Чтение онлайн

– Саня, помоги, – услышал я однажды из телефонной трубки. – Мы с Танюшей разводимся. Слова эти прозвучали для меня как гром с ясного неба.

– Это как? – только и смог выдавить из себя я.

– А вот так. Помоги, приходи, сделай что-нибудь, – в трубке пикнуло, и связь прервалась.

Это как? Ещё раз мысленно произнёс я. Как Витька мог поссориться с Татьяной? Вероятность такого события была сопоставима с появлением Святой Мари в современном публичном доме. Их даже семьёй назвать было нельзя, в прямом смысле этого слова они существовали как единый организм. Когда я заходил к ним в гости, то оставлял за дверями негатив, который накопился у меня за всю жизнь – там ему просто не было места. Все стрессы, обиды, злоба и горечь у дверей их квартиры просто спадали, как шелуха, и уползали восвояси. Наблюдать за этой парой без текущей слюны доброй зависти было невозможно. Общение у них сводилось в основном к взглядам друг на друга. Вернее не так: их глаза постоянно были связаны и лишь изредка они отрывались, что бы посмотреть на окружающих. Если Танюша брала в руки печенье, значит, Виктору его очень захотелось и она, с неземной нежностью кормила возлюбленного. Если Витька доставал из холодильника пирожное, то значит, Татьяна захотела сладенького. Вам ха-ха, а они так жили уже двадцать лет. Глядя на них, я не понимал, зачем им вообще секс, и так слияние организмов полное, но четверо детей указывало на то, что… ну вы понимаете, не отпочковались же они.

Один раз я зашёл к ним в гости с женой. Лучше бы я этого не делал. Моя супружница большая скромница и тихоня, но что она мне устроила в этот вечер, дома… Я и по молодости столько и так не мог. Думал, помру, как мечтаю, в момент любви. Но ничего, сдюжил, и даже понравилось… но рассказ не об этом.

Так вот, эта… даже не знаю, как их назвать. Пара? Какая из них пара, даже сиамские близнецы, это личности по отдельности, а они – два диффузировавших друг в друга организма. Во загнул, но такое сравнение вполне к ним подходит. И… они вдруг поссорились? Как может левое полушарие моего мозга поссориться с правым? Бред. Хотя у меня может, а вот они нет. Короче, надо идти к ним, а не ломать голову, благо дома напротив.

– Саня, она назвала меня бякой, – прямо с порога заявил Витька.

– А он чертыхнулся, прикусив язык, когда я ему давала любимое печенье, – парировала Танюша.

– И чё? – не понял я

– Ну, она же меня обозвала.

– А как она это сказала? – уже смеясь, спросил я.

– Да она и не сказала, а подумала, а это ещё хуже!

– Ты тоже чертыхнулся не вслух!

Тут я завис. Совсем. Секунд двадцать мои извилины пытались прогнать через себя полученную информацию, но получалось это плохо, из-за явной абсурдности оной. Была мысль вызвать скорую из дурки, но подумалось, что забрать могут и меня, как заразившегося.

– Вы что, действительно читаете мысли друг друга? – немного выйдя из оторопи, спросил я.

– А вы с женой разве нет? – услышал я в ответ хор из двух голосов.

– Как же вы прожили двадцать лет? – на меня опять напал ступор. – Это же ни соврать ни… да не дай Бог!

– А как же вы живёте тогда с женой? – удивилась Татьяна.

– Так, этот разговор начинает напоминать диалог с инопланетянами. – Меня посетила идея. – Вы действительно решились развестись?

– Да, после таких оскорблений, мы не можем больше жить вместе.

Тут я заржал, бесстыдно, нагло, с пониманием идиотизма ситуации.

– Хорошо, и кто из вас готов уйти? – отсмеявшись, я одной рукой мял заболевший пресс, а второй вытирал слёзы.

– Как мужчина, уйти должен я, – на полном серьёзе заявил Виктор.

– Нет, уйду я. У моей мамы двухкомнатная квартира и мне есть куда, – логично запротестовала Татьяна.

