Чтение онлайн

На тумбу сбоку, рядом с моим локтем, приземлилась кружка с ароматным насыщенно красным содержимым.

– Чай из лепестков мака и кусочков имбиря, – презентовала напиток торговка. – Не бойся, от него нет эффекта, как от сердцевины цветка.

Женщина звонко рассмеялась, увидев удивление на моем лице.

– Позвольте представиться, – вспомнила о правилах приличия и протянула вперед правую руку: – Марьяна.

– Янтарь, – ответила рукопожатием торговка редкостями. А потом сунула руку в карман юбки-брюк и вынула из него что-то маленькое, уместившееся в изящной ладони с тонкими пальцами. – Он создан для тебя.

Я в восторге уставилась на круглый, гладкий камешек, с прожилками и золотистыми вкраплениями, но потом опомнилась.

– Что вы?! Не нужно идти к отцу! Я давно получаю жалование. – Словно в подтверждение сказанного, закопала пальцы в туго затянутый шнурок мешочка с монетами на поясе.

Плавно и нежно Янтарь притянула мою руку от пояса к себе и вложила в нее теплый, годами отшлифованный морем минерал.

– Лучшей наградой будет твое достойное владение им и всем, чем он одарит твою юную душу.

– Спасибо. – Я еще больше растерялась. Пока Янтарь доставляла на полки диковины, разглядывала прекрасный подарок и сербала теплый, невероятно вкусный чай.

Весьма вовремя ко мне подсела Катя. Она бесцеремонно поставила на парту свою сумку и громко вытащила из нее карманное складное зеркало и помаду.

– Так и думала, что ты здесь.

Понимая, что возможности почитать больше не будет, я вложила в книгу самодельную закладку в виде свернутого пополам чека и убрала ее в сумку.

– Не нашла тебя на обеденном перерыве и ушла в парк сама.

– Социофобка ты наша, что зимой делать будешь? – посмеялась модница и повозила губами, распределяя помаду.

Почему-то она возомнила, что нежелание общаться с малознакомыми людьми сродни социофобии. Как-то меня так достало ее сравнение, что я нашла в интернете полное определение болезни и… промолчала. Часть пунктов, правда, совпало, но я соотнесла свою особенность с желанием личного комфорта и чистого информационного поля. Не хватало еще по психологам ходить из-за подколов одногруппницы.

– Есть в столовой и слушать музыку! – гневно прошептала я, помня про правило тишины. Но с двух ближайших парт все равно посмотрели косо.

– Идем, а то опоздаем.

– А меня бесит твоя пунктуальность. Что случится, опоздай мы на минуту меньше, чем Стасик?

Катя снисходительно закатила вверх глаза и с улыбкой потащила меня к выходу.

Дорога до кабинета заняла чуть больше времени, чем хотелось. Растолкав застывшее стадо старшекурсников у лестницы в цокольный этаж, мы, раздраженные, вприпрыжку добрались до кабинета, проскользнув вровень в закрывающуюся дверь. При этом ни одна рука ведущего практику аспиранта не пострадала.

– Извините.

– Простите.

– Присаживайтесь, – спокойно ответил Станислав Андреевич, который сам не так давно был студентом, достаточно дерзким, чтобы при этом метить в преподаватели.

Практика по общему курсу информатики, который длился всего первые пол года обучения, включала в себя работу со стандартными таблицами, базами данных и прочими мелочами, которые изучали в старших классах любой приличной школы. Учитывая компьютеризацию во всех сферах жизни, курс был не таким бесполезным, каким его считало большинство прогуливающих этот предмет девчонок. Мне же нравилось узнавать новое и применять это в быту. Например, строго конфиденциальной стала информация о том, что я читала в среднем по книге в три дня и завела на подаренном на окончание школы ноутбуке картотеку прочитанного.

Когда на знакомстве с куратором группы в первый день меня спросили о хобби, наивно ответила: «Люблю читать», не ожидая воя неодобрения от возомнивших себя элитой курса ребят. Сидящий на краю парты Руслан, с черными, как смоль, волосами и медвежьими глазами, обратил на меня тяжелый взгляд и протранслировал: «Жить нужно, а не в бумаге прятаться. Ты же не старушка!» – демонстративно обвел взглядом остальных, требуя поддержки сказанному. Его новые знакомые повелись: «Согласна, молодость одна», «Скукота ваши книги, вот я люблю путешествовать». Неизвестным образом оказавшаяся в тусовке психологов Арина, дочка владельца местной сети автосалонов, успела похвастаться подчеркивающими статус богатенькой шмотками и подписать новых знакомых на личные аккаунты в социальных сетях. Ко мне она потеряла интерес после фразы: «Не зарегистрирована, не получится».

И в этот раз, увидев меня, она поставила на единственный свободный стул сумочку с огромной надписью на коже: «Виркин» и лопнула пузырь из жвачки.

– Занято. Ищи другое место.

Пока я думала, как возразить, с ряда у окна донесся голос Волкова:

– Эй, Марьяна, с этой стороны в углу свободен.

Довольная возможностью не ссориться, презрительно хмыкнула в макушку куклы, с этого дня называя забияку только так, и протиснулась между рядом стульев ребят и стеной к указанному столу.

Все занятие пришлось просидеть полубоком к доске и компьютерам – своему и Волкова. Он пропускал каждое второе слово мимо ушей и путался в последовательности действий, психуя от нерасторопности.

– Ты гений, – до конца занятия мы общими усилиями создали таблицы с заданными формулами. – Мало того, что подсказала, так еще и разжевала каждое слово.

Парень улыбался белозубой широкой улыбкой, складывая в сумку общую тетрадь на кольцах по всем предметам и ручку.

– Не за что, просто не отвлекайся.

Все уже разошлись по домам, а я задержалась у диванчиков холла, распутывая провод наушников. Вечернее солнце приятно слепило, а интернет в телефоне отказывался работать.

– Еще не ушла, – на мое правое плечо приземлилась левая рука Волкова. Растрепанный, с протянутой вперед шоколадкой, он смотрел сверху вниз. – Вот что подумал. В глубинке информатику преподавали постольку-поскольку, если ты не против, то давай заключим сделку.

– Сделку? – я уже ничего не понимала в его жесте, подношении и предложении.