Гаджет
Шрифт:
– Стратег одобряет, – подтвердила Вероника.
– Первый–пятый торпедные агрегаты – залп! – скомандовал Демьян.
Алекс уже его не слушал. Он управлял кораблем, выводя его в ту точку, где злополучная станция Обслу-живание-7 прикроет Розу от дредноута-1. Станция – это десятикилометрового диаметра диск толщиной более ста метров. Это серьезная цель. Молотить по ней лазерами придется долго. Ракетно-торпедному оружию станция не помешает, но на это есть защитные системы “Серебряной Розы”.
– Четвертый–восьмой ракетный комплекс…
Это смешно, но старая военно-морская терминология до сих пор в ходу. Есть ракеты, а есть торпеды – хотя и те, и другие двигаются в вакууме с помощью ракетного двигателя. Просто торпедами принято называть ракетное оружие большой мощности и способное к более длительному преследованию цели.
Смешно. Людям всегда недостает названий для оружия.
– Залп с опережением… даю координаты…
На расстоянии в десять световых секунд бой превращается не только в энергетическое противостояние – но и в схватку предвидения, в поединок интуиции. На таком расстоянии бессмысленно целиться из лазера в
движущийся корабль, он успеет уйти на тысячи километров. Но вот если удастся предвидеть вражеский маневр…
– Шестой–десятый торпедный комплекс…
Алекс вывел корабль не просто в ту точку, где он был прикрыт от первого дредноута. Диск станции закрывал Розу еще и от второго! Замечательная позиция… можно вести лучевую дуэль с третьим кораблем, отстреливаясь от приближающихся ракет…
“Мудрое решение, капитан”.
“В чем дело, Роза?”
Он почувствовал в голосе корабля то, к чему не привык. То, чего всегда боятся пилоты.
Разочарование.
Презрение.
Человеческие эмоции.
“Им придется полностью сжечь станцию. Но я полагаю, что тактически это оправданное решение”.
Алекс задал вопрос, уже зная ответ:
– На станции есть люди?
– Да. Дредноуты уничтожают только выходящие из канала корабли. Станцию они не трогали.
– Капитан!
Алекс начал движение раньше, чем услышал крик Демьяна. “Серебряная Роза” выплыла из-под диска станции. Навстречу трем дредноутам и приближающейся своре ракет.
“Я оцениваю ваши действия как великодушные, но очень опасные, капитан. Мы потеряли все шансы победить…”
Вокруг дредноута-1 расцвели огненные цветы протонного распада. Алекс видел, как рвется метрика пространства – там, где одна за другой детонируют торпеды, вонзаясь в защитные поля дредноута…
Дредноут прекратил огонь – но он был цел. Он снова вступит в сражение – это лишь вопрос времени.
“Мы не можем подвергать людей опасности”.
“Ваши моральные принципы так высоки, капитан?”
Он не хотел врать. И не мог – сейчас, когда его сознание было слито с разумом машины.
“Нет, Роза. Я… не испытываю долга по отношению к этим людям”.
“Мы погибнем, капитан”.
Она не боялась смерти. Наверное, это самое большое преимущество разумных машин – ни одна из них не боялась небытия.
“Я знаю. Но Демьян…”
“Я тоже знаю, капитан. Во время конфликта в системе Тирамису его брат-близнец Димитрий, командующий эсминцем “Буки-23”, использовал в качестве прикрытия пассажирский лайнер. Эсминец выполнил поставленные перед ним задачи, но пассажирский корабль был уничтожен. По приговору трибунала Московии Димитрий приговорен к выплате компенсации и отсроченной смерти. Пока Демьян выплачивает компенсацию за погибших – его брат жив”.
Да, Роза и впрямь знала… кое-что… о своем клинч-коммандере – и его брате, допустившем фатальную ошибку в системе со смешным кулинарным названием. Кое-что, но далеко не все…
“Мы не подвергнем опасности станцию”.
“Наши действия делают ход сражения предсказуемым, капитан. Мы лишаемся главного козыря – человеческого фактора в управлении”.
“Я знаю”.
“Мы погибнем”.
“Ты уже сообщила эту информацию. Да, мы погибнем”.
“Ки-кеоп, капитан Алекс”.
Роза прекратила личную связь. Она оставалась послушной – корабль уходил все дальше и дальше от станции, в самоубийственный бой. Она просто перестала говорить с капитаном.
Ки-кеоп.
Достойная смерть.
Что ж, для созданного халфлингами корабля естественно перенять их взгляд на мир. Это будет достойная смерть – погибнуть, но не подвергнуть опасности людей, уже полторы сотни лет существующих в изоляции.
“Спасибо, капитан”. – Это Демьян.
На них накатил первый вал ракет. Лазерные турели ближней защиты открыли огонь. Защитные поля мерцали, давая отдых перегретым генераторам и позволяя произвести залп. Миллисекундное несовпадение– и защитное поле пропустит вражеские ракеты к кораблю. Или “запрёт” внутри защитного кокона собственный лучевой залп. Тоже ничего хорошего.
– Экипаж, наш курс ведет к опасности.
“Все – иллюзия, капитан… Но даже во сне надо вести себя достойно…”
“Кирилл просит сказать, что гордится вами, капитан!”
“Вот досада, я оплатил Сад Великих Наслаждений на месяц вперед!”
Демьян не стал отвлекаться.
“Серебряная Роза” шла в свой второй – и, похоже, последний бой. Лучший, умнейший и красивейший боевой корабль галактики готовился погибнуть от трех безмозглых железок, умеющих лишь стрелять и защищаться.
Как нелепо!
Красота и изящество – против тупой силы.
Алмаз на наковальне.
И – запоздалая мысль, что задача капитана в том и состоит – не допускать подобных ситуаций…
Он сосредоточился на управлении. Не время для самобичевания… пока есть шанс победить – надо воевать, если шансов нет – надо побеждать. Той самой интуицией, что только и дает кораблю с экипажем преимущество перед автоматикой, вывел “Серебряную Розу” из-под очередного залпа дредноутов. Пока что они держались, но вокруг дредноута-1 пространство уже успокаивалось. Сейчас он снимет защитные поля и вступит в бой…