Болтушка
Шрифт:
– Эй, Тонто, - позвал меня папа, - мы что, так и будем тут стоять, как два трусливых саженца, или ты наконец познакомишь меня с одноклассниками?
Я попробовала было объяснить, что сейчас не время: вот-вот начнется бег в мешках и вообще все нервничают.
– Только ты и нервничаешь, Тонто. Как можно выиграть забег, если ты - сплошной комок нервов? Давай-ка ляжем и сделаем дыхательные упражнения, тебе нужно расслабиться.
Он снял шляпу, растянулся на траве и начал медленно вдыхать через нос.
Стоявшие неподалеку родители поглядывали на нас с удивлением. Ребята хихикали.
– Пап, - сказала я, - если ты сейчас же не встанешь, я сброшу тебе на голову чугунное ядро.
Он пожал плечами, но все-таки встал. Тут к нам подошла мисс Даннинг.
– Привет, Ро, - кивнула она мне.
– Здравствуйте, мистер Бэтс.
Я объяснила папе, кто это, и он расплылся в улыбке.
– Кенни Бэтс, - представился он, - рад познакомиться (тут он взял мисс Даннинг за руку и тряс ее лет сто).
– Ро мне рассказывала, какой вы первосортный учитель.
Мисс Даннинг скромно улыбнулась, а папа повернулся ко мне и спросил, замужем она или нет.
И я в миллионный раз поблагодарила судьбу за то, что со мной он разговаривает руками.
Все равно мне хотелось пойти и зарыться в яму для прыжков в длину.
– Похоже, придется и мне подучить язык жестов, - весело сказала мисс Даннинг. Потом извинилась и убежала, потому что Дэррин Пек раздобыл где-то стартовый пистолет и приставил его к голове другого мальчишки.
– Какая славная, - сказал папа.
– Ну что ж, пошли дальше знакомиться.
Как всегда, меня раздирали два противоречивых желания. Бросить папу и пойти отсидеться в туалете, чтоб никто не догадался, что он со мной. Или остаться и приглядывать за ним, чтоб не попал в беду.
И, как всегда, я осталась.
Он подошел к мужчине и женщине, которые в сторонке о чем-то разговаривали со своим чадом.
Он уже сказал: «Здравствуйте, отличный денек сегодня!» - и протянул руку, когда до меня вдруг дошло, что кудрявое чадо - не кто иной, как Аманда Косгроув, чемпионка по бегу на сто метров.
А мистер Косгроув уже пожал папину протянутую руку и с кислым видом оглядывал папу с головы до ног, когда я и его узнала: тот самый дядька в коричневом костюме, что так сердито смотрел с соседнего крыльца, когда нас выставили из молочного бара.
Я попыталась было улыбнуться Аманде, но она уставилась в землю. А может, на папины сапоги из игуаны.
– Добрый день, - вежливо сказал папа, пожимая руку миссис Косгроув.
Миссис Косгроув смотрела на него как-то испуганно, а ее свободная рука судорожно сжимала сумочку.
– Хороший костюмчик, - сказал папа, подмигнув мистеру Косгроуву, и пощупал отворот его пиджака.
– Держу пари, содрали с вас за него втридорога. Эти нынешние цены на одежду - просто безобразие!
– У меня свой магазин мужского платья, - процедил мистер Косгроув.
– Вон оно что! Везет же некоторым, - не растерялся папа и дружески ткнул его в бок.
– Э-э, вас-то мне и надо! В прошлом году на концерте Карлы Тэмуорт один парень из ее группы вышел в такой рубахе: ярко-розовой, атласной, сзади черная бахрома, а на груди рисунок - черная гитара. Я хотел купить такую же, да нигде нету. Может, пошарите у себя на складе?
– У нас не бывает атласных рубашек, - ответил мистер Косгроув, совсем уж ледяным голосом.
Папа взглянул на него с изумлением.
– Так закажите!
– воскликнул он.
– Вот увидите, они отлично продаются. Я себе, например, каждые два месяца покупаю новую.
По лицу мистера Косгроува не было похоже, что он вот прямо сейчас побежит заказывать полный грузовик атласных рубашек.
Аманда тронула меня за плечо.
– Нам пора, - шепнула она.
И правда, мистер Фаулер как раз объявил в мегафон, чтобы все участники стометрового забега собирались у линии старта. Ребята подходили и выстраивались по возрасту. Мы с Амандой направились было к ним, но тут я увидела, что папа как-то странно смотрит на грудь миссис Косгроув.
По ее платью ползла небольшая серовато-коричневая бабочка.
Папа шагнул к ней.
– Не двигайтесь!
– приказал он.
Миссис Косгроув замерла от страха.
– Плодожорка, - прошипел папа.
– Если у вас есть яблони или груши, эта сволочь их изничтожит почище крылатых ракет.
– У нас нет...
– начал было мистер Косгроув.
– А у меня есть, - сказал папа, и рука его резко спикировала на бабочку.
Но она увернулась, забилась под платье и теперь трепыхалась где-то сбоку.
Миссис Косгроув слегка взвизгнула.
– Замрите!
– скомандовал папа.
– Сейчас я ее достану.
Платье было без рукавов. Папа ухватил миссис Косгроув за плечо, а другую руку засунул ей под мышку.
Миссис Косгроув взвизгнула погромче.
Мистер Косгроув вцепился в папу и оттащил его от своей жены.
– Эй вы, поосторожнее!
– пропыхтел он.
– Все в порядке, - успокоил его папа, - я ее поймал.
Он разжал кулак и продемонстрировал мистеру Косгроуву то, что осталось от бабочки.
– Вы!
– крикнул мистер Косгроув, - вы просто невоспитанный, скверно одетый, назойливый тип! Шли бы вы... домой и оставили бы нас в покое.
Папа уставился на него с таким растерянным и обиженным лицом, что мне захотелось плакать.
– Аманда Косгроув и Ровена Бэтс, - рявкнул в мегафон мистер Фаулер, - подойдите к линии старта!
Тут папа взял себя в руки.
Он смерил мистера Косгроува презрительным взглядом.
– Придержите язык, - отчеканил он, - я всего лишь пытался помочь.