко. Так жарко, что запершило в горле.
– За что? – прохрипел Энди.
– За меня!
Я направил корабль на едва виднеющуюся на горизонте гору, сгреб обоих в охапку и скрутил пространство точно над мысом, одновременно блокируя свой ПКИ…
И опять мокрая тряпка шаркает по моему лицу. Интересно, сколько на этот раз я крови потерял и сколько лежал в отрубе?
– Слушай, а он вообще человек?
– Сам не видишь? Две руки, две ноги…
– Посередине хвостик. Насмотрелся на вас в душе. Ли, не о том речь! Люди на такое не способны!
– А кто способен?
– До сегодняшнего дня я был атеист, – неопределенно буркнул Энди.
Какая прелесть. Лежу спокойно, ничего не делаю, а имидж сам собой взлетает до небес. Зевс, Посейдон, быстро потеснились. На Олимп ползет Артем Великолепный – бог телепорта! Морда наглая, грудь колесом!
– Леночка, голову пощупай… – тоном умирающего лебедя попросил я.
– Ой! Он уже очнулся!
– Голову пощупай, говорю! – уже строже сказало мое величество.
– Зачем?
– Щупай!
Нежные девичьи пальчики осторожно прошлись по моей шевелюре.
– Рогов нет? – деловито спросил я.
– Нет.
– Значит, должен сиять нимб.
– Тьфу! Энди, оставайся атеистом. Боги такими раздолбаями не бывают.
– Не слушай ее, Энди. На колени и быстро бить поклоны! – приказал я, открывая глаза.
Подо мной зеленая травка, надо мной голубое небо, белые облака, а рядом сидят брат с сестрой и таращатся на меня. Лепота! У Иллены в руке мокрый кусок ткани, перепачканный в крови.
– Откуда тряпка? – поинтересовался я.
– Эта дуреха от подола юбки оторвала, – сдал сестренку Энди.
– Она же у нее и так мини, – «ужаснулся» я, потом сделал вид, что мою королевскую морду озарило, и глубокомысленно изрек: – Влюбилась и теперь искушает. Я бы даже так сказал: непристойно домогается!!!
Мокрая тряпка смачно шлепнула меня по лбу.
– Прошу прощения, ваше величество, – ядовито извинилась «искусительница». – Хотела ваши королевские сопли из-под носа удалить, но малость промахнулась.
– Вот доберемся до Фессалии, я тебя сразу на конюшню и поро-о-оть, поро-о-оть, вожжами да с оттягом! – мечтательно вздохнул я, приподнялся на локте и начал озираться.
Над вершиной горы, верхушка которой едва просматривалась в туманной дымке горизонта, все еще бушевало пламя. В отличие от самой горы его отсюда было видно очень хорошо.
– Сколько контрабанды я на нем поперевозил, – ностальгически вздохнул Энди. – Угробил ты моего кормильца.
– Помянем. За мной не заржавеет. Зато теперь мы официально мертвы, и Синдикат с Большим Джо от нас наконец отстанут. Кстати, ты сколько весишь?
– Девяносто восемь.
– Тебе надо срочно садиться на диету. – Девяносто восемь плюс пятьдесят пять. Полтора центнера с гаком, не считая меня, родного. И я все это пер через пространство. Псих! А ведь до сих пор вроде не был склонен к суициду. – И долго я тут без сознания лежал?
– Минут пять-шесть, не больше, – доложил Энди.
– А в прошлый раз? – повернулся я к Иллене. – Когда я тебя из казино вытаскивал?
– Минут двадцать отдыхал, – сердито буркнула девчонка. – Перепугал меня до полусмерти. Хоть бы ножкой для приличия дрыгнул, чтоб я не волновалась.
– В следующий раз непременно. Энди, Ленка, о том, как я вас с грузовика вытаскивал, никому ни слова. Договорились?
– Договорились, – синхронно мотнули головами брат с сестричкой.
– Вот и ладненько. Энди, ты успел определиться, где мы есть?
– Нет. Я только выруливать начал, как на нас навалились.
– А что если эта планета необитаема? – испуганно спросила Иллена.
– Тогда нам с тобой уготована роль Адама и Евы.
– А мне? – поинтересовался Энди.
– Тебя в библейских текстах нет, а потому, чтобы не нарушать каноны, мы тебя… – я многозначительно похлопал себя по животу. – Короче, молись, чтобы здешние леса кишели живностью и с хавчиком не было проблем.