Чтение онлайн

Когда наша команда рухнула в омут усталости, когда все затараторили об успешной битве, когда все восхваляли друг друга, хлопали по спинам и готовы были целоваться в дёсны, волк кинулся на Бориса. Никто не ожидал. Я уж тем более. Лежал спокойно на земли и вот на тебе. Грязная дворняга!

Рычание. Рывок. Прыжок.

Что скажут соседи?

— Стой! — кричу я.

Надо отдать должное седовласому. Я не услышал браной ругани, истерического крика в мою сторону. Он даже не потянулся за мечом.

Он рухнул на землю. Борис успел схватить пасть волка. Прямо у самого лица, как Геркулес схватил льва. Все вокруг замерли. Воцарилась полная тишина. Животное, устремившее свой холодный взгляд в лицо Борису, молчало.

Ни рычало.

Ни дёргало головой.

Волк стоял над человеком, ожидая команды. Борис нервно дёрнул головой, взглядом выцепил меня из оцепеневшей толпы.

— Инга… — шипит он.

— Всё хорошо.

Один раз я уже ошибся, но сейчас точно всё хорошо. Когда тебе доверяют — это много стоит. Это приятно. Борис мне верил.

Напряжение в мужских руках медленно испарилось. Борис ослабил хватку. Медленно. Кожаные перчатки хрустнули, высвободив волчью пасть. Все смотрели на происходящее с недоверием. Прям цирк какой-то. Никто не дёргался, не тянулся за мечом. У нас места в первом ряду. Где-то внутри меня, в самой глубине кишок, сквозь моё скользкое тело проскакивала крохотная мысль сомнений, как бы всё это шоу не закончилось плачевно.

Борис опустил руки на землю. Ну, вот и всё, если сейчас волк сорвётся — глотка Бориса лопнет как надувной шарик, залив всех нас горячей кровью.

Волк раздувал ноздри, втягивая человеческий запах пота. Чувствовал он там страх? Нет! Он и не искал там ничего. Мои переживания ушли прочь. Я больше не боялся. Теперь я всё контролирую. Волк ощущает моё спокойствие. Ощущает спокойствие Бориса. Животному ничто не угрожает. Разум больше не разрывался перед чужим выбором, диктуемым извне. Наша связь равнозначна. Я не требую от животного суицидального героизма. Лишь спокойствие.

Волк опускает морду. Почти касается кончиком носа потного мужского лба. Нюхает. И лижет, проводя шершавым языком по щетинистым щекам Бориса, по его подбородку, по его лбу.

— Не-е-е-е-е-е-т! — завопил Борис, уводя морду волка в сторону. — Фу!

Вокруг меня все громко засмеялись. Я растянулся в улыбке. Успокоился. И тоже засмеялся.

Со всеми этими щенячьими нежностями, я совсем забыл про Пича. Пёсик убежал? Или мертв? Связи никакой. Да и почувствовать её как раньше теперь не представлялась возможность. Теперь мой разум занят тремя созданиями. Тремя огромными волками, забирающих всю мою концентрацию.

Как же сложно сосредоточиться. Я как второклассник на уроке русского. Там Илюха зовёт, там Димка что-то мне показывает, а Вован сидит рисует, да так красиво, хоть выставляй на всеобщее обозрение! Волки ведут себя послушно, но для полного контроля не хватает третьей руки с поводком.

А если их станет больше? Если придётся под контроль брать целую стаю? А если альфу? Выдержу я? Не разлетится мой разум на лоскуты?

А если…

А если…

А если…

Все эти выматывающие вопросы можно смело задвинуть в тёмный ящик, но один вопрос там не поместиться. Вопрос острый, обжигающий! Обжигает меня, каждый раз, когда он собирается в слова из кусочков мыслей, словно слова из макаронин в виде букв в горячем супе. Утрачу связь — и всё? Волки кинутся на нас? Убьют? Или убегут прочь, почувствовав свободный ветер в своих головах? Новый факт о волках — их сущность в разы агрессивнее собачей. Я уверен, что разорви я связь с Пичем, и он даже не рыкнет в нашу сторону. А вот волки — это другое.

Мою спину пилили мужские взгляды, но самого главного они не видели. Они не видели моего взгляда. Растерянного, пребывающего в глубоких раздумьях. Их видел только Борис. Он смотрел на меня и всё понимал. Ничего от него не утаить. Он не стал мучать меня расспросами, не стал докапываться до истины, ему хватало того, что я мог управиться с Пичем.

— Идём дальше, — командует он, громко, чтобы услышали все.

Новость так себе.

Зачем? Я так и спрашиваю у него:

— Зачем? Ты получил трёх волков, тебе мало?

Борис кидает резкий взгляд на сидящих возле меня трёх волков. Они успели подойти ко мне, усесться. Они ждали дальнейшей команды.

— Эти ручные щенки нам погоды не сделают, — говорит Борис. — Инга, ты не понимаешь?

— Я всё понимаю, но я боюсь, что взять под контроль еще больше у меня не получится…

— Нет! — он подходит ко мне. — Ты не понимаешь!

Борис встаёт возле меня. Вглядывается в мои глаза и как-то по-отцовски кладёт руку мне на плечо. Он спокоен. Полон решимости. Изломанное временем и боями лицо излучает уверенность, а глаза — извращённую заботу. Возьмись он кормить меня — не остановиться, пока я не лопну. Будет поить водой, пока я не захлебнусь. Он смотрит мне в глаза и говорит:

— Если мы сейчас развернёмся и уйдём домой — ничего не поменяется. Ферму продолжат атаковать. Да и над «Труперсами» эти три серых волчка нам не дадут никакого преимущества.

— Борис, ты не понимаешь… Моё сознание разорвётся, если я попробую сдержать больше животных!

— Сможешь!

— Я даже не знаю, смогу ли я подчинить себе Пича, если мы найдём его живым.

— Инга, ты всё сможешь!

— Борис, я же говорю тебе, я с этими с трудом справляюсь…

— Тебе не нужно всех держать под контролем.

Здорово! И чего я парюсь, сейчас возьму и освобожу всех, распущу нашу банду и пойдём лесом гулять. Я уже хотел вразумить Бориса, но увидев мои ошалевшие глаза, он меня опередил.

— Тебе нужно овладеть только одним. Понимаешь меня?

Я ничего не понимаю.

Борис говорит:

— Ты должна овладеть вожаком. И вот когда ты это сделаешь — вся стая, все волки станут нашими. Он — вожак, альфа, главный волк — он будет ими управлять.

Безумие!

— Мы идём дальше, — говорит Борис, продолжая крепко сжимать мои плечи. — Наша цель — вожак. Пойми…