Чтение онлайн

– «Белль-Мари», говорит «Вандервейг», патрульный корабль МАЭП. Мы находились неподалеку, когда нам передали ваш сигнал бедствия. Каков ваш статус?

Женский голос был уверенным и спокойным. Все под контролем.

– «Вандервейг», говорит Чейз Колпат, пилот «Белль-Мари». В настоящее время нахожусь на планете вместе с пассажиром. Непосредственной опасности нет.

– Рады слышать, Колпат. Примерно через девятнадцать часов мы выйдем на орбиту и пошлем спасательный катер, как только появится окно. Хотите сообщить что-нибудь еще?

– У моего пассажира, Алекса Бенедикта, сломана нога. Ему требуется медицинская помощь.

– Вас поняли. Прибудем к вам при первой же возможности. «Вандервейг» – конец связи.

Когда люди говорят, как им повезло родиться в нынешнюю эпоху, они имеют в виду прежде всего гарантированное снабжение продовольствием, наличие у всех крыши над головой и отсутствие страха перед войсками захватчиков у городских ворот. Но в действительности речь идет не только о выживании как таковом. При появлении на свет, скажем, в двенадцатом веке мы не только жили бы намного меньше, но и не имели бы никаких средств связи совершеннее лошади. Все происходящее во внешнем мире – если там действительно что-то происходило – оставалось бы для нас тайной, кроме нападения варваров или наводнения на Ниле. Мы не знали бы ни книг, ни простых способов стирки, ни картинок для детей. Мы не имели бы никакого представления о том, что на самом деле стоит за восходом и заходом солнца. Мир был полон богов, демонов и чудес. Неудивительно, что здравомыслие в ту эпоху встречалось настолько редко.

Блэквуд Конн. Жизнь на грани

Я сообщила новость Алексу; он делал заметки, готовясь к выступлению.

– Что ж, неплохо, – сказал он. – Буду рад вернуться к нормальной жизни. И к нормальному весу.

– Как твоя нога?

– Танцевать трудновато, – улыбнулся он. – В остальном все нормально.

– Знаешь, о чем говорить сегодня вечером?

– Более-менее. – Он сменил позу, сидя в кресле. Нога его лежала на скамеечке. – Мы сможем обеспечить их любой помощью, продовольствием, медикаментами. У них еще один случай той болезни, ты слышала?

– Слышала.

– Меня не оставляет мысль о том, что все могло бы быть совсем иначе, если бы двадцать восемь лет назад кое-кто не стал молчать.

Алекс был прирожденным оратором. Он обладал чувством юмора, умел завоевывать внимание публики, быстро переходил к делу и не страдал излишним многословием. В тот вечер он был просто бесподобен. Висенда представила его собравшимся в столовой, заполненной до отказа.

– Все мы знаем его, – сказала она, – как одного из двоих дружественных нам инопланетян. Поприветствуем Алекса Бенедикта.

Все встали и зааплодировали. Меня удивило сходство обычаев, сохранившееся даже спустя тысячелетия раздельной жизни. А может, этот обычай возник независимо – не знаю.

Поднявшись на трибуну, Алекс поблагодарил Висенду и обратился к собравшимся:

– Мы с Чейз в неоплатном долгу перед вами. Вы дали нам кров, когда мы оказались в беде. Отдельно следует поблагодарить Турама. Где ты, Турам? – На самом деле Алекс прекрасно знал, где сидит Турам, поскольку высмотрел его с самого начала. – Ах, вот ты где. Турам, встань, пожалуйста. Этот человек вытащил нас из огня. Не знаю, что стало бы с нами без тебя, друг. Хотя нет, пожалуй, знаю.

Все снова зааплодировали, и с этого мгновения Алекс всецело завладел их вниманием. Он рассказал о том, как нам повезло, что мы приземлились возле Акайо.

– Есть места, где не слишком любят чужаков. Но к вашей общине это не относится. Мы хотели бы отплатить вам тем же, в меру своих сил и возможностей. Мы никогда не сможем сделать для вас всего того, что вы сделали для нас. Но мы можем вам помочь. Только что поступила информация о прибытии спасательного корабля, который, скорее всего, подберет нас где-нибудь завтра утром. – (Все сидели молча.) – Скоро мы улетим, но потом вернемся. – (Послышались радостные возгласы.) – Вернемся с припасами и помощью. Могу обещать: вам больше не придется задумываться о том, где добыть очередную порцию еды.

Публика взревела от восторга. Алекс подождал, пока все не успокоятся, и продолжил:

– И еще кое-что. Многие наверняка уже знают, что мы рассказывали о путешествиях ваших предков к другим планетам. Знаю, в это трудно поверить, но так оно и есть. Вы – то есть ваши предшественники – посещали Жедар. Это было давно, так давно, что вы успели позабыть. Но мы видели доказательства. Мы были там. Я слышал, – продолжал он, – что некоторые из вас задумываются о том, стоит ли вообще жить, не пора ли сдаться. Нам не хотелось бы вас потерять. Подозреваю, что вы и сами не допустили бы этого, даже без нашей помощи. Но мы здесь, среди вас. Когда вы проснетесь завтра утром, нас двоих, возможно, уже не будет. Но мы вернемся.

За последние несколько витков Белль не выходила на связь, – может быть, она знала о предстоящем выступлении Алекса, но точного времени мы не указали, и поэтому она не хотела мешать. После собрания мы около часа беседовали с местными жителями. Наши слова приводили их в полный восторг, и все, включая детей, пожимали нам руки.

Я уже говорила, что ночи здесь были на несколько часов длиннее, чем на Окраине, и наш цикл не совпадал с циклом обитателей планеты. Зачастую мы полностью выматывались к середине дня и бодрствовали посреди ночи. Сейчас было около трех часов дня, а для наших организмов – около трех утра: я потеряла счет времени, но отчего-то мне казалось, что дело обстоит именно так. Когда мероприятие закончилось, мы вернулись к себе. Алекс осторожно опустился в кресло, а я сказала, что с радостью покину Эхо III. «Звездный корпус» объявился вовремя.

Взглянув на график сеансов связи с Белль, я решила поздороваться с ней, но ответа не получила. Еще раз посмотрев на график, я сделала еще одну попытку:

– Белль, ты там?

Алекс перевел взгляд на меня.

– Белль, ответь, пожалуйста.

За окном слышались крики детей, игравших в мяч. Покачав головой, Алекс выставил перед собой руки, произнеся одними губами: «Хватит». Затем он знаком велел передать ему коммуникатор и при этом хранить молчание.

Я сняла браслет и отдала ему. Взяв его, он некоторое время его разглядывал, а потом заговорил:

– Господи, Чейз! Ложись! Они здесь!

Я инстинктивно бросилась на пол.

Ничто не пугает так, как приближение к дому незваного гостя.

Харли Эсперсон. Съежившись в хижине

Выключив коммуникатор, Алекс вернул его мне и нашарил костыли.

– Чейз, оставайся здесь, пока я не вернусь. Если будут вызывать, не отвечай.

– Алекс, что?..

– Делай, как я сказал. Пожалуйста. Я вернусь как можно быстрее.