Чтение онлайн

Никогда.

За всю мою жизнь.

— Да, — прошептала я, когда из моих глаз покатились слезы.

Рука Чейза выскользнула из моих волос, обхватывая мою челюсть, а его большой палец пробежался по моей щеке, ловя, падающие капельки.

— Я люблю тебя, Фэй Гуднайт, — тихо сказал он, глядя мне в глаза.

Я втянула воздух дважды, прежде чем ответить:

— Я тоже люблю тебя, Чейз Китон.

Он ухмыльнулся, а его взгляд потеплел еще больше.

— Хочу, чтобы ты переехала ко мне, детка, — пробормотал он.

— Хорошо, — сразу согласилась я.

— В следующие выходные, — продолжил он.

— Хорошо, — снова немедленно согласилась я.

— Мы начнем создавать наш дом, нашу жизнь сейчас, чтобы иметь возможность передать все нашим детям после того, как другое кольцо присоединится к твоему бриллианту.

У меня снова перехватило дыхание, и я повторила:

— Хорошо.

Глаза Чейза загорелись другим светом, который мне так же понравился, когда он спросил:

— Ты собираешься выйти в Сеть и написать своей команде гиков, что ты меня захомутала?

— Да, — прошептала я.

— Поцелуй меня, и я закончу с тако, пока ты это делаешь.

— Хорошо, — повторила я снова, но с места не сдвинулась.

— Детка, поцелуй меня, — подсказал Чейз, когда мое бездействие все длилось и длилось.

— Через секунду, дорогой, я запоминаю момент.

На его лице отразилась уязвимость, но на этот раз без боли.

Только красота.

Потом рука Чейза вернулась к моим волосам, и он притянул меня к себе для поцелуя.

Я подключилась к Интернету, чтобы сообщить новости Бенджи и Серенити, а десять минут спустя Чейз закончил готовить тако.

Крис не упустила из виду мое кольцо, когда час спустя мы появились у Баббы.

Поэтому Чейзу не было нужды снимать деньги в банкомате. Каждый раз, когда он пытался передать ей купюру, она отказывалась, и Чейз мог быть властным, но если Крис была в настроении отказать, у вас не было никакой надежды на победу.

Было много возгласов, криков, хлопков по плечу Чейза, объятий меня, когда Крис и Твайла поделились новостью с баром, а затем рассказывали всем, кто входил. Появилась Лори. За ней — Дик. Чуть позже — Вуд и Мэгги. Дек отстал от них ненадолго. Вскоре в бар пришли Солнышко и Шамблс. Поток посетителей продолжался, как и объятия и хлопки по спине, и новости распространялись так быстро, что мне позвонил мой отец и хриплым голосом сообщил, что скоро у нас состоится семейный праздник, и он постарается сохранить новость от Лизы, чтобы она не устроила какую-нибудь драму и украла мой звездный час.

Хотя мне хотелось поделиться этой новостью с семьей, я была слишком счастлива, чтобы волноваться о том, что кто-то украдет мой звездный час, и я была счастлива услышать, что мой папа тоже счастлив.

Бабба включил стереосистему, и после нескольких песен, Крис взяла на себя управление подключенным к системе iPod. Она явно была в романтическом настроении, а Чейз и подавно, потому что, хотя никто и не танцевал, в ту минуту, когда заиграла песня Mazzy Star «Fade in You», он вывел меня на открытое пространство у окна, притянул в свои объятия, и мы начали раскачиваться под музыку.

До Чейза эта песня меня бы огорчила.

В объятиях Чейза, с его кольцом на пальце, мир исчез, и я растворилась в любимом мужчине.

За этим Крис поставила «Feel Like Makin' Love» Bad Company, «Leah» Брюса Спрингстина, Cowboy Junkies исполнили песню The Velvet Underground «Sweet Jane», а затем вернулись Bad Company с «She Brings Me Love».

Независимо от композиции, Чейз крепко держал меня в объятиях, а я крепко обнимала его, нас окружали друзья, часть жителей городка смотрела на нас, но никто из них, не мог проникнуть в наш момент. Мы танцевали среди моря счастливых людей, празднующих любовь и рождение ребенка в свободном для жизни городе. Но для меня существовал только Чейз, а для Чейза существовала только я.

И среди всего этого Чейз обнимал меня так, что я чувствовала, как он счастлив никогда меня не отпускать, и готов протанцевать со мной до утренней зари.

Потом заиграла та самая песня. Помнила ли Крис, что я говорила об этой песне, или она просто пришла ей в голову.

Элла Мэй Боуэн запела «Holding Out for a Hero».

И тогда я решила, что Чейзу пора узнать.

Поэтому прижалась к нему еще ближе и прильнула губами к его уху.

— В ту ночь я слушала не Доби Грея, — прошептала я. — А эту песню. Мне пела Элла Мэй, когда я думала, что ты не тот, каким я тебя представляла, а представляла я тебя героем этой песни. Я ожидала его двадцать девять лет. И полчаса спустя ты доказал, что каждое из этих слов было правдой, и каждую секунду с тех пор ты продолжаешь доказывать это. Ты считаешь меня своим ангелом, но ты должен знать, что я считаю тебя моим героем. Двадцать девять лет, дорогой, я ожидала героя. Двадцать девять лет я ожидала тебя.

Его лицо, уже уткнувшееся в мою шею, зарылось глубже. Его руки, уже крепко державшие меня, притянули меня ближе.

Он ничего не сказал.

Но когда наклонил меня назад в танце под Эллу Мэй, я пропела эти слова ему на ухо.

И в тот момент, в том баре, в объятиях Чейза, шепча ему на ухо песню о нем, рассказывающую все, кем он является, и все, кем он был для меня, независимо от красоты нашего будущего, независимо от красоты настоящего, я знала, что для меня никогда не будет более красивого момента, чем этот.

В конце песни Чейз скрепил эту красоту поцелуем, а затем скользнул языком в мой рот, — сладко, нежно, ласково, даруя и позволяя дарить мне.

Все, что было им.

Все, что было мной.

В другом конце бара началось какое-то движение, и Чейз наблюдал, как брюнетка вышла из зала и направилась в сторону туалетных комнат.

Фэй исчезла там же пятнадцать минут назад, и им пора было идти домой. Пора ложиться спать. Пора впервые заняться любовью с его женщиной, на чьем пальце теперь было его кольцо.

Пятнадцать минут было долгим сроком для ее отсутствия. Чейз терял терпение. Он хотел остаться с ней наедине. Хотел продолжать танцевать с ней. Он собирался танцевать с ней до рассвета, но совсем другие танцы.

Но бар был переполнен, а это означало, что в женский туалет может выстроиться очередь.

Он взял свое пиво, поднял его, отпил глоток и, опуская бутылку вниз, его взгляд остановился на Тейте.

Тейт облокачивался о барную стойку, одной рукой сжимая бутылку пива. Рядом с ним стояла Лори, прислонившись к его спине и обнимая мужа за талию, и разговаривала с Венди. Чейз не мог видеть Лорен, но Венди смеялась.