Доннерджек
Шрифт:
Она лежала под звездами и слушала музыку — глубокие и одновременно резкие звуки, — словно пришла на необычный, редкий концерт. Неожиданно характер музыки изменился, звуки стали громче и мощнее. Теперь они лились не из-под земли, их источник находился где-то совсем рядом. Неужели она задремала?
Лидия встала и обошла вершину холма. Звуки, похоже, доносились с юго-запада, справа от нее.
Мир вокруг посветлел, когда, постепенно поднимаясь по склону, она зашагала навстречу диковинной песне… и вдруг на соседнем холме, в свете недавно взошедшей луны, увидела волынщика. Он стоял совершенно неподвижно, и пронзительные стоны его инструмента наполняли разделяющее их пространство.
Лидия уселась на траву. Вскоре луна начала подниматься, и она разглядела мужчину, что играл на волынке. Ей вдруг почудилось, будто холмы, на которых они находились, сближаются. Позднее, обдумывая это странное происшествие, она вспомнила, что не отменяла своего пожелания оставаться в одиночестве. Следующие несколько дней Лидия собиралась провести, гуляя у моря или среди скал, а затем вернуться в Веритэ. Непонятно…
Лидия не знала, как долго она сидела и слушала пение волынки. Луна поднялась еще выше, и волынщик встал так, что теперь свет падал на него слева, одновременно озаряя и погружая в тень. Высокие скулы, густые брови, маленькая бородка. Темные брюки из грубого материала и темно-зеленая, будто влажная атласная рубашка. Голову украшал берет, а у бедра поблескивала рукоять какого-то оружия.
Он медленно повернулся к Лидии и посмотрел ей прямо в глаза. Потом перестал играть, снял берет и поклонился:
— Добрый вечер, миледи.
— Добрый вечер, — ответила Лидия, поднимаясь на ноги.
— Вулфер Мартин Д'Амбри, к вашим услугам.
— Меня зовут Лидия Хаззард. Вы очень хорошо играете. Как вас обычно называют — «Вулфер», «Мартин» или «Амбри»?
— Я откликаюсь на любое их этих имен, мисс Хаззард. Обращайтесь ко мне как пожелаете.
— Мне нравится «Амбри». А меня, пожалуйста, называйте Лидия.
— Прекрасно, Лидия, — кивнул мужчина, снова поднимая волынку. — Присоединяйтесь ко мне, если вам угодно.
Он начал играть необычно притягательную и легкую, словно дыхание Хранителя, мелодию. Неожиданно для себя Лидия обнаружила, что спускается по тропинке в долину. Музыка парила над ней, пока она шла сквозь тьму, но, оказавшись у подножия горы, на вершине которой стоял Амбри, Лидия сообразила, что теряет волынщика из виду — он уходил на восток.
Девушка поискала дорогу, почему-то решив, что обязательно должна догнать его и продолжить разговор.
Единственная тропа, которую ей удалось отыскать, вела к вершине. Ладно…
Она направилась вверх по склону — из темноты к лунному свету. Звуки волынки удалялись, а когда Лвдия поднялась на вершину, выяснилось, что Амбри действительно уже далеко. Она нашла тропинку, по которой он скорее всего ушел — другой просто не было, — и побежала следом.
Прошло довольно много времени, прежде чем музыка стала громче и Лидия поняла, что расстояние между ними сокращается. Она не заметила, когда местность вокруг начала меняться, возможно, они выбрались на плато.
Ночью все здесь казалось иным: другие запахи, другая земля. Почему она так спешит? Этот человек и его волынка прервали ее идиллическое существование в Вирту. Их никто не звал. Она собиралась вернуться в Веритэ, выйти из состояния транса, как следует поесть, поиграть в теннис, навестить родителей, потом вернуться сюда еще на несколько дней и больше уже не бродить в одиночестве. Однако совершенно неожиданно она оказалась на пороге какой-то тайны. Необходимо найти Амбри.
И тут волынка смолкла.
Лидия побежала быстрее. Может быть, он остановился, чтобы немного передохнуть. Или с ним что-то случилось. Он мог упасть. А если…
Она споткнулась. Упала, вскочила на ноги и помчалась дальше. Ночь вдруг стала холодной, тени перестали быть обычными сгустками тьмы. Казалось, во мраке прячутся чудовища, наблюдают за ней, шевелятся, готовятся напасть. Тропа углубилась в долину, пересекла ручей — Лидии пришлось перейти через него по камушкам, — а потом снова начала подниматься в гору. Сзади послышался грохот камней, словно кто-то гнался за ней, не особенно заботясь об осторожности. Лидия не оглядывалась.
Вдруг волынка заиграла вновь — где-то далеко слева. Поспешив вперед, девушка поняла, что музыка приближается. Но когда ей показалось, что она вот-вот увидит Амбри, среди холмов опять повисла тишина.
Лидия выругалась про себя и в тот же миг услышала шум преследования, а легкий бриз донес до нее свежие запахи моря. Неужели она сделала петлю и вернулась к воде? Лидия посмотрела на луну, пытаясь сориентироваться, но яркий диск завис у нее над головой.
Тогда она решила, что будет двигаться в прежнем направлении. Впрочем, ей пришлось идти медленнее, поскольку вокруг оказалось множество высоких камней, расставленных в долине по какому-то необъяснимому принципу.
Вскоре Лидии почудилось, будто она различает впереди какое-то шевеление. Девушка испуганно замерла и начала вглядываться в темноту, но все снова застыло, точно на картине художника. Тогда она сделала несколько шагов вперед и тут же поняла — справа что-то происходит. На сей раз у нее возникло ощущение, что один из огромных валунов сдвинулся вперед по меньшей мере на дюйм. Затем она с изумлением увидела, как другой громадный камень переместился сразу на несколько дюймов. Потом третий. Четвертый…
Долина ожила. Складывалось впечатление, что камни стоят, а Лидия медленно плывет мимо них. Валун перед ней начал увеличиваться. Она протянула руку и коснулась его. Камень скользнул мимо. За ним другой…
Вдруг кто-то схватил ее за локоть и оттащил в сторону. Лидия вскрикнула и обернулась.
— Простите мою грубость, — сказал Амбри, — но в противном случае они бы вас прикончили.
Лидия кивнула и последовала за ним, как ей показалось, на запад. Теперь камни скользили мимо еще быстрее, хотя ни один из них не раскачивался. Кавалькада устремилась на юг.