Чтение онлайн

Охранник положил трубку.

Андрей спросил:

— Ну что, повелся твой напарник?

— Сашка-то! Повелся! Удивился сначала, потом поверил. Придет!

— Что ж, подождем! А пока скажи мне, Олег, Петр Константинович на даче с супругой?

— А вы, похоже, действительно знаете генерала. Да, с ней. Она вчера часов в одиннадцать приехала.

— А спальня по-прежнему рядом с кабинетом?

— Вот этого не знаю, на второй этаж ни разу не поднимался.

— Ну и ладно. Да ты не нервничай. Все будет нормально.

Ровно через десять минут дверь караульного входа особняка открылась, и к сторожке торопливым шагом направился крепкий бугай с совершенно лысой или чисто выбритой головой. Его «Сайга» болталась на ремне у колен. Андрей подумал: зря господин Оболенский заменил ребят из отдела защиты этими лохами.

Лысый уверенно вошел в сторожку и тут же попал в жесткий шейный захват Павлова. Секунды — и его тело упало под стол. Олег испуганно вскрикнул, но получил удар в горло. Андрей применил боевой прием в щадящем режиме. Не рассчитай он немного силы, и охранник погиб бы, но Москвитин умел рассчитывать силы. Поэтому тот всего лишь потерял сознание.

Стащив его со стула, Андрей указал Вячеславу на Олега:

— Раздевай его! Вы с ним чем-то похожи и примерно равны по комплекции. Затем вяжи их, да учти, этому Олегу, как придет в себя, надо будет откашляться, так что сразу рот не залепляй. А то задохнется к чертовой матери! А я в дом. И помни, Славик, отход по первой моей команде на мобильник. Никакого не нужно геройства, понял?

— Да понял я все! Работай спокойно.

— Ну, давай, друг, прощай.

— Ты чего это?

— Ничего, привычка.

Андрей, оставив Павлова заниматься с вырубленными охранниками, броском переместился к дому, в который свободно вошел через открытые сексуально озабоченным Саньком двери. Комнату с отдыхающей сменой нашел без труда. Она была первой справа. Охранники спали на двух солдатских кроватях. Одетыми, даже не сняв полусапоги. Рядом лежали все те же ружья, а на дужках висели, что приятно удивило Андрея, по две пары наручников. Это хорошо, все не возиться с веревкой. Андрей подошел к спящим, встал между их кроватями. Разбудить их и заставить запаковать друг друга? Нет, рискованно, неизвестно, что представляют собой эти ребятки. Надежней лишить их сознания. Москвитин опустился на корточки, положил на пол пистолет с автоматом и одновременно схватил обоих охранников за горло. Те дернулись, попытавшись инстинктивно вырваться, но Андрей надежно пережал им сонные артерии. Подергавшись, тела парней обмякли. Они продолжили свой слегка потревоженный сон, в ином, правда, режиме. Андрей перевернул каждого на живот, сцепив наручниками руки, сведенные назад, прикрепив ноги к задним дужкам. Проверил, как дышат пленники. Те дышали носом. Хорошо. Липкой лентой он заклеил им рты. Теперь ребята, очнувшись, смогут лишь мычать. До прибытия спецназа, который и освободит их. Так, с охраной вопрос решен, теперь наверх. Поднимаясь по лестнице, а затем, крадясь по коридору, Москвитин оценил мастерство строителей. Ни одна из половиц не издала звука. Как не скрипнула и створка дверей спальни. Через узкую щель майор осмотрел помещение, оборудованное для отдыха генерала. Кровать, на которой лежали двое. Совершенно голые. Сам Оболенский на спине и закинувшая, обнажив интимное место, на него ногу молодая жена генерала. В комнате мерно работал кондиционер. Дверей в боковые комнаты, в том числе в кабинет, не было, на окнах витые решетки за прозрачным тюлем. Следовательно, у Оболенского из спальни выход один, в коридор, где у входа в кабинет стоял кожаный диван. Прикрыв створку, Москвитин устроился на диване. Движения в спальне он услышит. И того, кто выйдет оттуда в тот же туалет, встретит и при необходимости нейтрализует. Он взглянул на часы: 4.28. Нормально. Часа через полтора можно ожидать пробуждения господина руководителя спецслужбы. И пробуждение это станет для него самым ужасным и последним в жизни! Андрей, вздохнув, откинулся на мягкую спинку дивана. Ему оставалось одно — ждать!

