Чтение онлайн

— А кто этому препятствует? — спросил меня Семен Константинович.

— Ваш заместитель Ефим Афанасьевич Щаденко, — бухнул я.

По реакции наркома обороны я заметил, что он, видимо, хорошо звал Е. А. Щаденко по службе в Первой Конной армии и еще больше по его работе в Наркомате обороны. Будучи человеком большой душевной красоты и исключительной чуткости к людям, добросовестно и четко относившимся к порученной работе, он проявил особую нетерпимость к задержке положительного решения поднятого мной вопроса.

— Проект приказа имеется?

Я положил на стол маршала подготовленный документ. Он тут же его прочитал, подписал и потребовал, чтобы приказ был выполнен незамедлительно.

Действовавшие в армии военно-учетные медицинские специальности устарели. Они нуждались в дополнениях. В декабре 1940 года были введены военно-учетные специальности врачей-нейрохирургов, челюстно-лицевых хирургов, врачей — клинических лаборантов и врачей-стоматологов, а также старших операционных сестер. После этого проводился новый переучет медицинского состава. Однако это большое и необходимое мероприятие к началу войны еще не было доведено до конца.

Неравномерность распределения специалистов по учреждениям объяснялась и тем, что в таких военных округах, как Ленинградский, Московский, Харьковский, Одесский, Северо-Кавказский, был избыток врачей запаса. Из этих округов медицинский состав запаса приписывался к учреждениям, формировавшимся в особых Прибалтийском, Западном и Киевском военных округах. Но так как врачей-специалистов (в первую очередь хирургов) не хватало, а по штатам полевых медицинских учреждений их требовалось в несколько раз больше, чем имелось в стране, естественно, в первую очередь удовлетворялась «своя окружная потребность», и только после этого остальные специалисты направлялись в другие округа.

Предупредить неравномерность приписки хирургов к формируемым полевым учреждениям можно было специальным указанием о том, какие штатные должности хирургов можно было занимать специалистами, а какие — врачами общей практики и других специальностей, но этого не было сделано.

Первый год войны подтвердил положение, упомянутое на апрельском совещании 1940 года, что руководящий состав военно-медицинской службы, начиная с начальника медицинской службы дивизии и кончая начальником медицинской службы фронта, кроме специальных медицинских знаний должен обладать и военными знаниями, знать природу и характер общевойскового боя, методы и средства ведения армейских и фронтовых операций. Таких знаний наш руководящий медицинский состав не имел. Преподавание военных дисциплин в Военно-медицинской академии ограничивалось главным образом пределами соединений. К тому же большинство врачей окончили гражданские медицинские институты. Военно-оперативная подготовка их оставляла желать много лучшего.

В связи с этим ГВСУ [4] разработало новое положение о Военно-медицинской академии имени С. М. Кирова, подготовило проект постановления Государственного Комитета Обороны.

Такой документ надо было докладывать лично И. В. Сталину. Я позвонил ему и просил принять меня. Зашел в приемную и попросил А. Н. Поскребышева доложить «хозяину», что я прибыл по его разрешению. Тот вышел от Сталина и сказал мне, чтобы я шел в кабинет, что я незамедлительно и сделал. Открыв дверь, увидел Верховного, стоявшего в середине кабинета. Представился ему, он предложил мне сесть и докладывать ему мои вопросы.

Я попросил И. В. Сталина выслушать меня до конца не перебивая.

— А почему вы думали, что я буду вас перебивать?

— Потому что мои предложения, товарищ Сталин, могут показаться вам по меньшей мере несвоевременными — война идет.

— Ну докладывайте, посмотрим…

— Первый вопрос — я прошу вас расформировать Военно-медицинскую академию в Куйбышеве и три военно-медицинских факультета при медицинских институтах, сохранив их численность как гражданских высших учебных заведений.

От Верховного последовало не возражение и не вопрос, а замечание, содержание которого сводилось к тому, что идет ожесточенная война, нужны военные врачи, а я, мол, предлагаю расформировать высшие военно-медицинские учебные заведения.

— Докладывайте второй вопрос, — сказал Верховный.

— Я прошу реорганизовать Военно-медицинскую академию имени Кирова, создав в ней командно-медицинский факультет, лечебно-профилактический факультет с двухгодичным сроком обучения для обоих, и, наконец, факультет для подготовки врачей с пятигодичным сроком обучения. Последний нужен для полной загрузки профессорско-преподавательского состава кафедр первых двух курсов академии, без которых нельзя полноценно готовить кадровый руководящий состав первых двух факультетов.

Я подчеркнул при этом, что врачи полков, окончив гражданские медицинские институты, становятся полноценными врачами на протяжении месяца боевых действий частей, тогда как руководящий состав медицинской службы соединений и особенно армий и фронтов, не имея необходимой военной и военно-медицинской подготовки, допускает грубые ошибки в организации медицинского обеспечения армейских и фронтовых наступательных и оборонительных операций и негативно влияет на возвращение в строй из числа пораженных в боях солдат и офицеров, а они исчисляются от двух до трех миллионов в год.

— Подготовлен ли проект постановления ГКО?

— Да, как и положение об академии.

Прочитав проект и перелистав положение, которое утверждалось проектом, Сталин его подписал.

Это было 25 ноября 1942 года. Первый факультет имел задачу готовить начальников медицинской службы дивизий, корпусов, армий, округов и фронтов, а также ответственных работников медицинских отделов и управлений. Второй предназначался для подготовки специалистов-клиницистов по основным лечебным специальностям, среди которых предпочтение отдавалось хирургии, терапии, неврологии, а также таким профилактическим специальностям, как эпидемиология, гигиена и бактериология. Может возникнуть вопрос, почему в реорганизованной академии создавался третий факультет, если в это же время ГВСУ предложило расформировать Куйбышевскую военно-медицинскую академию и три военно-медицинских факультета. Мы исходили из следующего. Этот факультет немыслим без теоретических кафедр, присущих высшему медицинскому учебному заведению. Существование его позволяет не только наиболее полно использовать теоретические кафедры, но и обеспечивать им и клиническим кафедрам взаимное обогащение достижениями науки. Только это может составить основу для подготовки на высоком научном уровне клинически и теоретически образованных военно-медицинских начальников и военных специалистов — руководителей по клиническим и теоретическим специальностям. Военно-медицинские специалисты иначе смотрят на теоретические кафедры, на содержание их преподавания и тематику их научно-прикладных исследований, чем слушатели академии — будущие войсковые врачи.

По характеру ранений еще Н. И. Пирогов делил раненых на пять категорий. Об этом говорилось в первой части книги. Говорилось и о значении подобного деления в современных условиях. Было бы непростительной ошибкой не учитывать разнообразия ранений при определении очередности оказания хирургической помощи. Но для этого нужно, чтобы началу работы хирурга у операционного и перевязочного стола предшествовала сортировка раненых. Целью сортировки является распределение раненых на группы, определение срочности и трудоемкости хирургических вмешательств. С учетом физических возможностей медсанбата или ХППГ 1-й линии и результатов сортировки можно определить объем хирургических вмешательств, а следовательно, и количество раненых, которым должна быть оказана помощь.