Бумеранг
Шрифт:
Она прошла от порта пешком, вращая лёгкой, непокрытой головой – в поисках отеля. Не пропускала ничего, что приковывало взгляд, и несколько раз остановилась у бархатно-бордовых гирлянд незнакомых ей цветов. Они щедро стекали по заборам и стенам белых домиков, и Лена попеняла себе, что не прихватила фотоаппарат.
Увидев наконец-то вывеску трехзвёздочного отеля, она прямиком направилась к нему, уверенная заранее, что тут и поселится.
Вход украшала кафельная мозаика в виде ковра: синий с нежной терракотой переплетались в этнический узор, наверняка испанского толка. Номер, стоимостью восемьдесят марок с завтраком, Лену устроил. Она закинула в пляжную сумку купальник с полотенцем и вышла на улицу.
Солнце придавало пространству атмосферу праздника.
Телефон-автомат цвета морской волны словно напоминал, что Лена находится неподалеку от водной стихии. Со свойственной этой стихии непредсказуемостью, автомат проглотил доверенную ему монету. Другой разменной валюты у Лены не нашлось, и она, довольная найденным ночлегом, отложила звонок Инне и миллионеру до завтра.
Пляж, до которого оказалось рукой подать, затаился в бухте. Укрощённый с двух сторон стального цвета камнями, океан не бушевал здесь высокой атлантической волной, которой Лену пугал Рихард.
Жёлтый, мелкий песок оказался мокрым после прилива, и Лене пришлось устроиться на прогретых за день камнях, как это сделали некоторые.
Распрямив спину, раскинув руки и вытянувшись, она буквально растеклась по камню и почувствовала себя замеревшей ящерицей, слившейся с природой.
Вот оно, счастье. Шум мягкой волны и восклицания чаек, как звукоряд мечты, окончательно подтвердили, что предыдущие девять месяцев ознаменованы достойнейшим образом.
На следующий день Лена дозвонилась до Инны, и та эмоционально защебетала:
– Так! С прилётом! Миллионера зовут Манфред. Он ждёт твоего звонка!
– Инна, а может, я сначала поселюсь, приду в себя…
– Нет, он сказал, что поселит тебя в хорошем месте. И готов встретить. Не менжуйся!
– А он в курсе, что я уже прилетела?
– В курсе, в курсе! Записывай телефон…
Выдержав некоторую паузу, Лена набрала телефон Манфреда.
Он ответил не сразу – наверное, поправлял галстук перед виртуальной пока дамой…
– Добрый день, господин Манфред! Меня зовут Лена.
– Добрый день, госпожа Лена! Рад приветствовать. Вы уже в аэропорту? Инна сказала, что Вы прилетаете сегодня.
– Нет, я уже третий день здесь.
– Третий…? – удивился миллионер.
– Да, и буду на Гран Канарии только завтра. Вам удобно меня встретить вечером?
– Да, но… А почему Вы на другом острове? Инна сказала, что Вы летите сюда.
– Так получилось, что я приземлилась на Ла Пальме, и слава Богу! Мне интересно перемещаться с острова на остров.
– А… Так где Вы сейчас? – в голосе миллионера послышалось недоумение, словно Лена совершала неадекватные действия.
– На Тенерифе. Так Вы меня встретите, Манфред?
– А какого цвета у Вас глаза? – вдруг спросил мужчина невпопад.
– Серые, а что?
– Нет, ничего… – промямлил миллионер. – Во сколько Вы будете и где точно?
Уточнив время и место встречи, Лена облегчённо повесила трубку. Всё-таки миллионеры – народ отягощённый.
Миллионер, навязываемый Лене Инной, заведомо не увлекал воображение женщины, привыкшей во всем полагаться на собственные силы. Пусть встретит, так и быть, но дальше она «сама-сама-сама».
Приехав в порт Санта-Крус, Лена без проблем приобрела билет на ближайший паром и поплыла навстречу приключениям.
Телефон Инны странно молчал. Оставалось надеяться, что миллионер сдержит слово и встретит её в половине седьмого вечера на портовом причале острова Гран Канария. Для удобства узнавания себя, она надела всё белое: брюки, блузку, балетки. На плечи небрежно набросила кремового цвета джемпер.
Чайки не долетали до середины Атлантики, ветер гулял в других пределах, и ничто не нарушало покоя мощной стихии. Утомительно ровный горизонт походил на первые пробы художника без полёта фантазии.
Лена дремала в кресле у иллюминатора и только по встающим с мест пассажирам догадалась, что прибыла на Гран Канарию.
Несколько раз поправив волосы, она усмехнулась: хоть миллионер – и не король Испании, а волнение-то тут как тут: женское тщеславие не дремлет…
Причал, на который она ступила, оказался подозрительно пуст. Пассажиры мгновенно рассортировались по орбитам, и Лена осталась стоять одна. Вся – в белом.
Прошло минут двадцать. Она уже прикидывала, что предпримет в крайнем случае, как вдруг к ней медленно, на бесшумных тормозах, приблизился болотного цвета лимузин «БМВ».
Конец ознакомительного фрагмента.