Чтение онлайн

На самом деле, это не языки, а «похмельные мостики» – студенческое дополнение к исходному архитектурному концепту. Если накануне перебрал пива, то очень полезно утром выползти на мостик и плюхнуться в воду с высоты три метра. Но надо глянуть вниз, чтобы не угодить в лодку, привязанную к опущенной вниз бамбуковой лесенке.

«Динозавры» были построены в количестве, заведомо превышающем потребности постоянных очных студентов. Разумно предполагалось, что в кампусе будут время от времени жить приезжающие «дистанционные» студенты и гости университета. Сейчас одного «динозавра» занимали Дземе Гэнки и Кияма Хотару из Японии, а соседнего – дистанционные студенты Эланг, Окедо и Тиви Упаики с атолла Тероа, и Фуопалеле Тотакиа, король-мэр атолла Номуавау и острова Тин-Кен. Король в данный момент неподвижно сидел на языке-мостике в позе медитирующего йога. Наблюдатель, мало знающий обычаи утафоа, мог бы вообразить, что это и правда медитация на идущую поперек озера яркую дорожку от низко стоящего, но ещё ослепительного солнца.

Трое подростков – упаики, сидевшие на голове «динозавра» (в смысле, на крыше), как нетрудно догадаться, обычаи знали, и смысл действий короля был им ясен. Ключевым моментом являлось наличие в метре перед королем плошки с кусочками очищенных бананов. Над бананами вился рой мошек. За мошками охотилась пара ярких стрекоз. Именно за ними и наблюдал Фуопалеле, сидя неподвижно, чтобы не спугнуть.

Прошло часа полтора, и Солнце приблизилось к горизонту, превратившись в тускло-красноватый шар, и как будто залило озеро расплавленной бронзой. Король медленно поднялся на ноги, так же медленно потянулся всем телом, а после этого поочередно встряхнул каждой рукой и каждой ногой, и произнес:

– Уф!

– А мы смотрим новости! – Сообщила Тиви, отрываясь от экрана ноутбука.

– На крыше они интереснее, чем внизу, а? – Ворчливо-иронично спросил король.

– Просто, на крыше прикольнее, – ответил Эланг.

– Дядя Фуо, а зачем тебе стрекозы? – Поинтересовался Окедо.

Фуопалеле ещё раз потянулся и произнес.

– Вот если ты оторвешь от крыши свою задницу и притащишь дяде Фуо сигару, зажигалку и котелок горячего крепкого кофе, то дядя Фуо тебе ответит.

– Ты хитрый, – вздохнув, заключил Окедо.

– Да, дети. Я хитрый, ленивый, толстый канак. Если вы будете правильно себя вести, уважать богов и хорошо учиться, то когда-нибудь тоже такими станете.

– А я? – Спросила Тиви.

– А ты родишь много детей и будешь их тискать, когда они маленькие, и давать им подзатыльники, когда они вырастут.

Сделав это важное и содержательное поучение, король сбросил пестрое lavalava и, оттолкнувшись ногами от мостика, выполнил короткий полет до воды. Раздалось негромкое «плюх», и он исчез.

– Эти мужчины… – пробурчала Тиви, отгоняя рой мошек взмахом ладони и унося оставленную королем плошку с кусочками банана, – …ужасные неряхи. Они вечно разбрасывают всякую ерунду и им даже в голову не приходит убрать за собой.

– Не ворчи, – крикнул Окедо уже с нижнего этажа, – лучше скажи, где тут кофе?

– В буфете над электроплиткой на второй полке справа, – ответила она.

– Классно! Ты уже везде успела пошарить? Может тогда ты знаешь, где сигары?

– Да. Коробку сигар вместе с зажигалкой Фуо зачем-то сунул под свою подушку.

– Ага! Точно! Ух ты! Здесь ещё и пистолет!

– Ну и что такого? – Отозвалась Тиви, – почти все коммандос, даже бывшие, держат пистолет где-нибудь под рукой. По ходу такая привычка… Ух! Смотрите!

…Фуопалеле вынырнул, шумно отфыркиваясь и сжимая в правом кулаке длинное блестящее извивающееся тело.

– Мне что-то стало лень прыгать в воду просто так, – сообщил он, медленно плывя к бамбуковой лесенке. – А норку этого морского угря я заметил ещё днем. Ну-ка дети, скажите, как жрать морского угря сырым?

– Я скажу! – Крикнул Эланг. – Надо нарезать его ломтиками, засыпать крупной солью, полить самогоном, и через четверть часа он готов!

– Молодец! А теперь попробуй сделать это практически. Фляжку самогона возьми в правом кармашке моего рюкзака. Заодно притащи мне palm-top из левого кармашка.

Отдав парню свою добычу, король улёгся на циновке на мостике, включил маленький компьютер, открыл какой-то узел в одной из частных распределённых сетей, и набрал длинный код. Убедившись, что код принят неким аппаратом, присоединенным к сети, Фуопалеле прикурил принесенную Окедо сигару и произнес:

– Сейчас мальчики и девочки могут послушать историю о том, зачем толстый ленивый канак стал наблюдать за стрекозами. Когда вчера мы с вами показывали японцам, как работает наша летучая рыбка «krill-fly», идея которой, как известно, ваша, я подумал: «интересно, почему толковые спецы сошлись на том, что крылья рыбки лучше всего сделать примерно как у стрекозы, хотя у обычных летучих рыб крылья другие»?

– Аэродинамика, – ответил Окедо, поставив рядом с королем чашку кофе. – Это такие линии, по которым воздух обтекает. Их моделировал Акела на компе, а мы помогали.

– Аэродинамика… – проворчал Фуопалеле, делая первый глоток, – …Акела считает на компе. Пиопио, faa-vahine моего старшего сына Хенаоиофо, считает на компе. И мой третий сын, Прэтеоуа, тоже считает на компе. А глупая стрекоза просто отращивает крылья и летит. Потом умные Акела, Пиопио и Поэтеоуа говорят: «Ага! Комп нам сосчитал, и получается, что лучше всего взять вот эти крылья от глупой стрекозы!».

– У стрекозы эволюция, – заметил Эланг, ловко разделывая морского угря дайверским ножом, – стрекозы миллион лет отращивали разные крылья, и те, которые отрастили неудачные крылья – подохли, а выжили только самые удачные.

– Мы тоже можем делать эволюцию, – добавила Тиви. – Есть прога: «технозаврики».

Фуопалеле пыхнул сигарой, глотнул ещё кофе и махнул рукой.

– Знаю. Лимолуа Хаамеа, потомок Этеемао, названного брата Ниоалио, моего предка, сделал бизнес на флайках из технозавриков. И великий германо-африканский авиатор Герхард Штаубе со своими ребятами на Арораэ тоже сделал на этом бизнес. Но они не очень глубоко копнули. У флаек, которые они придумали, крылья не от стрекозы, а от саранчи или от бабочки. Стрекоза летает лучше. Разве не так?