Глаз
Шрифт:
Клён…
— Ты не умерла, — произнесла хозяйка болот. — И я верну тебя к твоему возлюбленному. Я оставила бы тебя погостить, но мне не хочется разрушать то, что с таким трудом создавали Младшие.
— Благодарю тебя. Но… я же проиграла. Разве нет?
Ха`терри посмотрела на меня заинтересовано, а по губам скользнула усмешка.
— Я получила то, что хотела. Как и ты, Видящая. А о своих преследователях не беспокойся. Они останутся здесь.
Её страсть говорить загадками, сбивала с толку, но я не решалась озвучивать крутившиеся на языке вопросы. Кто знает, как далеко простирается милость болотной девы.
Ха`терри. Абсолютно непостижимая. Непредсказуемая. Она будто являлась неотъемлемой частью этого мира, сохраняя при этом свою исключительную обособленность, живя по своим правилам. Сами боги по сравнению с ней казались более близкими и человечными.
— Ты приблизилась к пониманию Видящая. — заметила болотная дева, продолжавшая всё это время с интересом наблюдать за ходом моих мыслей. — И я скажу тебе. Мы — ха`терри, живём в этом мире с самого его зарождения, участвуя в процессах его становления.
— Значит, это не твоё имя?
— Нет. У ха`терри нет имён. Мы отражаем суть места, где обитаем и не более того. — Нефритовые глаза собеседницы потемнели и таинственно засверкали, приковывая мой взгляд. — Ступай, Видящая.
Находясь под властью странного взгляда, я не сразу уловила момент, когда резко провалилась куда-то вниз, кратковременно потеряв способность видеть и полностью дезориентировавшись.
Далеко не сразу осознала я, что нахожусь в крепких надёжных руках Клёна. Он не стал встряхивать меня или кричать, чтобы пришла в себя. Только молча прижимал к себе и терпеливо ждал…
— Клён, — выдохнула я, судорожно вцепившись в мужа. — Как же я испугалась.
— Теперь всё в порядке. Дорога свободна, — прошептал он хрипло.
Я улыбнулась. Болотная дева не обманула.
Всё также, боясь отпустить Клёна, я запрокинула голову. Над лесом разгорался новый рассвет.
Удивительно, но сейчас я чувствовала себя не такой уставшей, как до странных игр ха`терри. Будто те недолгие минуты, проведённые в её обители, вернули мне утраченные силы.
— Я тоже рад снова видеть тебя, Тиса, — подал голос Канер.
Повернув голову, я увидела устало улыбающегося мужчину, и улыбнулась ему в ответ.
— Давайте поскорее покинем это место, пока его хозяйка не передумала, — сказала я, с сожалением отстраняясь от мужа.
Несогласных не нашлось. Как бы мои спутники ни устали, но путь продолжили безропотно.
Вскоре лес начал редеть, и мы вышли на просторную опушку, откуда открывался вид на простёршиеся впереди бескрайние поля. Урожай с них уже был собран и эти просторы больше не могли порадовать глаз, золотом спелых колосьев. Но даже такое запустение заставило почувствовать несказанное облегчение.
Где-то поблизости живут люди, а значит, есть тёплый кров и горячая еда. Это, безусловно, придаёт энтузиазма и сил.
— Нам необходимо быть предельно осторожными, — напомнил Канер, когда вдалеке замаячили крыши домов деревенских домов.
Кивнув, я поправила маску и расправила капюшон плаща, собираясь укрыть в его тени лицо, когда мы подъедем ближе.
— Я чувствую много смертей, — произнёс вдруг Клён, устремив в сторону деревни свой невидящий взгляд. — Ещё совсем недавно там убивали людей.
Наблюдавший за этим Канер даже побледнел слегка, но ничего говорить не стал и только пришпорил свою кобылу, вырвавшись вперёд.
— А кого-нибудь живого там чувствуешь? — негромко поинтересовалась я у мужа, воспользовавшись тем, что нас спутник не может меня услышать.
— Сложно определить точно, — проговорил задумчиво Клён. — Но ты держись на всякий случай поближе.
— Конечно, — откликнулась я, в очередной раз отмечая особенность его иного менталитета. В первую очередь Клён думал не о выживших мирных жителях, а о потенциальных врагах, которые всё ещё могли находиться в этой деревушке.
И кроме Клёна никто до последнего словно не верил что там, куда мы направлялись, случилось что-то скверное. Это заметно по Канеру, опередившему нас, несмотря на свою болезненную слабость. Он хотел получить доказательства того, что на самом деле всё в порядке и Клён ошибается. Да и я не лучше. Еду рядом с мужем, а сама прислушиваюсь украдкой надеясь услышать звуки голосов и лай собак.
Только нас в деревушке встретила тишина, нарушаемая лишь шорохом желтеющих листьев на деревьях, да карканьем ворон. А ещё пахло тут характерно — гарью и кровью.
Большая часть домов оказалась сожженной, а от ближайшего, уцелевшего каким-то чудом крайнего домишки, тянулся от калитки густой кровавый след.
— Кто мог устроить подобное? — прошептала я, заметив обгоревшие человеческие останки. Судя по комплекции, при жизни это был подросток или очень хрупкая невысокая женщина.
— Не знаю, — ответил Клён и спустя минуту добавил. — Но теперь я чувствую, что в деревне ещё остался кто-то живой, — он махнул рукой, указывая направление. – Там.
========== 8. Ива ==========
Мои скромные попытки успокоить лошадей, не могли напрочь лишить их природного чувства самосохранения. Они тревожно всхрапывали и дёргали ушами, реагируя на любой посторонний звук, когда мы пробирались через наполовину сожжённую деревню. Слишком сильно ещё здесь ощущался запах дурной смерти.
Путь наш лежал через лобное место, где устроило свой пир вороньё. Десятки убитых. Одни повешены, другие зарублены. Всполошившись, птицы с громким карканьем взлетели в воздух, пугая лошадей ещё сильнее.