Чтение онлайн

Пельше яростно выругался по-латышски, стискивая кулачки, а Ю Вэ шагнул к телефону, быстро набрал номер.

– Готовы? – отрывисто сказал он в трубку. – Берите его!

Андропов снова пошел круги описывать, а Пельше сердито насупился, горбясь и глядя в столешницу. Истекла минута… Пошел обратный отсчет второй… Третьей…

Негромкая телефонная трель прозвучала, как сигнал тревоги. Юрий Владимирович рванулся к аппарату.

– Да! Что?.. – он обмяк. – Понятно… Да, конечно.

Замахнувшись трубкой так, словно хотел расколотить телефон, Андропов сдержался, и медленно, бесшумно вернул ее на рычажки. Усталое лицо перекосила судорога.

– «Сегундо» успел куснуть капсулу с ядом, – глухим, дребезжащим голосом доложил он.

– Уш-шел, пёс! – прошипел председатель КПК, бессильно шлепая по столешнице.

– Собаке – собачья смерть, – тяжко упали слова.

Четверг, 8 декабря. Ночь

Северный Йемен, Хамис-Мушайт

Зима, называется… Днем под двадцать пять тепла! Правда, ночью холодает – аж до плюс тринадцати. Пустыня…

Зенков оглядел отбитый у саудовцев аэродром. Ну, это только так говорится – «оглядел». В режиме светомаскировки не много высмотришь. Мелькали, правда, кое-где тусклые огоньки. Иногда даже дверь распахивалась, выпуская желтый накал лампочек.

В темноте особенно четко разносился гортанный арабский говор, в него вплетался звонкий испанский, прикладывался ёмкий русский. Профырчал «УАЗик», окатывая фарами белый фюзеляж «Ил-76». Но не советских, а иракских ВВС – вместо красных звезд на крыльях зеленели треугольники с арабской загогулиной. И тишина…

Лишь однажды ее смял взлетающий «мигарь» – двигун загрохотал на форсаже, заревел, выпуская дрожащий голубой пламень, «гофрированный» фазовыми пережатиями. Истребитель прокатился по ВПП, легко отрываясь от земли, поджимая лапы-шасси, и канул в ночь.

Женька подумал, и залез на теплую броню БМД. Едва он притулился к башне, как зашуршал песок под энергичными шагами, и полоснул луч фонарика.

– Дай руку, сержант, – прокряхтел Марьин. Уцепившись, капитан запрыгнул, и устроился рядом. – Ух! Ну, как тебе тутошние пески?

– Да такие же! – фыркнул Зенков. – Только желтые. Товарищ капитан… А скоро нам… туда?

– Скоро, – в офицерском тоне зазвучала серьезность. – Хм… Ты, говорят, после дембеля в училище намылился?

– Намылился, – утвердительно кивнул Женька.

– Ну, и правильно. Одобряю! Не сопляком поступишь, а «дедом»… Смотри, сержант, вся операция, конечно, секретная, но мы же десант! Должны знать свой маневр. Аль-Хамди – наш человек, русских он уважает. А что йеменцы встали на тропу войны… Так, правильно! Саудиты первыми начали. Ничего себе, заявочки – президента грохнуть! Ну, вот и ответка прилетела… Я, правда, думал, что всё Хиджазом и закончится, ан нет… Иракцы, похоже, «второй фронт» открывают. Могу спорить на что угодно – хотят оттяпать у саудовцев нефтеносные районы в Эль-Хасе! Это там, на востоке, у Персидского залива…

– Ух, ты… Ничего себе… – растерялся Жека. – Так это ж они… Они так всю карту перекроют, что… Ну, молодцы! Это ж сколько нефти загребут!

– Вот-вот… А ты заметил, сержант, как местные реагируют на «захватчиков и оккупантов»?

– Да радуются!

– Во! И так везде – саудиты местных за людей не считают. И на восточном побережье та же картина. Там, на границе с Ираком, шииты живут, так их в Эр-Рияде даже за мусульман не держат! Гнобят по-страшному, вплоть до резни. Вот туда нам и дорога… В тех местах один шиитский шейх проживает, зовут его Хасан аль-Саффар. Он второй год партизанит, гоняет саудовцев, дает жизни ихним карателям! Вот мы ему и поможем… А на границе кучкуются иракцы… Три танковые дивизии – «Навуходоносор», «Медина» и «Хаммурапи»!

