Чтение онлайн

— Коснитесь меня, — попросила она. — Рабыня умоляет об этом.

— Я еще никогда не был мужчиной, — признался Туво Авзоний.

— Наверное, господину это понравится.

— Возможно. Она застонала.

— Да, это было бы любопытно, — задумался он.

— О, господин! — прошептала она.

— Мне не следует так прикасаться к тебе — я из «одинаковых».

— Мы оба уже совсем другие.

— Кто же мы тогда?

— Я принадлежу вам, — решительно заявила она. — Сжальтесь!

— Кто мы такие?

— Мужчина и женщина, господин и его рабыня!

— Думаю, я найду, чем занять тебя, — размышлял он, — например, домашней работой.

Она плавно изогнула спину.

— Ты умеешь готовить, убирать, шить? — спросил он.

— Нет, нет! — заплакала она. — Прошу вас, не останавливайтесь!

— Тебе нравится быть женщиной?

— Да! Да! Да! — почти кричала она.

— А рабыней?

— Да! Тысячу раз «да»!

— Ты так странно изогнулась, — заметил он.

— Не надо ругать меня, господин!

— А теперь сжалась…

— Я ничего не могу поделать с собой, господин.

— Ты можешь вести себя, как захочешь.

— Спасибо вам, господин!

— Цепи надежно держат тебя. Я еще никогда не видел такой женщины.

— О! — застонала она.

— Ты так красива, Сеселла, — произнес он.

— Я ваша! — простонала она.

— Встань на колени, головой к полу.

— Повинуюсь, господин.

— Я должен кое-что обдумать, — заявил он.

— Да, господин?

Он сидел на одеяле, расстеленном по полу, рядом с ней. Она была все еще прикована к кольцу.

— На этой планете находиться опасно, — продолжал он.

— Да, господин.

— Интересно, здесь знают, что такое честь? — размышлял он.

— Я не знаю, — ответила она. — Я всего лишь рабыня.

— Раньше я не задумывался об этом, — заключил он. — Но теперь ни в чем не уверен.

— Почему она связана? — спросил Юлиан.

— Он связал меня! — пожаловалась рабыня.

— Она разбила тарелку, — объяснил управляющий домом.

— Какая ты неловкая, Геруна, — покачал головой Юлиан.

— Тарелка просто выскользнула, — оправдывалась она.

— Как вы собираетесь наказать ее? — обратился Юлиан к управляющему.

— Думаю, пяти плетей будет достаточно.

— Господин никогда не позволит вам наказывать меня! — воскликнула рабыня.

— Почему же? — удивился Юлиан.

— Господин, конечно, помнит прошлую ночь? — напомнила она.

— Да, — ответил Юлиан. — Ты быстро учишься и становишься отличной рабыней.

— Тогда господин отпустит меня?

— Разумеется.

— Благодарю вас, господин! — воскликнула рабыня, бросая косой взгляд на управляющего.

— После того, как ты получишь десять плетей, — добавил Юлиан.

— Господин! — закричала она, но тот уже вышел из комнаты.

— Прошло уже много времени, — заметил Юлиан.

— Я должен вернуться на Варну, — решил Отто. — Видно, мне не дождаться ни чина, ни назначения.

— У них нет выбора, — возразил Юлиан. — Они не осмелятся отказать мне.

— На полях вольфангов пора убирать урожай, — вздохнул Отто.

— Они могут управиться без тебя.

— Там в лесах есть львы, на которых я могу испытать свою силу, — продолжал Отто.

— Самые свирепые львы — в Империи.

— Я еще не видел их.

— Их не так-то легко увидеть, — объяснил Юлиан.

— Я постоянно думаю о Варне.

— Ты изголодался по рабыням, — понял Юлиан. Отто промолчал.

— Как дела у Ренаты? — поинтересовался Юлиан.

— Ей живется отлично, — ответил Отто. — От одного прикосновения она становится возбужденной и беспомощной. Думаю, она будет прекрасным подарком для кого-нибудь.

— Кажется, есть особая рабыня, по которой ты изголодался, та, которую ты никогда не забудешь.

Отто не ответил. Он смотрел в окно машины на иссушенную землю.

— Наверное, тебе даже не случалось попробовать ее, — с еле заметной улыбкой продолжал Юлиан.

— Она — лживая, ничтожная, вероломная шлюха, — фыркнул Отто.

— Но, согласись, весьма привлекательная, — добавил Юлиан.

— Да, — неохотно признался Отто, — в ней есть своя прелесть.

— Думаю, она привыкла к ошейнику, — заметил Юлиан, — и стала пугливой.

— Она и должна быть пугливой, — возразил Отто, — она же рабыня.

— Думаю, она отчаянно желает угодить своему хозяину.

— Эта коварная, распутная тварь?

— Да, — кивнул Юлиан, — я уверен, что она желает угодить тебе.

— Рабыни часто испытывают возбуждение, — возразил Отто. — Если она когда-то предала тебя, ты можешь насладиться, попробовав ее.