Чтение онлайн

Она повернула на Соскол, улицу, ведущую к центральным кварталам города и к полицейскому управлению.

И тут же ударила по тормозам.

Вся улица была заполнена народом. Несколько центральных кварталов были блокированы полицейскими машинами и пожарными грузовиками (как впоследствии выяснилось, с обеих сторон), а между ними царило веселье. Возбужденные люди пили вино и танцевали, как будто на карнавале Марди-Гра. [31] Одни надели маски и импровизированные тоги, другие были голые. Они увидела, как запускают ракеты и зажигают фейерверк, как стреляют пробки от шампанского и хлопают открывающиеся банки с пивом. То в одном, то в другом месте возникали потасовки, и полицейские в форме, почему-то очень радостные, весело избивали людей дубинками, приводя их в повиновение.

Повсюду прямо на дороге валялись разбитые бутылки из-под вина Аданем. Когда Пенелопа начала разворачиваться, послышался хруст стекла. Левое переднее колесо наехало на одну из бутылок, и, прежде чем ей удалось свернуть за угол, шина спустила, и сразу же руль начал плохо слушаться.

Она вылезла из пикапа и поспешила на Третью улицу, прочь от Соскола. Было очевидно, что от полиции ей помощи ждать бесполезно. Двое их коллег лежат сейчас на лугу, растерзанные на части, а эти празднуют.

Куда идти?

Она не знала. Выработать какой-нибудь альтернативный план она не успела, и в голову пока ничего не приходило. Самое лучшее, наверное, это снова попытаться найти машину и ехать в Сан-Франциско, все рассказать полиции, дать им полную картину происходящего в долине Напы.

Но смогут ли они со всем этим справиться?

А сможет ли справиться Национальная гвардия?

Она подумала о луче света, направленном вверх на небо, и поежилась.

Велла.

Конечно, Велла. Почему она не вспомнила о ней раньше? Ей бы только добраться до дома Веллы, там бы она могла воспользоваться телефоном подруги и вызвать помощь. В крайнем случае бежать отсюда они могут на машине Веллы.

Но что если родители Веллы тоже окажутся обращенными в новую веру?

А если Велла сама «обращена»?

Пенелопа уже пересекла мост, когда ей это пришло в голову.

Дом подруги находился в нескольких кварталах от школы, а до школы отсюда – всего миля или около того. Если бы она могла…

Она увидела его в дальнем конце улицы.

Да, это был он.

Дионис.

Его сопровождала шумная пьяная толпа «верующих». Двигался он странно. Не совсем так, как персонаж кукольного мультфильма, но как-то неестественно. Его движения были более плавными, чем обычно, и это казалось сверхъестественным и странным до жути. Он посмотрел сначала в одну сторону, затем в другую. Его голова вращалась, как на шарнире. Такого ей прежде видеть не приходилось. Пенелопа быстро ринулась к магазину, торговавшему пончиками, нажала на ручку двери, но та не подалась, и она закрыла глаза в надежде, что он со своими почитателями пройдет дальше по улице и не повернет сюда.

Он что-то выкрикивал. Она не могла разобрать что, но, судя по тону, какой-то приказ.

Но это был не приказ.

Он произносил ее имя.

Он искал ее.

– ПЕНЕЛОПА!

Она еще сильнее прильнула к двери, совсем вжалась в нее, как будто этот крик мог сделать ее заметной.

Она никогда не боялась ни Годзиллу, ни Родана, ни любого другого монстра-великана из японских фильмов. Они были очень большие, но в то же время забавные. Угроза, исходившая от них, была ненастоящей. А вот тишина, например, или едва слышный шепот ночью в доме пугали ее много больше, чем динозавр, разрушающий небоскребы и излучающий радиацию.

Но эта карикатура, эта пародия на человека была похлеще всех этих японских страшилок, вместе взятых. И это было вовсе не смешно, а, наоборот, очень даже страшно.

– ПЕНЕЛОПА!

Его голос эхом отражался от стен домов, заставлял звенеть стекла в рамах.

Мог ли он чувствовать ее? Вездесущим он не был, это очевидно. Но может быть, он как-то ощущал ее присутствие? Возможно, он обладал способностью определять ее местонахождение, как локатор. Как еще можно объяснить, что он смог добраться сюда, так близко к ней и так быстро?

– ПЕНЕЛОПА!

Он двинулся прочь.

Где она прячется, он не знал. Божественной силы, чтобы определить это, у него не было. Он плутал вслепую, пытался догадаться, как она будет действовать, куда пойдет.

Вполне вероятно, он предполагал, что она направится к дому Веллы, и решил встретить ее там. Знает ли он адрес Веллы? Наверное. Конечно, знает. Ведь невозможно даже представить, как этот огромный бог Дионис останавливается у телефонной будки и листает справочник.

Она улыбнулась, вообразив картину, как все эти пьяные почитатели стоят рядом и ждут, пока он отыскивает адрес на нужной странице. Улыбка придала ей уверенности. Там, где есть место юмору, найдется местечко и для надежды. Пенелопа осторожно выглянула из дверного проема и увидела только хвост процессии, которая сворачивала за угол.

Она поспешила через улицу, чтобы попытаться добраться к дому Веллы переулками.

Во рту было еще суше, чем прежде. Ее мучила неимоверная жажда. Она негромко откашлялась.

«Сейчас бы бокал прохладного вина. А? Звучит неплохо.

А может быть, бутылку? Звучит еще лучше.

А может быть, у меня грипп? Обыкновенный грипп. И все это не больше чем бред. Нет, это не бред. И болеть мне сейчас никак нельзя, после всего этого дерьма, которое замесили мои матери. Всех вокруг поразила эпидемия какой-то страшной болезни, и единственный путь не стать жертвой этого повального безумия и сохранить разум – это всегда иметь свежую голову».

Пенелопа побежала по улице Вернон. Справа, недалеко от тротуара, на небольшой автомобильной стоянке – не больше маленького дворика – стоял стол, используемый, видимо, для пикников, а рядом был питьевой фонтанчик. Она кинулась к фонтанчику и надолго припала к холодной струе. Вода успокаивающе булькала и мягко ополаскивала горло, и Пенелопа пила, пока не утолила жажду. Никогда еще обыкновенная вода не была для нее такой желанной и вкусной. Неожиданно она почувствовала себя сильнее и как будто бы обновленной. Пенелопа выпрямилась и устремилась дальше. Бежать, правда, из-за полного желудка пришлось медленнее, трусцой. Изнурять себя без надобности она не хотела. Силы еще понадобятся.

Улица снова была пустынной. Она миновала жилые кварталы с погруженными в темноту домами. Единственный свет исходил от луны и редких уличных фонарей. Ни машин, ни прохожих.

И снова она удивилась: куда все подевались?

Миновав еще три квартала, она перешла на шаг и наконец остановилась, чтобы перевести дыхание. Улица внезапно показалась мрачной и враждебной. На бегу у нее не было времени обратить внимание на странные тени вокруг деревьев и кустов, зловещую черноту окон, угрюмо выглядывающих на улицу. Девушке показалось, что она попала в сети, расставленные темными домами, и ее бросило в дрожь.