Чтение онлайн

Вечеринка проходила в доме женщины, которая любила смешивать культуру и политику; по этой причине Бренвен обычно очень нравилось бывать у нее, и она отправилась туда с намерением хорошо провести время. И тем не менее, как только она переступила порог этого дома, тут же почувствовала, что что-то не так — просто катастрофически не так. В комнате ощущалось Темное Присутствие, которое тут же метнулось к ней и стало притягивать к себе точно так же, как черная дыра притягивает весь проносящийся мимо нее космический мусор. Она была совершенно не готова к подобному и настолько выбита из колеи, что у нее не было ни времени, ни даже мысли о том, чтобы вызвать Свет своей защиты. Темное существо находилось в комнате вместе с Джейсоном.

Бренвен была испугана, она даже не могла различить знакомый звук голоса Джейсона сквозь ужасные щебечущие звуки, которые производило это Существо. Чем ближе она подходила, тем сильнее ужас охватывал ее… потому что это Существо было не просто рядом с Джейсоном, а внутри его. Если бы она позволила себе поднять глаза и посмотреть на него, она знала, что увидела бы его, Существо, притаившееся на дне глаз Джейсона. Она смертельно побледнела и попятилась. Джейсон еще не заметил ее, но через мгновение увидит — она была в этом уверена, потому что Оно было здесь. Потеряв голову, она запаниковала, решив, что Оно вдруг сможет отделиться от Джейсона и броситься на нее, если она каким-то образом привлечет к себе внимание. Поэтому, несмотря на то, что ее ногам хотелось бежать, она стала двигаться медленно-медленно, дюйм за дюймом пятясь назад. Не глядя по сторонам, не слушая тех, кто заговаривал с ней, назад, назад… Пока наконец она не сочла, что может повернуться, и не бросилась прочь из этого дома.

Оказавшись в безопасности снаружи, она закрыла дверь и бессильно оперлась на нее. Ее тошнило, она чувствовала себя истощенной и слабой. Она не могла двигаться, и у нее не было энергии, чтобы вызвать свой Свет. Затем она вспомнила совет Грасии и воскликнула:

— Помогите мне!

И помощь пришла. Она спустилась по ступенькам, прошла по дорожке к своему автомобилю. Тошнота исчезла. Ее рука была уверенной и твердой, когда она вставляла ключ в зажигание. Отъезжая от дома, она почувствовала во всем теле теплое покалывание, которым всегда сопровождалось распространение ее Света — невидимые друзья вызвали его для нее. Дома она включила каждую лампу и бодрствовала до зари, боясь сомкнуть глаза, боясь уснуть, боясь увидеть сон.

Сейчас, после того как дневной свет и рутинная работа на станции приободрили ее и вернули ей обычное рациональное мышление, Бренвен уже больше не испытывала активного страха. Однако память о пережитом отпечаталась в каждой клетке ее организма. Она понимала, что подобный страх, если от него не избавиться, может в конце концов вылиться в отчаяние. Она была близка к этому, ходила уже по самому краю. Совершенно одно видеть, как отвратительные существа из Тьмы охватывают Джейсона в видениях, а совсем другое — встретить одно из этих кошмарных созданий — причем уже добившимся своей цели — в реальной жизни.

Почему она испытала такой жуткий страх? Потому что оказалась совершенно к этому не готовой. Как будто бы ее включили, как приемник, не спросив разрешения и не поставив в известность. Она просто вступила в зону действия передатчика, который транслировал чистейшее Зло и направил его прямо в душу Бренвен. Она испытывала страх не за Джейсона — он сам навлекал на себя Зло и теперь пожинал плоды этого, он, должно быть, с радостью позволил этому существу не только находиться рядом, но и буквально устроиться внутри. Она боялась за себя, это был примитивный страх, от которого останавливается сердце и появляется ощущение полнейшей беспомощности; детский чистейший иррациональный ужас перед темной неизвестностью.

