Чтение онлайн

— Когда майор был в Швеции, он говорил о наркотиках, — сказал Валландер. — О росте числа заводов в Восточной Европе, выпускающих амфетамин. Он был уверен, что те двое пали жертвой внутренних разборок в преступном синдикате, занимавшемся контрабандой наркотиков. Он пытался понять, были ли эти люди убиты из мести или за то, что отказались выдать информацию. К тому же есть серьезные подозрения считать, что сам плот был чем-то вроде средства перевозки наркотиков, поскольку из полиции его украли. Но мы так и не пришли к выводу, как свести все эти предположения воедино.

— Надеюсь, это удастся полковнику Путнису, — сказал Мурниерс. — Он очень опытный следователь. А пока я хотел предложить вам осмотреть место убийства майора Лиепы. Допрос полковника Путниса может потребовать много времени.

— Майора убили именно там, где нашли тело?

— Ничто не говорит против этого. Место там довольно глухое. Ночью в районе порта не так много народу.

Неправда, подумал Валландер. Майор оказал бы сопротивление. Его не так-то просто было бы выманить ночью в порт. Что место глухое — это еще не доказательство.

— Я хотел бы встретиться со вдовой майора, — сказал Валландер. — Возможно, разговор с ней окажется важен для меня. Я полагаю, вы уже говорили с ней много раз?

— Мы провели очень подробный допрос Байбы Лиепы, — ответил Мурниерс. — Конечно, я распоряжусь, чтобы вы с ней встретились.

Они поехали вдоль реки, стояло серое зимнее утро. Сержант Зидс получил задание разыскать Байбу Лиепу, а Валландер и Мурниерс поехали к тому месту, где было найдено тело майора Лиепы и где, по словам полковника, произошло убийство.

— А какова ваша версия? — спросил Валландер, когда они устроились на заднем сиденье машины Мурниерса, которая оказалась больше и удобнее той, которую получил в свое распоряжение Валландер. — Ведь вы наверняка анализировали факты, вы и полковник Путнис.

— Наркотики, — твердо ответил Мурниерс. — Мы знаем, что главарей синдиката охраняет армия телохранителей. Почти всегда она состоит из наркоманов, готовых на все, лишь бы получить свою дозу. Может, главари решили, что майор Лиепа подобрался слишком близко к разгадке?

— А он подобрался?

— Нет. Если бы эта версия была верна, по крайней мере десяток высших офицеров милиции оказались бы убиты еще прежде Лиепы. Майор никогда раньше не расследовал дела о наркотиках. Это была чистая случайность, что мы решили послать в Швецию именно его.

— А какие преступления расследовал майор?

Полковник смотрел в окно отсутствующим взглядом.

— У него был большой опыт в расследовании различных преступлений, — сказал он. — У нас в Риге недавно случилось несколько убийств с целью грабежа. Майор Лиепа быстро раскрыл все дела и провел блестящую операцию по поимке преступников. Часто его привлекали, чтобы ускорить ведение дел у других, менее опытных следователей.

Машина остановилась на красный свет, и они замолчали.

Валландер смотрел на толпу людей, мерзнущих на автобусной остановке. Ему казалось, что они никогда не дождутся автобуса, который откроет для них двери.

— Наркотики, — произнес он. — Для нас в Европе это старая проблема, а для вас новая.

— Не совсем новая, — возразил Мурниерс. — Но размах, который мы сегодня наблюдаем, это нечто невиданное. Открытие границ создало такой их трафик и рынок, какого мы раньше не знали. Честно говоря, иногда просто руки опускаются. Мы просто вынуждены развивать сотрудничество с полицией Западной Европы, поскольку большая часть наркотиков, попадающих в Латвию, предназначена для вашего рынка. Наркоторговцев привлекает ваша твердая валюта. Для нас совершенно очевидно, что Швеция является одним из рынков, которым больше всего интересуются банды из Латвии. По естественным соображениям. От Вентспилса до шведских берегов не так много морских миль. К тому же береговая линия растянута и ее трудно охранять. Если можно так выразиться, Швеция — классическое звено возобновившейся цепи контрабанды. Раньше тем же путем перевозили бочки со спиртом.

— Расскажите еще, — попросил Валландер. — Где изготавливаются наркотики? Кто за ними стоит?

— Наверное, вы понимаете, что мы живем в обнищавшей стране, — сказал Мурниерс. — В такой же бедной, как и наши соседи. В течение многих лет мы были вынуждены жить словно в клетке. И лишь издалека смотреть на богатый Запад. И вдруг все сделалось доступным. Но при определенном условии — что у тебя есть деньги. Для тех, кто готов на многое или вообще лишен моральных принципов, наркотики — самый быстрый способ получить доступ к этим деньгам. Когда вы помогали нам рушить наши стены, когда распахивали двери в страны, где люди сидели взаперти, вы тем самым открыли шлюзы для гигантского голодного вала. Люди ведь изголодались по всему, что раньше могли видеть лишь издали, что было запрещено, до чего нас не допускали. И мы пока еще не знаем, чем все это кончится.

Мурниерс наклонился к шоферу и что-то сказал ему — машина тут же затормозила у тротуара.

Мурниерс указал на фасад здания:

— Следы от выстрелов. Примерно месячной давности.

Валландер подался вперед, чтобы разглядеть. Стена была испещрена следами от пуль.

— Что это за здание? — спросил Валландер.

— Одно из наших министерств, — ответил Мурниерс. — Я хотел показать вам их, чтобы вы поняли. Мы все еще не знаем, чем все это закончится. Станут ли люди свободнее? Или их свободу опять ограничат? Быть может, свобода исчезнет вовсе? Мы пока ничего не знаем. Вы должны понять, комиссар, что приехали в страну, в которой изменения начались совсем недавно.

Они двинулись дальше и приехали в большой район, прилегающий к порту. Валландер обдумывал слова полковника. И неожиданно почувствовал симпатию к этому бледному человеку с одутловатым лицом. Казалось, он говорил также и о себе, возможно, в первую очередь о себе.

— Мы знаем, что существуют лаборатории, которые производят амфетамин, а также, вероятно, морфин и эфедрин, — продолжал Мурниерс. — К тому же мы подозреваем, что азиатские и южноамериканские кокаиновые картели пытаются создать новую сеть для транзита через страны Восточной Европы. Их замысел состоит в том, чтобы найти замену прежним маршрутам, которые шли прямиком через Западную Европу и большей частью уже раскрыты европейской полицией. Но на вновь появившемся восточно-европейском рынке преступники находят возможность ускользнуть даже от самых бдительных стражей порядка. Скажем прямо, нас легче подкупить.

— Даже таких, как майор Лиепа?

— Он никогда не унизился бы до того, чтобы брать взятки.

— Я только к тому, что он ведь был бдительным следователем?

— Если он оказался излишне бдительным и если именно это стало причиной его смерти, я надеюсь, полковник Путнис вскоре это выяснит.

— А кто тот человек, которого вы взяли?

— Один из тех, кто часто фигурировал в делах, связанных с людьми, найденными на плоту. Прежде работал мясником в Риге, а потом стал одним из главарей организованной преступности, с которой мы неустанно боремся. Ему всегда чудесным образом удавалось избежать тюрьмы. Может, нам повезет и мы посадим его теперь?