Шрифт:
Глава 1. Холодный декабрь
Декабрь выдался снежным, вьюжным, сугробов намело столько, что хоть на карачках, хоть ползком через них перебирайся. Давно такого не было, да и весь первый год президентства Пеструхина стал на редкость холодным и пасмурным, вопреки предсказаниям синоптиков – обещанного глобального потепления не было, по крайней мере, в Подмосковье. И на том спасибо, потому как жара и засуха в дополнение к тому, что творилось в Москве тем летом – это было бы уж слишком. Целый день с высунутым языком бегаешь из магазина в магазин, чтобы закупить продукты впрок, а всё равно есть очень хочется.
Слава богу, к декабрю всё как-то поутихло, да и бегать, по большому счёту, стало некуда. Разве что в очередной раз посетить оптовую базу Фуд Сити в Мамырях. Да и что там брать? Кроме уже опостылевшей свиной тушёнки «made in Kiev» и латвийских шпрот ничего съедобного не найдёшь, хоть застрелись.
Вот и сегодня Иван Лукич сумел отовариться в ближайшем супермаркете всё той же свиной гумпомощью из братской Украины, да узбекской картошкой, которая доставлялась обходным путём, через Баку, Батуми и Одессу. Хлеба не было – поленился накануне занять очередь. Сахара давно уже днём с огнём не сыщешь, так что пей теперь чай вприкуску с воспоминаниями о конфетах «Мишка на Севере» и черничном торте.
А с недавних пор возродилась профессия «мешочника». Уже облазили в поисках жратвы всё ближнее Подмосковье, но риск нарваться на заслон тамбовской или костромской полиции удерживал от авантюр – пускались в дальний путь только наиболее решительные и изворотливые, да те немногие москвичи, которые могли рассчитывать на провинциальную родню. Остальные пока присматривались, надеясь, что Калуга, Тверь и Ярославль изменят своё отношение к первопрестольной и снимут продуктовые кордоны. Конечно, голод не тётка, однако не на танках же туда прорываться. К счастью, вентили на газопроводе не решились перекрыть, так что теплоцентрали работали, и с отоплением не было проблем.
Армия пока сохраняла нейтралитет. Вояки заняли круговую оборону, но снабжали их, как положено – продукты со складов госрезерва доставляли в Кубинку, Алабино и Монино на транспортных самолётах либо сбрасывали на парашютах. Тут, если повезёт, можно поживиться – тюки с тушёнкой, овощными консервами и мукой нередко относило ветром за территорию военных городков.
Подразделения Росгвардии разместились поблизости от госучреждений. Ну а полиция… Её и раньше при всём желании не сыщешь, а теперь и вовсе – даже омоновцы переоделись в штатское, однако на улицу не рискуют выходить, предпочитая охранять офисы крупных госкомпаний, банков, торговых центров и бутиков. Только кому теперь нужны все эти побрякушки, заграничное барахло и электроника? Ведь до того дошло, что колбасы и сыра невозможно купить даже за евро и за доллары!
«Всё бы ничего, бывали на Руси времена и гораздо хуже, но, господа хорошие, сколько можно издеваться над людьми? Зачем вся эта хренотень, если в перспективе тебе вместо законной власти в очередной раз подсунут фигу с постным маслом в виде правящего триумвирата или временного комитета по наведению порядка?» Такие мысли крутились в голове Ивана Лукича, пока шёл к дому через парк. Здесь тоже не убирали снег, однако за день жители окрестных домов протоптали тропу, так что даже при потухших фонарях невозможно заблудиться – в магазин вела одна дорога. Шёл осторожно, не глазел по сторонам, думая только о том, как бы целым и невредимым добрести до дому.
Но вдруг показалось, что он здесь не один – на ходу оборачиваться не стал, поскольку есть риск ненароком угодить в сугроб. И тут почувствовал тычок сзади в ногу, словно бы кто-то намекает, что надо дорогу уступить. Подумал: «Видимо, очень уж торопится. Если так, мог бы попросить, хотя на таком морозе если кто и выходит на улицу, то лишь замотав шарфом и рот, и нос – особенно не разговоришься».
Пришлось остановиться и посмотреть, кому там невтерпёж… Это был всего лишь пёс. Ещё пару месяцев назад много таких бродило по округе, ну а теперь в дневное время не встретишь ни кошку, ни собаку. Не хотелось думать о том, куда они исчезли. Но вот этому пока что повезло…
– Что же мне с тобой делать? – пробормотал Иван Лукич. – На прокорм пса лишнюю банку консервов не дадут, а дома у меня и горбушки хлеба не найдётся… Так что извини, приятель! Тут с голодухи как бы самому ноги-то не протянуть…
Видимо, пёс понял. Тоскливо глянул в глаза Ивану Лукичу и, опустив мохнатую голову, убежал куда-то в темноту.
