Драйв Астарты
Шрифт:
– Нет, – лаконично ответил тайванец. – Так что я приношу извинения и…
– У тебя не было шансов, – наставительно сказала Таофи, – «звезду смерти» изобретут только через 25 тысяч лет. Читай «Звездные войны» Лукаса, бро.
Дюжина канаков снова разразилась хохотом. Капитал махнул рукой и воздержался от очередного упоминания горячо любимых болотных чертей. Хаген глянул на часы и повернулся к лейтенанту Бенитесу и Есано Балалайке.
– Ребята, собирайтесь. Нам пора вылетать, иначе мы не успеем на Бокатаонги к обеду.
– …Которым вы нас будете кормить, – на всякий случай добавила Люси.
…
17. Многоликий подпольный авиационный бизнес.
=======================================
Пилот небольшого турбореактивного «Adam-Jetty» полушепотом выругался, затем поправил гарнитуру на голове и сказал в микрофон.
– Это бизнес-борт компании «Bharati Naval Group». Я следую с Грэйт-Никобар на Ситангкаи. Почему такие требования ко мне?.. Знаете, мистер Как-Вас-Там… ОК, лейтенант Марудао. Так вот, я не первый год в небе и… Нет, технически это мне не трудно, однако я не привык выполнять несправедливые требования. И босс этого не любит… Босс – это мистер Раджхош…
– Пратиб, в чем дело? – поинтересовался Чатур Раджхош, – Какие-то проблемы?
– Это авиа-патруль Ситанга, – ответил пилот, – они хотят, чтобы я сделал контрольный круг. Видите ли, им надо посмотреть что-то. Я думаю, что они хотят убедиться: мы действительно бизнес-борт, а не что-то военно-террористическое… Лейтенант Марудао, повторите, что вы сказали я вас не расслышал… Да, я вас не расслышал, потому что я разговаривал с боссом. Да, он на борту, и что из этого?..
– Пратиб, – сказал Раджхош, – дай мне микрофон, я сам поговорю.
– Марудао, босс хочет сам с вами поговорить, – объявил пилот. – Что?… Это значит, никаких проблем? И не надо делать круг? ОК, я ему передам… Босс, авиа-патруль Ситанга желает вам приятного пребывания в их стране и приносит свои извинения за неудобства, которые, как сказал этот лейтенант, вызваны только заботой о нашей же безопасности. Я правильно с ним поговорил?
– Да. Ты молодец, Пратиб, ты все сделал правильно.
Ратри Дэвадра, уже несколько секунд изо всех сил сжимавшая руку Раджхоша, облегченно вздохнула и ослабила хватку.
– Ну что ты испугалась, как маленькая девочка? – Ласково спросил он.
– Мне неспокойно из-за этой войны, – негромко отозвалась Ратри.
– Война в этом секторе фактически закончилась, – заметил Раджхош, – поэтому все маленькие девочки могут перестать нервничать и начать улыбаться.
Сделав над собой усилие, она улыбнулась. Вообще-то, медицинский эксперт Ратри Дэвадра никак не была маленькой девочкой. Благодаря довольно подвижной работе, привычке к утренней гимнастике и личной жизненной философии, она выглядела значительно моложе своих 40 лет, но не настолько, чтобы казаться тинэйджером. С другой стороны, Чатур Раджхош, у которого было уже пятеро внуков, в некоторых случаях воспринимал её, как почти ровесницу своей старшей дочери.
Из биографической анкеты Ратри Дэвадра следовал вывод о (выражаясь корявым канцелярским языком) «неустроенной личной жизни». Ранний брак. Ранний ребенок. Ранний развод. Подросший сын давно учится за границей (Сначала в Kimbi-college в меганезийской Новой Британии, потом в Австралии в Technology University of Perth.) Отношения Ратри с Раджхошем с момента её прихода в «Bharati Naval Group» более четырех лет назад строились по схеме: «полное доверие и ничего личного». Она не собиралась заводить роман с Чатуром и предпочитала короткие случайные связи на стороне, ни к чему никого не обязывающие и длящиеся не более одной ночи. Он не собирался заводить роман с Ратри и предпочитал, чтобы она оставалась доверенным экспертом-медиком, которому можно поручить заботу о своем здоровье и о здоровье пилотов-испытателей новой военно-морской техники.
Разумеется, у Чатура Раджхоша то и дело случались служебные романы. Его жена, замечательная, умная, тактичная женщина довольно спокойно смотрела на это. Она отлично знала: Чатур любит её и только её. Другие женщины легко появлялись в его жизни и так же легко исчезали… За исключением Ратри, которая как-то постепенно превратилась в такую же константу, как и жена. Само собой получилось, что две женщины, не сговариваясь, распределили между собой ненавязчивый контроль за не вполне стабильным здоровьем Чатура Раджхоша… В декабре прошлого года миссис Раджхош внезапно покинула этот мир и Ратри осталась одна…
…
Пратиб на секунду повернулся к двум пассажирам.
– Мы идем на лэндинг. Пристегните пожалуйста ремни. Это инструкция.
– Ты хороший парень, но ты формалист, – проворчал Раджхош, застегивая ремень безопасности.
– Не надо ворчать, он прав, – заметила Ратри, выполняя ту же процедуру.
– Я не ворчу, я просто зол. Я впервые встречаюсь с таким наглым интеллектуальным грабежом. И я не оставлю это без последствий!
– Чатур, давай ты не будешь так нервничать, – сказала она. – Иначе у тебя поднимется давление, а это ведь тебе совсем не нужно, ты согласен?
– Ты ужасная женщина, – со вздохом ответил он. – Ты всегда права.
– Доктор Дэвадра отвечает за ваше здоровье босс, – мягко напомнил Пратиб.
– Да, да, разумеется! Она все время права. Ты тоже все время прав. И только один я, старый болван, всё время неправ. Дурная карма, не иначе.
– Не называй себя старым, – сказала Ратри, – это абсолютно антинаучно. Согласно представлениям современной биологии человека, ты мужчина в расцвете сил.
– О, боги! – Раджхош схватился за голову. – Мне уже начинает казаться, что я не один человек, а два! Одному надо три раза в день измерять давление и пить фито-чай, зато второй находится в расцвете сил, и его хоть сейчас можно брать в астронавты!
Лоскутно-разноцветная поверхность огромного острова Борнео уползла назад. Теперь впереди было синее море и пунктир зеленых островков, будто нарисованных толстым фломастером. И ещё – неправдоподобно-ровный длинный прямоугольник плавучего аэродрома: гигантского составного понтона из вспененного бетонно-пластикового композита. Море плавно приблизилось, а прямоугольник разросся и занял все поле зрения. «Adam-Jetty» с мягким толчком коснулся полосы, пробежал метров пятьсот и застыл около стеклянного павильона. Чатур медленно трижды хлопнул в ладоши. Он всегда отмечал аплодисментами хорошую, качественную работу пилота даже в том случае, если это был стандартный профессионализм.