Чтение онлайн

Он снял рубашку.

Этот мужчина. Я открыла камеру на своем телефоне и, притворившись, что делаю селфи, вместо этого сфотографировала его.

Когда-нибудь это фото будет обоями на моем экране. Когда-нибудь, когда нам не придется прятаться у всех на виду.

Я быстро сделала селфи, на котором послала воздушный поцелуй в камеру. Это было фото, которое я отправила ему, когда скрылась в раздевалке, чтобы принять душ.

К тому времени, как я оделась и закончила сушить волосы феном, было уже далеко за пять. Во всех кабинетах, мимо которых я проходила, было темно. Во всех кабинетах, кроме одного.

Я замедлила шаг, оглянулась, чтобы убедиться, что за мной никто не наблюдает, затем прошла мимо открытой двери кабинета Торена. Я планировала только помахать, но, когда подняла руку, чья-то рука схватила меня за запястье и потащила в его кабинет.

Торен оказался на мне в ту же секунду, как дверь захлопнулась, прижав меня к стене, а моя сумка с глухим стуком приземлилась у наших ног. Он поднял обе мои руки над головой, прижав их к бетону за моей спиной.

— Тор…

Он заставил меня замолчать поцелуем, его язык скользнул внутрь, переплетаясь с моим. Затем он прикусил мою нижнюю губу, и все протесты по поводу того, что мы целовались в его кабинете, улетучились.

Я замурлыкала, когда он поцеловал меня глубже, одной рукой все еще обхватывая мои запястья, а другой мою задницу, крепко сжимая ее через легинсы.

После тренировки он переоделся в джинсы и расположил одно из своих массивных бедер между моими, чтобы я могла потереться об него. Боже, это было невероятное трение. Я застонала, прижимаясь к нему всем телом, уже влажная и жаждущая большего.

Поцелуй Торена не был мягким или нежным. Это было наказание, которое он обещал за то, что я завела его в спортзале. Поцелуй был жестким и влажным, и когда он, наконец, оторвался от моих губ, я осталась с улыбкой на лице.

— Привет. — Я рассмеялась.

Он ухмыльнулся.

— Привет, детка.

— Мне это нравится. Целуемся в твоем кабинете. Но…

— Наверное, это не должно стать привычкой. — Он вытер рот, затем ослабил хватку на моих руках. Но прежде чем отпустить меня, он расположил их между нами и поцеловал мое запястье. — Когда-нибудь я приведу тебя сюда после игры, и мы будем трахаться у стены и на моем столе. Мы будем безумствовать, только ты и я.

Когда-нибудь.

— Ты и я.

Его рука коснулась моего лица, его большой палец скользнул по моей щеке, когда он посмотрел на меня сверху вниз. Его глаза долго изучали мои, прежде чем он открыл рот, как будто собирался сказать что-то серьезное.

Как будто он собирался сказать то, что я надеялась услышать неделями.

Раздался стук в дверь.

И прежде чем Торен успел его остановить, а я — спрятаться под столом, в комнату вошел Форд Эллис.

Глава 27

Торен

Выражение лица Форда было непроницаемым, пока мы шли из моего кабинета в его.

Блять.

Блять. Блять. Блять.

Позади нас раздался звук захлопывающейся стальной двери. Это, наверное, была Дженнсин покидавшая полевой дом. Она, не теряя времени, схватила свою сумку, и как только Форд скрылся за дверью, бросила на меня испуганный взгляд и выскочила из кабинета.

Это было несколько секунд назад. Минут. Казалось, прошли часы. Время замедлилось.

Нарастала паника, и с каждым ее оглушительным ударом мое сердце опускалось все ниже и ниже.

Это было оно. Это был конец. Годы, которые я провел в «Университете Штата Сокровищ», летели коту под хвост. Моя карьера была закончена. Моя репутация погублена.

И все потому, что я захотел поцеловать Дженнсин, всего один раз, перед тем, как она уйдет на весь день.

О чем, черт возьми, я думал? Что со мной было не так? Поцелуй в кампусе. Я заслужил увольнение за то, что был гребаным тупицей.

Все покинули здание. Иначе я бы не затащил ее в свой кабинет. Когда я вышел из спортзала, во всех кабинетах было темно. Все разошлись по домам на ночь.

Кроме Форда.

Свет в его кабинете был выключен. Я проверял. Но он, должно быть, был наверху с Милли.

Дерьмо. Форд мог уволить меня, но так или иначе, ей нужно было позволить остаться в университете. Она заслужила выпуститься. Даже если она потеряет стипендию, я найду способ оплатить ее обучение в последнем семестре.

Я провел рукой по лицу, когда мы вошли в его кабинет.

Он закрыл за нами дверь, и ее тихий щелчок был как удар ножа по моим ребрам.

Мой самый старый друг в мире собирался меня уволить. Я не представлял, что сегодняшний день закончится именно так, но если это конец, то, наверное…

Я бы предпочел, чтобы это был Форд, а не кто-то другой.

Мы смотрели друг на друга несколько долгих, мучительных мгновений, пока Форд не приподнял брови.

— Ты собираешься объяснять или как?

Я вздохнул и сник.

— Не уверен, что тут есть что объяснять.

— Это была студентка, верно? Волейболистка?

— Да. — Я сглотнул. — Дженнсин Белл.

— Соври мне. Скажи, что ты делал ей искусственное дыхание.

Я рассмеялся.

— Я не могу этого сделать.

— Черт возьми, Торен, — застонал Форд и, обойдя свой стол, плюхнулся в кресло. Он указал на свободное место напротив себя. — Это происходит на самом деле? Мы действительно ведем этот разговор? Она студентка. О чем, черт возьми, ты думаешь?

С чего бы начать? Я сел, упершись локтями в колени и сцепив руки, словно в молчаливой мольбе о том, что, может быть, не вся надежда потеряна.

— Я влюблен в нее.

Мне казалось неправильным говорить ему об этом до того, как я сказал Дженнсин, но это была правда. И, похоже, только с правды и можно было начать.

— Она — то, что мне нужно.

Форд моргнул и покачал головой, как будто неправильно меня расслышал. Но затем замешательство исчезло, и он посмотрел на меня с такой жалостью, что стало больно.

Мы оба знали, что я в полном дерьме.

— Я встретил ее этим летом, — сказал я ему. — До того, как ты переехал в Мишн. Я понятия не имел, что она в волейбольной команде. Она не знала, что я тренер. Мы нашли общий язык. Когда я понял, что она студентка, я попытался. Клянусь, Форд. Я старался держаться от нее подальше.