Чтение онлайн

Я подняла на него глаза и ответила:

— Да, но мне это не нравилось. У тебя есть гараж, значит надо им пользоваться. Пикап туда не войдёт, а моя машина поместится.

— Здесь нет электропривода для открывания дверей.

— Установим.

— Малыш, я только что установил сигнализацию.

Блин, он сказал, что у него нет денег.

Вот же козёл, этот Денни Лоу.

— Я заплачу, — объявила я.

Он одарил меня чисто мужским взглядом, который ясно говорил, что он не в восторге от того, чтобы я за что-либо платила, поскольку являюсь обладательницей груди и вагины. Этот взгляд предвещал, что при разделении домашних обязанностей мне достанется покупка продуктов, инвентарь для уборки, одежда и постельное бельё, а также необычные безделушки или кухонное оборудование. Гараж был частью мужского мира, и женщинам нельзя к нему прикасаться или усовершенствовать его на деньги женщины.

Потом он мудро решил оставить этот вопрос и попробовать другую тактику.

— Лодка останется на своём месте.

Я повернулась к маленьким, высоко расположенным квадратным окошкам гаража, которые, между прочим, необходимо было помыть, и увидела лодку под пристроенным навесом, куда идеально поместился бы пикап Колта, и тогда ему не пришлось бы счищать снег или лёд.

Я посмотрела обратно на Колта:

— Как насчёт пристроить сбоку что-нибудь для лодки? Ты сможешь ставить пикап на место лодки.

— Похоже, я забыл упомянуть, что установил самую люксовую версию сигнализации, — заметил Колт.

Я приготовилась выдержать ещё один мужской взгляд.

— За пристройку я тоже заплачу.

Я не получила мужской взгляд, потому что вместо этого Колт свёл брови и спросил:

— У тебя столько денег?

— Я перевезла свои вещи к тебе за две поездки, используя две легковушки и пикап, Колт. Я хожу на работу в футболках. У меня мало расходов, — напомнила я. — Каждый месяц я покупаю депозитные сертификаты в трёх разных банках, которые могу погасить в любом филиале по всем Соединённым Штатам.

— Если ты обналичишь свои депозитные сертификаты, то купишь себе кучу туфель на каблуках и новую машину, — сказал он, или точнее, приказал.

И тут я задала вопрос, задавать который не следовало. По опыту я знала не только, что с мужчинами бесполезно обсуждать одежду и поэтому следует избегать таких разговоров, но я также знала, что никогда не следует обсуждать с мужчинами машины. Во-первых, они знают о машинах больше, чем женщины, или точнее, чем женщина, если эта женщина — я. Многие мужчины серьёзно изучают машины всю свою жизнь, но лично меня они мало волновали. Во-вторых, им известно, что они знают больше, а когда мужчинам известно, что знают больше, они обычно ведут себя ужасно самодовольно, когда разговор заходит о машинах. Это само по себе было причиной избегать разговоров о машинах. И в-третьих, они, как правило, оказывались правы, что было самой главной причиной избегать подобных разговоров.

Но даже зная всё это, я спросила:

— А что не так с моей машиной?

— Ничего, просто её построили ещё во времена президента Картера[16].

Теперь он начал меня злить. Мне нравилась моя машина. Да, она была старой. Да, она была маленькой. Да, она была не слишком привлекательной. Но она довозила меня из точки А в точку Б, в ней стояла обалденная стереосистема, и она всегда заводилась.

Ну, почти всегда. Иногда, в очень холодные дни, её приходилось немного поуговаривать.

— Неправда, — заступилась я за машинку.

— Там есть подушки безопасности? — спросил он.

— Нет, — ответила я.

— Её построили во времена, когда подушки безопасности уже существовали?

— Нет, — ответила я, злясь ещё больше.

— Малыш, если ты попадёшь в аварию, твоя малолитражка сложится, как аккордеон, и ты в ней застрянешь, — сказал он, переводя взгляд обратно на гору вещей в гараже, и тон, которым он произнёс следующую фразу, означал, что он принял решение. — Тебе нужен седан.

У меня в голове промелькнули картины того, как я сижу в солидном седане, в котором, скорее всего, ужасная стереосистема. Потом я поняла, что Лорейн ездит на седане. И жена Криса Реники, Фейт. И жена Дрю Манголда, Синди.

И Мелани.

У меня зачесалась шея из-за того, что она начала гореть, потому что я перешла от злости к ярости.

— Мы поговорим об этом позже, — сказала я.

Колт кивнул и обнял меня рукой за плечи, выводя наружу со словами:

— Скоро это дерьмо закончится, и мы отправимся к Рики присмотреть что-нибудь четырёхдверное.

Я решила полностью проигнорировать слово «четырёхдверное», из-за которого у меня кружилась голова, и подозреваю, что, если бы я произнесла это слово, мои волосы моментально посинели бы.

Вместо этого я сосредоточилась на Рики.

Рики Сильвестри владел шестью разными автосалонами в округе, а это значит, что он расширил семейное дело, поскольку во время моего детства его папа владел только четырьмя. Рики был рождён и воспитан продавцом машин и обучал всех своих работников искусству шестидесяти лет продажи автомобилей, передающемуся от отца к сыну. Если мы с Колтом придём в один из его салонов вместе, я сразу же превращусь в женщину-невидимку. Если я приду туда одна, они облапошат меня тремя разными способами.

— Я не буду покупать седан, — сказала я, пока Колт закрывал дверь гаража.

— Я думал, мы собирались поговорить об этом позже, — сказал он, убрав руку с моих плеч, чтобы запереть гараж.

— Мы и собирались, пока ты не упомянул Рика.

— Рик хороший мужик. Он даст нам скидку.

У нас с Колтом явно были разные критерии определения «хороший мужик». Я знала, что Рики всё ещё играет в футбол с Мории и Колтом, когда они собираются вместе время от времени. Я также знала, что Рики умеет пить и молчать во время рыбалки. Но из разговоров с Молли Джефферсон, которая была лучшей подругой Терезы, второй жены Рики, я знала, что он не платит алименты, пока Тереза не займётся с ним сексом или хотя бы не сделает минет. По слухам, он тяжело воспринял уход Терезы, поскольку всё ещё любил её. Что ещё хуже, Тереза всё ещё любила Рики, поэтому занималась с ним сексом или делала минет. И всё же у Терезы не было другого выбора, кроме как уйти, потому что Рики трахал свою секретаршу и об этом знали все, кроме Терезы, пока и она не выяснила.

Поскольку я обычно держала при себе услышанное в баре, я не стала ему ничего рассказывать, а вместо этого сказала:

— Колт, мы говорим не о нас, а о тебе. Я не хочу новую машину.

— А я не собираюсь рвать задницу, чтобы мы с тобой могли пережить это дерьмо с Денни, чтобы потом меня вызвали на место аварии наблюдать, как твоё мёртвое искалеченное тело вырезают из этой смертельной ловушки, на которой ты ездишь, — возразил он.

Ещё один знак того, что быть подружкой копа не так клёво, как мне думалось.