Чтение онлайн

– Сколько по сегодняшним деньгам мы унесли тогда? – спросил Дрисколл.

– Наверное, четверть миллиона, не так много, – пожал плечами Вилкокс.

– Мне показалось, денег была целая куча. Когда мы поделили выручку на троих, я не мог в это поверить. Я не думал, что получу такую большую долю. Еще одна причина, по которой я в долгу перед Эдди. На эти деньги я обеспечил безбедную жизнь матери, да упокоится она с миром.

Дрисколл решил позвонить на ресепшен и заказать два гамбургера и картошку фри.

– Тони, а ты не думал, что это Эдди перед нами в долгу? – тихо спросил Вилкокс.

– Конечно нет, – ответил Дрисколл, вешая трубку. – Он даже поделил натрое выручку с ограбления поезда. Хотя не обязан был этого делать.

– Почему же? Без нашей помощи он не ограбил бы отцовские конторы, а что до последнего – он лишь разнюхал, как остановить поезд.

– Да, а тачка была лишь у меня. Помнишь тот «моррис-минор»? Вы двое мотались по округе, проверяя поезда. Пересаживались с поезда на поезд, чтобы в итоге остановить всего один!

– Ага, часами напролет просиживали на железнодорожном мосту. И идея переключить сигнал светофора принадлежала вовсе не Эдди, а мне.

Вилкокс закурил сигарету.

– Но именно он придумал, как пустить почтовый поезд по другой ветке, – сказал Дрисколл.

– Слушай, – разозлился Вилкокс, – ты ведь всего-то составлял для нас маршрут и даже не участвовал лично, а двадцать косарей не так уж и много, чтобы ты был обязан ему по гроб жизни. В таком случае ты в долгу и передо мной. Я тоже дал согласие на то, чтобы выручку поделили на три части.

– Что ж, спасибо тебе огромное! Я лишь хочу сказать, что он мог и не делить все на троих каждый раз.

– Подумай сам. Остальные участники получили по тридцать лет тюрьмы, так? А когда нас допрашивали, мы могли сдать его с потрохами. Повезло еще, что нас просто сочли тупыми подростками.

– Не такими уж и тупыми, раз мы вышли сухими из воды.

– Да, да и да. А теперь ты сидишь здесь бог знает сколько лет спустя и распинаешься, как сильно обязан ему. Именно поэтому он делил все на три части.

– Ты о чем?

– Он хотел, чтобы мы чувствовали себя обязанными, – фыркнул Вилкокс.

– Значит, вот что ты чувствуешь? – удивился Дрисколл.

– Нет, еще чего, – раздраженно выдохнул Вилкокс. – Мы все рисковали. Поэтому и справедливо, что мы поделили добытое на троих.

Дрисколл достал из мини-бара бутылку джина и ведерко со льдом.

– Вот только на последнем деле все было не так, да? – тихо спросил он, наблюдая за реакцией Вилкокса.

Тот напрягся, открывая очередную бутылку.

– Я тоже участвовал, – резко сказал он.

– Да, но ставки возросли. Нужно было не просто бегать вдоль железнодорожных путей, выясняя расписание, или громить букмекерские конторы, которые принадлежали ему же.

– Ясно, я тебя услышал.

– Да уж, Джимми, мы украли чертовы золотые слитки! Я бы не назвал это мелкой рыбешкой. В случае ареста нас засадили бы на тридцать лет. Без Эдди мы бы не выкарабкались. Однако, Джимми, мы смогли, – сказал Дрисколл. – И не мы с тобой, а это Эдди придумал, как обналичить золото.

– Точно, и чуть все не запорол. Он ведь понятия не имел, сколько там было деньжищ.

– Три тонны золота, – захохотал Дрисколл. – Стоимостью примерно в двадцать пять миллионов фунтов. И мы поделили добычу на равные части. Черт подери, конечно, мы ему обязаны.

Вилкокс снова лег на кровать и уставился в потолок. Основную часть золота требовалось как можно быстрее расплавить и вывести за границу. Де Джерси справился с этим благодаря вертолету и яхте своего приятеля. Ограбление прошло почти без сучка без задоринки, но было сущим кошмаром перевозить столько золота. Де Джерси задействовал всех, кого мог, чтобы расплавить слитки и передать их в другие руки. Часть переделали в небольшой печи для обжига в саду одного ювелира. Остальное зарыли в тайниках по всему Лондону, вывезли в Испанию или даже оставляли в камерах хранения. Кое-что из того золота де Джерси переправил в Африку, а затем вернул в Англию, поставив другую пробу на приобретенном им металлургическом заводе, который после продал на фондовом рынке. Но самый большой запас хранился в ювелирной лавке во Франции.

В дверь постучали, и Вилкокс поднялся, чтобы забрать гамбургеры. Передал один Дрисколлу и развернул другой.

– Это он контролировал перемещение слитков и перевел их в наличные деньги, – сказал Дрисколл, открывая пакетик с кетчупом.

– Не знаю, как он, черт подери, провернул это, – признался Вилкокс.

– А я кое-что знаю. Он использовал фальшивые имена и документы. Эдди сказал, что придумал, как хранить огромные суммы денег, до восьмисот тысяч, в крупных банках. И позаботился он не только о нас.

Вилкокс развернул гамбургер, слушая Дрисколла.

– Он подумал и о нанятых им «солдатах», – сказал тот. – Они никого из нас не сдали.

Тем не менее Вилкокс упрямо не признавал, что был в долгу перед де Джерси:

– Ага, а когда они вышли из тюряги, то захотели получить свой откат.

Дрисколл выругался, испачкав футболку кетчупом.

– Помнишь ведь, как в восемьдесят пятом офицеры Скотленд-Ярда обнаружили золото, переплавленное из одиннадцати слитков. Но, кроме этого, они больше ничего так и не нашли. – Дрисколл взглянул на свой гамбургер. – У тебя бургер с кровью? Мой похож на резиновую подошву.

Джеймс передал ему свой гамбургер, который пока не успел попробовать, и достал из бара еще одну миниатюрную бутылку.

Вилкокс и Дрисколл притихли. Первый пил, второй сосредоточился на еде, набив рот гамбургером и картофелем фри.

После кражи золотых слитков эти двое в точности следовали указаниям де Джерси: они разделились и переехали в Канаду, затем в Лос-Анджелес. Им не следовало выходить на связь друг с другом, а особенно с Эдвардом, который заметал все следы. Он выдал им фальшивые паспорта, и пока все не улеглось, Вилкокс и Дрисколл переезжали с места на место. Огромный куш они получили лишь спустя пару лет. Прошло много времени, и Эдвард де Джерси наконец объявился – в качестве владельца скаковых лошадей и конного завода. К тому моменту Дрисколл и Вилкокс вели роскошную жизнь, их семьи росли, а бизнес процветал.