Возвращаясь мысленно к происшедшему, она подумала, что здесь свою роль сыграло и узнавание. Она знала ту тьму, которая притаилась в Джейсоне, узнала в ней своего врага. И Оно тоже узнало Бренвен. «Ага, — подумала Бревен, — уже ближе! Теперь я начинаю понимать, в чем там было дело!»

Да, это Существо, Злой Дух, как бы он ни назывался, должно было по крайней мере ощутить, что она способна почувствовать его сущность и его присутствие. Иначе почему бы Оно потянулось за ней и попыталось привлечь к себе? Почему только для одной Бренвен из всех присутствующих в комнате померкли огни и затихли голоса?

Бренвен с силой затрясла головой. Нет, она не хотела сражаться с этим Существом, было ли оно ее Старым врагом или нет. Да, она помогла Гарри Рейвенскрофту избавиться от Беспокойства, которое в чем-то было похоже на то, что сидело внутри Джейсона. Но Гарри и сам сражался с ним. Она коротко подумала о Гарри, о том, каким смелым, или глупым, или тем и другим он должен был быть, чтобы по своей воле связаться с существом, которое она про себя называла «Беспокойством Гарри». Но Джейсон вовсе не боролся. Он охотно присоединился к Другим.

Внезапно Бренвен захлестнула огромная, всепоглощающая печаль, которая была опасно сродни тому отчаянию, что Бренвен удавалось не подпускать близко. Печаль из-за Джейсона. Неважно, каким он стал сейчас, но когда-то она считала, что любит его. Когда-то он был добр с ней, по-своему, но все же добр. Она бессчетное количество раз соединяла его тело со своим. Как же она могла не печалиться из-за него? И что станет с ним?

Бренвен встала из-за стола и заходила по кабинету. Он был настолько маленьким, что от стены до стены ей удавалось сделать всего десять шагов. Больше ей не хотелось думать о Джейсоне. Она ничего не могла сделать для него; он просто не хотел, чтобы для него что-то делали. Она уже помогла Гарри и продолжала пару раз в месяц выезжать в Рейвен-Хилл в гости к Бичерам. Что она может еще?

«Пора заняться собственной жизнью, — подумала Бренвен. — Поработать, заработать себе на жизнь». Она снова села за стол и принялась решительно разбирать утреннюю почту. После того как работа над «Бессильными» завершилась и они были показаны по местному телевидению, она разыскивала в почте преимущественно два типа посланий: просьбы от других станций о предоставлении «Бессильных» на просмотр и любые письма из любых мест, которые могли бы вдохновить ее на какие-нибудь идеи относительно будущего. Среди прочих выделялось одно письмо. Оно было прислано с крупной кабельной телестанции в Сан-Франциско и написано человеком, которого Бренвен запомнила, потому что после передачи о душевнобольных он даже зашел к ней, чтобы выразить свой восторг. Это было несколько месяцев назад. Она рассказала ему о своем проекте относительно бездомных, и его, казалось, взволновала и заинтересовала эта идея; сейчас он просил ее сообщить, как развивается проект, и прислать ему пленки-образцы, если это возможно. Он сказал, что очень интересуется ее работой, и это обрадовало ее. Бренвен отложила письмо в сторону.

Позднее в этот же день она еще раз прочитала его. Почему бы не послать ему одну из пленок-образцов с «Бессильными»? Он не сможет купить фильм для своей кабельной сети, потому что программа не принадлежала Бренвен, и она не имела права ее продавать. Пятьдесят один процент прав принадлежал местной станции PBS, а они решили, что этот фильм будет распространяться только среди муниципальных телевизионных станций. Бренвен пыталась бороться против этого решения, так как она хотела, чтобы работа Ксавье стала известна как можно шире, но они оставались непреклонными. И все же Бренвен гордилась своим фильмом о бездомных. Она знала, что это была одна из лучших ее работ. Она решила послать в Сан-Франциско пленку вместе с запиской о том, что это только образец, так как, к сожалению, программа не может быть приобретена для кабельных станций. Она сама запаковала пленку, надписала адрес и бросила пакет в корзину для почты. А затем совершенно забыла о нем.