– А мы все равно будем первыми! – воскликнул Зенков.

– На то и десант! – ухмыльнулся Марьин. – «Никто, кроме нас!»

Пятница, 9 декабря. Вечер

Москва, улица Малая Бронная

– Нет-нет, Миша, отражение должно идти сразу во все стороны! – голос Игоря Максимовича звучал отовсюду и ниоткуда. – Во-от! – довольно прожурчал наставник. – Отлично! Готов?

– Всегда готов, – разлепил я губы.

Нервный взрыв сотряс меня, отзываясь болью в каждой клеточке, и я поневоле открыл глаза. Тяжело дыша, смаргивая пот, огляделся. Тихо, мирно, спокойно. В камине потрескивают поленья, солидно щелкает маятник в напольных часах «Эрдлей Нортон». А рядом сидит Котов, улыбается и кривит губы в сочувственной улыбке.

– Пропустил… – сипло вытолкнул я, перхая. – А неслабо шарахнуло!

– Слабо, Миша, очень слабо, – покачал головой Игорь Максимович. – По-настоящему сильный ментальный удар способен выжечь мозг! А я так, для острастки… Но вы не переживайте, Миша, успехи ваши просто фантастические! То, чего иные добиваются годами, вы освоили за какой-то вечер. Это очень, очень хорошо! Но давайте сделаем перерыв – на ментальную защиту уходит много Силы… Сейчас я чайку организую!

Котов суетливо убрел, а я, малость отдышавшись и утерев лицо влажным полотенцем, включил телевизор – вот-вот должна была начаться моя любимая «Международная панорама». Больше всего мне нравилась подача материала – с любопытными подробностями, через личное мнение, и без сухой выжимки, как во «Времени».

В полном согласии с боем часов, на телеэкране заиграли, задрожали «Vibrations», фоном озвучивая анонсы, и вот из телестудии глянул на меня толстый, лохматый, усатый Бовин. Развалясь в кресле, он заговорил слегка задыхающимся голосом, словно удерживал на весу немалую тяжесть:

– Добрый день, товарищи! Прошедшая неделя принесла немало сюрпризов на международной арене, но самое пристальное внимание мировой общественности обращено сейчас к Ближнему Востоку…

Под жесткий ритм пошла картинка: танки с зелеными флагами, нарисованными на башнях, валко катятся по барханам… Хищные силуэты «Ми-24» преследуют их, беспощадно жаля НУРСами… Арабы в белом радостно вопят, а мимо печатает шаг королевская гвардия Хусейна, иорданского монарха…

– Саудовская Аравия с первых лет своего существования сшивалась на гнилую нитку, – вещал голос Бовина за кадром. – Практически все земли вокруг Эр-Рияда были захвачены в грабительских войнах, а их население низведено до третьесортного, порой рабского состояния. Неудивительно поэтому, что жители Хиджаза встречали иорданцев и йеменцев, как освободителей. Именно этим объясняется столь быстрый исход конфликта. По соглашению, подписанному на днях в Аммане, Северному Йемену отошли бывшие саудовские провинции Наджран, Асир и Джизан, а Иордания восстановила суверенитет над Мединой, Меккой и остальной территорией Хиджаза. Что любопытно, – камера вернулась в студию, – ни из Вашингтона, ни из Лондона, Парижа или Бонна не последовало резкой реакции на происходящее. Туземные разборки не заинтересовали белых господ. Но вот вторжение иракских войск и захват приграничных, теперь уже бывших саудовских провинций Хаиль и Эль-Худуд-эш-Шамалия вызвали настоящую бурю негодования. Европа и Америка испугались потери важнейшего источника нефти! Боевые корабли с военно-морских баз США Джуфейра и Манама, что в Бахрейне, вышли в море, с аэродрома на острове Диего-Гарсия поднялись «Б-52», но все эти страсти-мордасти не испугали Багдад. Наступление на Эль-Хасу, где сосредоточены основные нефтепромыслы, успешно продолжается, саудиты драпают, бросая оружие и танки…