Чтение онлайн

Новый жилец женского общежития окончательно проснулся. Скрипя панцирной сеткой, потянулся, поднялся с ямообразной кровати, надел брюки, кроссовки, натянул майку, взял полотенце, зубную щётку с тюбиком пасты "Поморин" и вышел в коридор. Широко зевая и шаркая подошвами, он пошёл в сторону комнаты для умывания.

— Здрасте, — вылупившейся из гнезда птенец завертел головой, протёр глаза и осмотрел окрестности. Очередь состояла из нескольких особей женского пола в легких халатиках и тапочках на босу ногу. Они собрались возле входа, прислонились спинами к стене, мирно переговаривались, ожидая своей очереди…

— Ты знаешь! — говорила одна другой, красноречиво выпучив глаза. — Она вся в искусстве и мечтает стать киноактрисой. Днями напролёт носится по Москве, знакомиться с писателями, артистами. И когда рассказывает о них, то называет по-простому — Танька, Эдик, Андрюшка. Говорит на следующей неделе пойдет на кинопробы к талантливому режиссеру Эльдарчику…

Макс молча дослушал окончание очередной душераздирающей "правдивой" истории, после чего вежливо произнес…

— Кто крайний?

Грузная полная женщина, таких габаритов, появление которых возможно лишь на свежем воздухе и при наличии натуральных крестьянских харчей (Все городские рядом с ней — жалкие заморыши) подняла голову и крикнула, куда-то через весь коридор…

— Верунчик, в умывалку, ты последняя?

— А что? — ответили откуда-то из глубины одной из комнат, с открытой дверью, по левую сторону коридора.

— Тут, Ларискин ухажёр намулевался. Этот, как его? Моряк! Который с Северного флота. Похоже, мыться собрался. Воон, уже очередь занимает!

— Не, не я… — невидимый голос дал пояснения. — Вроде Райка была последней, из сорок седьмой. У неё спроси.

— Рая, а Ра-а-ай, — громкий позыв, как сирена на пароходе, понёсся в самый конец коридора.

— Чего тебе? — выглянула голова в полотенце.

— Умываться, ты последняя?

— Нет, точно не я. Последней была Лидка Самсонова, а за ней Людочка Толстомехова. Только её уже нету. Она минут десять, как учесарила на работу.

По коридору важно шествуя, с бигудями в руках, к Максиму подошла Лариса Корычева. Сверкнув очками, "прошлогодняя невеста" важно произнесла. — Я, последняя!

— Хорошо, — ободряюще произнес Максим больше для себя, чем для других. — Я за тобой.

— Ничего хорошего, для тебя, не наблюдаю, — официальным тоном сообщила юная заноза. Она переложила коробку с бигудями из одной руки в другую. — Я, буду умываться долго. Очень-очень долго. А потом ещё минут тридцать буду крутить бигуди и петь мои любимые песни. Вот так, ясно!

— Понятно, — расстроился Максим. — Подойду через полчаса. В принципе я не сильно тороплюсь.

— А ты и не торопись, — дереза пренебрежительно выпятила нижнюю губу. — За мной уже заняли очередь Валя, Таня и Раиса. А потом придет Валентина Ивановна с ночной смены. Она ночной сторож-нянечка в детском саду и будет мыться после нас, также… очень долго. Она, знаешь какая чистюля! Так, что твоя очередь, "морячок" будет только к обеду… Понял!!!

Подробно доложив всю обстановку по живой очереди, Лариса театрально заломила руки, надула щеки и хмыкнув, отвернулась в сторону окна.

"Дура, по самые пятки", — Макс обругал её про себя.

"Ладно, соседки — наседки!", — оскорбленный самец с пунцовым лицом вернулся в свою комнату. Ему было обидно. Он буквально кипел от возмущения. Нужно было что-то делать. Причем срочно и немедленно! Не ждать же до обеда, пока эти пигалицы наплескаются как страусы на водопое, а потом начнут крутить фонтаны на голове.

— Хорошо… девушки-красавицы с четвертого этажа! — расстроенный Дон Жуан начал сгибать-разгибать кулаки. — Попросите вы у меня соли в голодный год… Или струны к электрогитаре, когда электричество в розетке закончиться!

— А, я… А, я… А, я — вот, "хрен", вам, чем помогу!!!

Требовательно сузив глаза Макс, уставился на стену. Тут же подчиняясь его приказу, в стене материализовалась военнообязанная дверь. Подчинённая вытянулась в "струнку". Застыла по стойке "Смирно", ожидая приказа.

В голове у оскорбленного высокого начальства (Званием не меньше контр-адмирала или генерала армии) начала формироваться длинная командная строка с перечислением условий которые ей необходимо было выполнить.

— Хочу чтобы…! — мысленный приказ ушел в подпространство.

— Да, и ещё, пусть обязательно будет… — вдогонку полетели тяжелые "как кирзовые сапоги сорок седьмого размера" добавления.

— И не забудь…! — а это уже была приятная добавка в виде "молочной пенки" на десерт.

— Всё ясно?

— И-и-есть, — проскрипела подчиненная, открывая вход в большую умывальную комнату шикарного бунгало расположенного на берегу теплого Индийского океана у Мальдивских островов.

— То та же, — удовлетворительно хмыкнуло высокое начальство, входя внутрь отделанного белоснежным кафелем помещения и особо обращая внимания на большой бассейн с изумрудно-чистой водой. [36]

— А-то, понимаете ли, жди до обеда! Пока мы всем этажом не помоемся! Не накрутимся, не примем ванну. Попьем кофе…

— Ага, счас!

Горьковатый запах зеленой листвы молодых лип и тополей сгустился во дворе Дома культуры. За высокой решетчатой оградой шумела многоголосая Москва. Пробежал по улице, позванивая, совсем пустой трамвай. Недалеко от входной лестницы несколько женщин, пожилых и добрых, на большой клумбе высаживали цветы. Бодрый спортивный марш, гремевший изо всех репродукторов, подбадривал работниц [37] .

Две девчушки, втиснулись в телефонную будку, возбужденно, как будто за ними гнались маньяки, быстро набирали номер телефона. Говорила в трубку одна, вторая, прикусив губу, нетерпеливо постукивала рукой по стеклу и мягко подталкивала первую. Маленький рот её был крепко сжат, серые продолговатые глаза искрились, сама вся так и напружинилась, на румяном взволнованном лице проявлялось радостное нетерпение.

— Аллё, аллё! — стрекозой зачастила первая.

— Неля Сергеевна! Здравствуйте. Неля Сергеевна, это Нина и Лера подруги Аллы из танцевального коллектива "Берёзки". Позовите, пожалуйста Аллочку. Очень, очень, очень надо. Срочно… Пожалуйста.