– Нет… – начал было возражать мой друг, но я остановил этот спор.

– Значит так. Сейчас я позвоню своей жене, и она придёт сюда. Чтобы Татьяне было не так одиноко, вы несколько дней поживёте здесь, а мы с Витькой пойдём ко мне и будем холостовать. А где ваши детки?

– Сегодня поехали на выходные к бабушке, – насупившись, произнесла хозяйка

– Вот и прекрасно, Витька, иди, собирай вещи. Только самое необходимое: бритву, щётку, ну и по мелочи.

– А как же… – уже в один голос попытались протестовать разводящиеся, но я опять не дал им сказать.

– Это решение не обсуждается. Вить, я жду.

Мой друг опустил голову и пошёл исполнять указание. Я набрал номер жены, Светы, и попросил прийти. Вдаваться в подробности смысла не было, я только сказал, что ей придётся пожить у Татьяны некоторое время. Визг радости оповестил меня, что жена придёт очень скоро. К своим друзьям, после первого их посещения с женой, я её брал очень редко, да чего там говорить, вообще почти не брал, а она в них просто влюбилась. Ну и ладно, одной проблемой меньше.

Минут через десять вышел вздыхающий глава семьи с небольшой сумкой в руках.

– Я готов, – заявил он.

– Вот и славно, трам-пам-пам. Пошли ко мне.

Татьяна схватила меня за рукав, когда я уже собирался выходить, вслед за другом.

– Сашенька, он очень любит овсяное печенье, буженину и жареную картошку.

– Вот через недельку и будешь его этим кормить, а холостые мужики иногда и вискас едят, когда готовить лень.

– Да ты что, ему же… – попыталась возразить женщина, но я покачал головой и развернулся к выходу, давая понять, что разговор закончен.

Света встретилась нам уже на улице. Её сияющая физиономия немного вытянулась, когда я сказал, что несколько дней ей придётся провести вдвоём с Танюшей, а Виктор поживёт у нас, она не могла представить их по отдельности, но особого неприятия эта идея не вызвала. И начался Ад. По дороге я купил литрушечку водочки. Чем ещё развлекаться двум холостым мужчинам, и с хорошим настроением? Открыл дверь квартиры. Два старых друга, одни, вся квартира в нашем распоряжении, о чём ещё можно мечтать? Ага, мечтать-то можно, но… Вечер Витка ещё держался, он выпил пару рюмок и погрузился в себя. Я иногда не против выпить и один, но когда компания рядом… Но толку от его присутствия было мало. Около двух часов я ещё пытался уговорить его повеселиться и порадовать Бахуса, хотел намекнуть и на Венеру, но понял, что меня поймут не правильно, потом плюнул, глотнул горячительного в гордом одиночестве и пошёл спать.

Следующим днём была суббота, и началась она со звонка моей жены.

– Саш, что мне делать с этой сомнамбулой? – прозвучало в трубке. – Танька просидела всю ночь на кровати и не сомкнула глаз. Я заглянул в другую комнату, где оставил Витьку и почесал затылок. Он сидел в той же позе, что я его оставил. Кровать была даже не разобрана.

– Светуля, давай подождём до вечера. У меня такая же ситуация.

– А что у них произошло?

– Так ты у подруги спроси.

– Да она со вчерашнего дня ещё не произнесла ни одного слова.

Я задумался, вспоминая. А ведь и Витька вчера весь вечер просидел молча, только показывая кивком, согласен он или нет

– Ладно, потерпи до вечера, потом посмотрим.

Положив трубку, я пошёл в комнату к другу.

– Ты завтракать будешь?

Он поднял на меня глаза, и я понял, что спросил глупость. Такой грусти и безысходности я ещё никогда ни у кого во взгляде не видел. Но это было только начало. Поняв, что материальная пища ему не нужна, я попытался включить ящик и отвлечь болезного боевиком или какой-нибудь комедией. Куда там. Столбняк продолжался почти до обеда, но неожиданно перешёл в бурную деятельность. Вскочив с кровати, Витька побежал в коридор, и начал одевать куртку.