Глава 2. Война столиц
Всё началось ещё года полтора назад, когда президент подписал указ о переносе столицы из Москвы в Санкт-Петербург. Сам тут же перебрался в Зимний дворец, где как раз закончили ремонт, а переезд остальных органов власти отложили до того времени, когда построят комплекс зданий для министерств и ведомств. Дело это долгое, поэтому никто из чиновников особенное не волновался, тем более что после президентских выборов всё могли переиграть – новая метла всегда метёт по-новому. Только мэр Москвы Судыкин всполошился, поскольку город мог остаться без значительных поступлений в свой бюджет и тогда пришлось бы ставить крест на планах превращения Москвы в мегаполис уровня Нью-Йорка или Токио. Однако главы крупных корпораций успокоили – им удобнее держать свои главные офисы здесь, как-никак путь из Москвы на нефтегазовые промыслы Сибири куда короче, чем из Питера.
Вскоре произошло печальное событие – не стало президента. Случилось это через месяц после его переезда в Питер – словно бы предчувствовал скорую кончину. Управлял он государством уже много лет, народ к нему привык, потому и траур объявили на неделю. А через несколько месяцев после похорон состоялись внеочередные выборы – тогда Иван Лукич и оказался в роли правителя Руси. Ему бы никогда не пришла мысль баллотироваться на должность президента, однако некие заинтересованные в его избрании, весьма влиятельные люди попросили, а он не решился отказать. Тогда Иван Лукич не догадывался, зачем им это нужно, всё происходило словно бы в тумане, а когда сообразил, что вправе сделать что-то ради процветания страны, было уже поздно. Своевольного, неуправляемого народного избранника заменили на его полного тёзку – якобы при оформлении документов что-то там напутали. Второй Иван Лукич был стар и немощен, поэтому фактическим главой государства стал премьер-министр Пеструхин, ну и пошло-поехало, причём ни один завзятый политолог не смог предугадать, к чему всё это в итоге приведёт.
Первым делом Пеструхину предстояло найти решение очень непростой задачи. Понятно, что Ивана Лукича Второго надо держать, что называется, на коротком поводке – как бы и он чего не учудил. Однако и хозяйство бросать нельзя – министров два десятка душ, да ещё армия чиновников пониже рангом. К счастью, удалось договориться с главой Госдумы – тот со своим дружным коллективом перебазируется в Питер, а премьер будет наблюдать издалека.
Глава Госдумы Кондрат Васильевич Забродин не стал тянуть кота за хвост – через пару дней переехали все депутаты в Питер, обосновавшись в здании Мариинского театра. А что делать, если для новой думской обители даже фундамент ещё не успели заложить? Срочно приняли постановление, согласно которому балетная труппа театра отправилась во Владивосток, и дальше ей предстояли гастроли по Сибири. А вот с оперными дивами пришлось помучиться – наотрез отказались гастролировать по Средней Азии, мол, не знаем тамошних языков, нельзя же выходить на сцену в обнимку с переводчиком! Сколько их ни уговаривали – теноры, сопрано, баритоны ни в какую, Владивосток им подавай! Но если постановление Госдумы каждый день менять, можно окончательно потерять доверие – речь о доверии тех, кому положено опускать бюллетени в урну. С другой стороны, не отправлять же оперную труппу в Бишкек или Алма-Ату под воинским конвоем, поэтому договорились так: в репертуаре оставят только спектакли на музыку Пуччини и Верди, а народу объяснят, что классику без перевода надо понимать.
Кондрат Васильевич спешил перебраться в Питер не только потому, что боялся оставить президента без присмотра. В его мозгу накрепко засела мысль: «Буду последним дураком, если не воспользуюсь этой ситуацией – Пеструхин далеко, так что пока суд да дело могу вертеть президентом, как я захочу». Куда вертеть, это понятно – желающих выложить крупную сумму за некие преференции в бизнесе более чем достаточно, не один год можно их доить. Раньше они обращались кто к премьеру, кто к министрам, кто к депутатам, а теперь все придут к нему и даже в ноженьки поклонятся: помоги, барин, а то совсем невмоготу, потому что конкуренты, таможенники и налоговики жить спокойно не дают.