Чтение онлайн

– Добавлю к этой врожденной способности и то, что Халия потеряла большую часть своего изначального чутья, когда стала все больше и больше полагаться на технологию, и я сомневаюсь, что они вообще заметят меня. Ее ноздри раздувались, а усы слегка топорщились, подрагивая от отвращения.
– Я могу унюхать халиан более чем за пять кликов. А они и у себя под носом не обнаружат мой след, бестолочи. Не используют, либо совсем потеряли почти все свои бесценные естественные способности. Не могут даже бегать на четвереньках. Нам хватило мудрости сохранить и отточить наши природные данные. И этот-то примитивизм, отказ от технических новшеств и даст перевес в этой войне. Мы уже доказали, что древние возможности сделали из нас незаменимых бойцов.

– У вас, рабениан, черт возьми, хорошая репутация, - великодушно согласился я.
– Вы уже побывали в сражении?
– тактично осведомился я так, для поддержания беседы, - новобранцы, как правило, избегают столь бурных излияний. Гра не казалась совсем взрослой и, скорее всего, впервые позволила себе впасть в такой экстаз.

– Часто, - сухая краткость одного этого слова убедила меня, что она, действительно, была временным бойцом. Гра быстро забарабанила "пальчиками" своей левой руки.
– Халия, несомненно, грозный противник. Очень.
– Она вытянула руку, на минуту выставив свои опасные коготки.
– Встретиться нос к носу с этими недомерками опасная затея. Совершенно взрослый халианин размером мне по грудь - а эти их жутко мощные руки-обрубки, не хотелось бы увидеть их снова.

– Эти "короткопалые" шуточки по всем стандартам вызывают ужас - вот уж действительно юмор чокнутых! И между тем, вопреки отвращению, вы вдруг обнаруживаете, что жадно повторяете самый свежий анекдот.

– Халия, по-видимому, предпочитает использовать преимущества своей техники в воздухе, - продолжала Гра.
– Но они не любители встречаться лицом к лицу. Я как-то раз видела, как халианин сграбастал одного нашего прямо под коленки и, подставив подножку, в три секунды порвал сухожилия. Иногда они бросаются на грудь, жуткими тисками сдавливая легкие, и перегрызают яремную вену. Однако, - добавила Гра с понятным высокомерием, - мы уловили весьма примечательную тенденцию в их войсках избегать встречи с рабенианами. К счастью, мы не возражаем против смешанных компаний.

Я выслушал несколько невероятных побасенок о похождениях смешанных компаний, вызвавших у меня даже некоторую гордость за то, что так много непохожих особей Альянса могли забыть ничтожность своих различий во имя великой Цели. А вдобавок к этому и несколько ужасных историй о том, что проделывает Халия с пленниками из этих смешанных компаний - у нас быстро вошло в привычку не оставлять своих тяжелораненных на милость врага. Конечно, подобные истории всегда ходят в войсках. Мне иногда кажется, что наших доблестных воинов поощряет к жестким мерам желание притупить этот ужас, заранее пережив его.

– Не следует полагаться на животную силу, чтобы победить их - это дело высшего разума. Мы, рабениане, надеемся, что с нашим чутьем к маскировке мы способны проникнуть в расположение их войск.
– Она опустила руки вниз, и крепко уперлась, мышцы напряглись.
– И я собираюсь это доказать.

– Побольше сил вам, - пожелал я, пряча иронию по поводу ее упований на свое раскрашенное тело. И правда, будучи настоящим военным пилотом, я достаточно разбирался в стратегии, чтобы понимать, что судьба сражения решается в космосе, и война выиграна тогда, когда планеты застрахованы от вторжения.
– Еще одно. Вы можете обмануть этих глупых хорьков, но не людей, не людей на Вифезде. Вы сознаете, что совершенно беззащитны перед ними?

Гра хихикнула.

– Халия установила непрерывный комендантский час с рассвета до сумерек на захваченных планетах. Посадите корабль в незаселенном районе. Ни один из побежденных не отважится туда отправиться, а халианские воздушные патрули под маскировочной сеткой для нас неопасны.

Надеюсь, что так, хотя лично я их не боюсь ни в воздухе, ни на земле. "Оцелот" гораздо быстрее любого их самолета или космического корабля. Халиане предпочитают летать на малых кораблях - на всем известном нам пространстве у них нет ничего крупнее крейсера. И в этом есть свой смысл с такими короткими руками и ногами они не смогли бы более эффективно управляться на борту. Их рубки управления набиты до отказа. Не поработать ли им еще и пальцами ног?

– Да, но вы должны вступить в контакт с агентом, а он живет в человеческой резервации. Как вы собираетесь оставаться невидимкой и там?

Она пожала узкими плечами.

– Буду осторожней. Нет, в самом деле, неужели сейчас на Вифезде все только и ждут какого-то рабенианина?
– Ее губы дрогнули, и искорка изумления вспыхнула в больших карих глазах.
– Люди, особенно несвободные люди, видят только то, что хотят видеть. Поэтому необычное или необъяснимое ими просто не воспринимается. Если они и заметят что-то, то не придадут этому значения и уж тем более не побегут докладывать халианам.

Гра сладко потянулась, захрустев суставами.

– Сколько нам до повторного входа, Билл? Я успею немного вздремнуть? откинув крышку капсулы глубокого сна, она усмехнулась, выставив рабенианскую челюсть.

– Смотря сколько ты собираешься проспать. Неделю, две? Разведывательные корабли достаточно быстры, но и они подчинены законам гиперсветовой физики. Я вынужден притормаживать точно так же, как и наш конвой, только я могу погасить скорость быстрее, используя гравитационное влияние материнской, звезды Вифезды.

– Веди нас к системе. У нас будет куча времени для обмена шутками, только, чур, не поедать друг друга, - сказала она, сделав два шага к длинному отсеку, туда, где находилась капсула глубокого сна.

Вытащив ее, она наблюдала как я завожу часовой механизм и тщательно отмеряю дозу газа. Одобрительно кивнув, она удобно устроилась на койке, и привычно подсоединила трубки жизнеобеспечения. Подмигнув напоследок, закрыла крышку, а затем и глаза, и ее худенькое тело мгновенно обмякло, как только поток газа заполнил отсек.

По-видимому, с присущей ей тонкостью Гра почувствовала неизбежность возникновения беспричинной раздражительности у двух особей, вынужденных довольствоваться обществом друг друга в столь стесненных условиях и столь долгое время и при почти полном бездействии. Мы, пилоты, мозг корабля, привыкли довольствоваться собственным обществом, но я первый обратил внимание новичков нашего Корпуса Элиты, что первые несколько месяцев далеко не сахар. Мы были поставлены в такие вот условия задолго до того, как попали в компанию с этим крупногабаритными опасными штуками на наших военных кораблях. И все-таки быть человеком стоит хотя бы из-за нашей невероятной приспособляемости. А, может быть, это просто необходимость. У нас, живущих, есть альтернатива: если мы, имеющие тела и хоть какое-то понятие о стиле жизни, и не столь совершенны, как наши корабли, но все же ведем себя как положено людям - из нас будет толк. И я, несмотря ни на что, полюбил эту нашу новую жизнь.