Генерал проснулся в семь часов. Отодвинул от себя женщину, прикрыв ее простыней, надел трусы, валявшиеся на ковре рядом с кроватью, потянувшись и обувшись в шлепанцы, пошел на выход из спальни. Его шаги услышал Москвитин и в доли секунды оказался у двери, подняв вверх глушитель пистолета. Для пущей неожиданности майор опустил шапочку, превратившуюся в маску.

Дверь открылась в сторону Москвитина. Генерал повернул направо, туалетные комнаты и душевая находились чуть в стороне. Сделал несколько шагов и почувствовал за спиной чье-то присутствие. Резко обернулся и вздрогнул, увидев человека в боевой форме спецназа, в маске, с пистолетом, направленным ему в живот.

Андрей проговорил:

— Доброе утро, Петр Константинович!

Оболенский сразу не узнал голос, который совершенно не ожидал больше услышать, тем более на собственной даче, но сумел взять себя в руки.

— Кто ты?

Москвитин посоветовал:

— Тише, генерал, тише, а то супругу разбудите. Для нее это опасно. Смертельно опасно. А умирать даме рановато, вся жизнь впереди!

Генерал повторил вопрос, но сбавив тон:

— Я спросил, кто ты?

Майор поднял маску:

— Москит?

Изумлению генерала не было предела. Он даже рот открыл, до того неожиданным для него стал тот, кого он уже стер из своей памяти.

— Узнал? Ну, чего зенки вылупил? В сортир шел? Так иди!

Оболенский послушно повернулся и пошел к туалету. Дверь оставил открытой. Вскоре вышел оттуда, успев прийти в себя.

— Москвитин? Но почему в такое время и здесь? Я ждал сообщений о тебе, но не думал…

Майор прервал начальника:

— Заткнись. Вперед, в спальню!

— Что ты задумал?

— Я сказал, в спальню!

Генерал проследовал в комнату отдыха. Встал возле кровати. Москвитин швырнул ему наручники, кусок веревки и липкой ленты, приказав:

— Оприходуй бабу так, чтобы она и тявкнуть не могла.

Оболенский взял жену за руку, та спросонья пролепетала:

— Ну что, Петя?

— Ничего!

Женщина открыла глаза и, увидев человека в боевой форме с оружием бесшумного боя в руках, вскрикнула. Генерал тут же перевернул ее на живот, защелкнул на запястьях рук наручники. Та взвизгнула:

— Ты что делаешь?

— Молчи, дура! Если жить хочешь.

Супруга замолчала. Оболенский привязал ее ноги к кровати, заклеил рот. Поднялся, глядя на Москвитина:

— Что еще, майор?

— А теперь в кабинет!

— Мне надо одеться!

Андрей согласился:

— Разумно. Отойди в сторону.

Сам подошел к платяному шкафу, достал из него парадный костюм генерала безопасности, проверил карманы, бросил на голое, скованное тело женщины. Следом полетела белая рубашка, черный фирменный галстук, носки, полуботинки, хранившиеся в обувной коробке.

— Одевайся!

— В форму?

— А что? Или тебе уже в падлу носить форму российского генерала? Хотя, да, китель не надевай, не позорь погоны. На сборы три минуты!

Оболенский облачился в форму без кителя.

Андрей указал стволом на жену:

— Скажи своей красавице, чтобы лежала тихо. Попытается развязаться и сбежать, умрет!

Генерал ответил:

— Она и так слышала, что ты сказал!

— Это правда, крошка?

Женщина кивнула головой.

— Хорошо! И не бойся. Лично тебе ничего не грозит. Полежишь несколько часов, потом уедешь, целой и невредимой!