Эксцессия
Шрифт:
Три отцовских корабля продолжали нести его по бесконечным просторам космоса, словно тройка лихих горячих коней. Казалось, происходящее их просто не касается.
“Имбецилы какие-то!” – подумал “Серая зона” и попытался вступить с одним из них в контакт.
– Эй, ты! А ведь близко прошло!
– Да, – отозвался тот как ни в чем не бывало.
Остальные и вовсе не подали голоса.
– Вы что – даже не сдрейфили? – попытался он подразнить их.
– Не-а. А чего беспокоиться?
– Ха! В самом деле, – послал ему сигнал “Серая Зона”. А сам подумал: “Вот кретин! Кстати, хорошо бы так назвать один из этих кораблей – “Вот Кретин”.
– Ничего, что я пока выйду на связь? – осведомился он просто так, из вежливости, у своего военного эскорта. С дураками лучше всего быть вежливым. Итак.
[плотный луч, Маклир, пер.@4.28.891.7352]
хОКБ “Серая Зона” оЭксцессии
Поговорим?
XII
Командорий Грейдаун Лейтсеттинг Х из клана Фарсайтов озадаченно уставился в экран. Столб грандиозной энергии, выплеснувшийся в сторону ОСТ Культуры, исчез. Зато в районе Экспессии наблюдалось внезапное скопление малых боевых крейсеров. Этого просто не могло быть. Он еще раз проверил показания приборов. Связался с товарищами на других кораблях. Те, кто мог ответить, считали, что у них просто опалены сенсоры. Тогда он запросил Ум своего судна:
– Что это такое?
Последовал ответ.
– Корабль.
– Что?
– Военные корабли. Я насчитал приблизительно 80 000 крейсеров.
– Восемьдесят тысяч!
– Восемьдесят тысяч. И я думаю, что мы видим еще не всех.
Командорий почувствовал, что воздух в капитанской рубке внезапно сделался совершенно непригодным для дыхания. Так продолжалось около минуты.
– Они… настоящие? – спросил он наконец.
– Очевидно, да. На “Летучих Голландцев” они совсем не похожи.
Грейдаун еще раз взглянул на экран. Это была страна кораблей, звездное скопление, целая галактика кораблей.
– И что они все собираются делать?
– Я так думаю, что они разворачиваются в боевой порядок перед нашей эскадрой.
– Они… враждебно настроены? – спросил он, внезапно почувствовав слабость.
– А вот сейчас мы у них об этом спросим, – отозвался корабль. – Вы позволите?
Командорий только покачал корпусом. Слова и звуки давались ему с трудом.
– Все корабли, – сообщил через некоторое время “Грозное Послание”, и голос его звучал ровно и спокойно в глубине бронескафандра Грейдауна, – просигналили, что принадлежат Культуре. Это нестандартные корабли, сконструированные Эксцентриком ОСТ “Сновидец”, и все, что им нужно, – это принять нашу полную и безоговорочную капитуляцию.
– Успеем мы прорваться к Эспери, прежде чем нас перехватят?
– Нет.
– А обогнать их, оторваться от них мы сможем?
– Маловероятно. От всех уйти не удастся.
Грейдаун помолчал некоторое время. Затем спросил, набравшись храбрости:
– У нас еще есть шанс?
– Думаю, сдача – это наш единственный. Приняв сражение, мы потеряем и его.
“Подумай о клане”, – простучало в голове Грейдауна.
– Я не сдаюсь! – гордо заявил он.
– Как хотите.
– Что значит – как хотите? Не понял…
– Потому что лично я сдаюсь, Командорий.
– Ты исполняешь мои приказания!
– Боюсь, что нет, Командорий.
– “КорСет” передал тебя в мое распоряжение!
– Да, но в разумных пределах.
– Он ничего не говорил о каких-то там “разумных пределах”!
– Понимаете, дело в том, что Умы не работают как компьютеры. Наш принцип действия другой. Мы не автоматы. Тем более, что вопрос о сдаче мы уже обсудили с другими кораблями. Мы всегда обсуждаем совместно все действия, поскольку сама структура наших Умов склонна к коллективизму. Тем более, что и сигнал о сдаче уже направлен, и белый флаг, можно сказать, выкинут. Мы приняли курс…
– Что-о? – разъярился Грейдаун, яростно щелкая по клавишам.
– …точка неподалеку от Эспери, – продолжал Ум корабля, – где наши защитные системы переходят под контроль СОБ “Убивающий Время”. Если вы не пожелаете капитулировать вместе с нами, то боюсь, мне придется переместить вас за пределы корпуса. Разумеется, в скафандре. Хотя вообще-то я бы мог интернировать вас. Как вы на это посмотрите?
Корабль задал этот вопрос таким тоном, словно спрашивал, что подать к обеду. И этот тон спокойствия бесил Командория больше всего.
Грейдаун уставился на “тьму” кораблей, задумчиво покачивая глазными стеблями.
– Я попросил бы вас не интернировать меня, – ответил он спустя некоторое время. – Переместите меня за пределы своей оболочки, и чем раньше, тем лучше. Оставьте меня одного.
– Как, прямо сейчас? Мы же еще не остановились.
– Да, прямо сейчас. Если это возможно.
– Ну что ж, я могу воспользоваться Переместителем.
– Вполне приемлемое решение.
– Есть небольшой риск…
Командорий задира издал короткий резкий смешок.
– Я думаю, что могу себе позволить слегка рискнуть.
– Ну, что ж, очень хорошо, – произнес корабль. В его голосе послышалось что-то вроде сомнения. – Тут ваши товарищи хотят связаться с вами, Командорий.
Задира посмотрел на экран.
– Да, я вижу.
Он выбрал прямой уровень оповещения на командном канале.
– Друзья и соратники! – начал он и запнулся. Ни разу в жизни он не оказывался в таком положении. Настолько ужасном, безнадежном – и унизительном. Ему, конечно, приходилось обращаться с речью к подчиненным, но сейчас было не так-то просто найти нужные слова….