Чтение онлайн

Дальний правый коридор для стрельбы был короче других. В длину он был всего лишь двадцати футов. Римо подошел к нему, левой рукой держа ножи за их острые концы.

Взяв правой рукой один из ножей, он взвесил его на ладони, затем поднял руку над головой и метнул в манекен. Нож по самую рукоять вошел в него.

Вслед за первым Римо бросил второй нож, и почти сразу же третий. Держа четвертый нож острием вниз в левой руке, он поглядел на небольшой треугольник из трех ножей в центре туловища манекена. Затем последовало молниеносное движение рукой, и четвертый нож, брошенный низом, глубоко вонзился между остальными тремя.

– Браво! – закричал Немеров. Но человек, который считал себя П.Д.Кенни, понял кое-что еще: ножи также не были его излюбленным оружием.

– С вашим искусством стрельбы может сравниться только ваше искусство владения ножом, – сказал Немеров. Римо направился к мишени.

За его спиной Наму подошел к огневому рубежу и поглядел на Немерова, который, развалившись в кресле, с чавканьем доедал последний пончик. Немеров согласно кивнул.

Римо как раз протянул руку, чтобы вытащить нож из манекена, когда услышал свист рассекающего воздух ножа. По звуку определив силу броска, направление полета и его скорость, Римо застыл на месте. Нож мелькнул у него между пальцами и глубоко вонзился в чучело, рядом с ножом, за которым Римо протянул руку.

Римо обернулся. В двадцати футах от него стоял Наму, держа в левой руке три ножа. Римо вопросительно посмотрел на Немерова, и тот объяснил:

– Наму гордится тем, как мастерски он владеет ножом. Он чувствует, что ваше мастерство угрожает его репутации.

– Он может не бояться за свою репутацию. Нож – не мое оружие, – сказал Римо.

– Возможно, хозяин, – наконец-то открыл рот Наму, – дело здесь не в оружии, а в сердце. – Громадный негр покачивался на кончиках пальцев, ожидая только, как понял Римо, приказания Немерова.

– Объяснись, Наму, – сказал Немеров. – Это из-за трусости, – проговорил Наму. – Мистер Кенни из-за трусости никак не может решиться выбрать себе оружие. «Черные пантеры» говорили мне, что все белые американцы трусливы и могут убивать, только собравшись в толпу.

Римо громко рассмеялся. Немеров бросил на него взгляд, и на его лошадином лице появилась усмешка. Наму опять заговорил:

– Позвольте мне испытать его, хозяин.

Немеров поглядел на Римо, думая найти в его глазах тревогу, но не заметил никаких ее следов. Посмотрев на Наму, он увидел на его лице только слепую бессмысленную ненависть.

– Ты забываешься, Наму, – сказал Номеров. – Мистер Кенни не только наш гость, он наш партнер.

– Все в порядке, барон, – сказал Римо. – Если его тренировали «Черные пантеры», мне не о чем беспокоиться.

– Как пожелаете, – произнес Номеров и кивнул Наму.

Огромный негр повернулся к Римо и поднял правой рукой нож.

– Подожди, Наму, – окликнул его Номеров. – Мистер Кенни сначала должен взять себе оружие.

– Я вооружен, – сказал Римо.

– Чем?

– Собственными руками, – ответил Римо. Он знал, что на этот раз ответ был верен. Ни пистолеты, ни ножи, только руки.

– С голыми руками против Наму? – недоверчиво переспросил Номеров. Римо не ответил ему.

– Поехали, горилла, у меня свидание в городе.

– С английской шлюхой? – спросил Наму, медленно поднимая над головой первый нож. – То, что она до сих пор жива – чистая случайность.

Он метнул нож, который мелькнул в воздухе серебряный вспышкой. Римо не спеша отпрянул, и нож пролетел у него над плечом, не причинив никакого вреда. Римо улыбнулся и сделал два шага по направлению к Наму.

– Наверное, расстояние было слишком большим, – сказал Римо. – Попробуй еще разок. Кстати, твои друзья пантеры разве не объяснили тебе, что у тебя есть только один способ причинить боль белому человеку – наступить ему на ногу?

– Свинья, – прошипел Наму и швырнул в Римо второй нож.

Римо теперь двигался вперед, по направлению к Наму, и нож опять не попал в цель. На лице негра отразилось замешательство. У него оставался только один нож.

Он поднял его над головой. Римо подходил все ближе. Двенадцать футов, десять, затем восемь. Наконец Наму бросил нож, описавший в воздухе широкую дугу. Но ему не суждено было попасть в цель. Он скользнул вдоль живота Римо, рука которого мелькнула в воздухе и схватила нож за рукоять.

Римо поглядел на нож, как на насекомое, пойманное им на лету, и приблизился к Наму еще на один шаг. – Если бы ты был мужчиной, – сказал он, – этот нож сейчас причинил бы тебе подлинную боль.

Он швырнул нож в пол, и тот с глухим звуком пробил деревянные доски.

– Это ты в меня стрелял, верно? – спросил Римо. Теперь он был только в пяти футах от Наму.

– Я стрелял в девушку. Мне не повезло, я не убил ни ее, ни тебя, – прошипел Наму и с криком ярости бросился на Римо. Его гигантские руки охватили туловище Римо. Тот со смехом выскользнул из объятий, встал рядом с Наму и щелкнул ему большим пальцем по виску. Могучий негр свалился на пол.

Он немедленно вскочил на ноги, повернулся и вновь кинулся на Римо. Римо заметил, что теперь он движется не так быстро. Подождав, пока Наму не окажется рядом, Римо ударил его носком ботинка в левое колено и ощутил, как оно превращается в студень. Наму опять упал. На этот раз он завопил от боли, но вопль тут же перешел в истерический крик:

– Империалист! Свинья фашистская!

Наму опять поднялся, но на этот раз мимо Римо он бросился бежать через весь тир, пытаясь добраться до «магнума» и «смит-вессона», оставленных Римо на стоике. Но, видимо, он двигался недостаточно быстро, потому что Римо оказался там одновременно с ним. Внезапно Наму обнаружил, что ящик с патронами выдвинут, и его руки находятся внутри его. Затем Римо захлопнул ящик. Раздался треск ломающихся костей, и Наму скорчился на стойке.

Римо аккуратно поднял «магнум» и выпустил оставшиеся пули сквозь тонкую деревянную перегородку в ящик. На втором выстреле пули в ящике начали с резким треском взрываться. Наму закричал от боли и рухнул на пол. Его руки, лишившиеся пальцев и превратившиеся в кровавое месиво, медленно выскользнули из ящика.

Римо понаблюдал, как негр падает, и затем опустил разряженный «магнум» ему на грудь.

– Такова жизнь, дружище, – сказал он.

Он подошел к барону.

– Не пускайте больше ваших людей к «Пантерам», – произнес Римо.