Чтение онлайн

Пронзительный визг раздался не только со стороны северной стены замка, где должен был находиться мой главный противник, но и от той дымчатой твари, что он натравил на меня. И оказалось, что визжащих при развоплощении тварей я уничтожил несколько. Еще два похожих вопля донеслось откуда-то справа, из-за стены замка. Этот мерзкий, пронзительный звук был ужасно неприятным, но сейчас он стал музыкой для моих ушей, ведь ознаменовал желанную победу.

Я открыл глаза и с ужасом глянул на свои, в нескольких местах пробитые шипами ноги и на изуродованную после усиления «луча» правую руку. Кончики пальцев почернели. Ногти поплавились и вздулись. От них в нос ударил неприятный горелый запах. Пока я не почувствовал соответствующий этому жуткому виду приступ острой боли, с моих губ слетело уже пятое за сегодня заклинание «лечения».

Последствия атаки магической нежити на замок лорда Кинвала оказались катастрофическими. За каких-то пять минут три ядовитых морока выкосили восемьдесят процентов его обитателей. С учетом парней из городской стражи и нескольких плотников, погибло девяносто шесть человек. Часть слуг была убита уже превратившимися в зомби мертвецами. Установить точное количество жертв оказалось не так просто, так как после моего «луча» ни одного представителя восставшей нежити не осталось. Считали погибших по разбросанным в коридорах кучкам одежды. Не всегда удавалось сходу установить, кому они раньше принадлежали.

Арчибальд был крайне подавлен случившимся. Не мог смотреть кучке выживших людей в глаза, словно это не Лич, а он сам приложил руку к трагической гибели слуг. Много хороших людей погибло, а ни одна из бесполезных нахлебниц-наложниц не пострадала. Эти фифы, шесть пышногрудых барышень в нарядных платьях, узнав обстоятельства произошедшей бойни, тут же пожелали покинуть замок. Все, как одна, они быстро собрали свои тюки с шмотками, и погрузив их в одну из повозок, в спешке отправились в город. Им, видите ли, страшно находиться в месте, где погибло так много народу.

Скатертью дорога, но дурной пример оказался очень заразителен. Вслед за наложницами замок барона пожелал покинуть оружейник, потом кузнец с сыновьями и его жена, работавшая пекарем. Их примеру последовали несколько молодых девиц из прислуги. Началась цепная реакция и через час замок, фактически, опустел.

Я думал, годами служившие при лорде Селвише слуги, не посмеют самовольно покинуть его наследника, но, как оказалось, страх смерти сильнее. Без мясников из тайной службы, приставов и гарнизона бряцающих оружием наёмников, сам по себе, лорд Арчибальд не являлся для людей непререкаемым авторитетом. В замке остался лишь чудом выживший в мясорубке Седрик, глухая и подслеповатая старуха-горничная и пара молодых конюхов. По непонятным причинам Ядовитый морок не напал на лошадей, обогнув конюшню стороной, что и спасло им жизнь.

Чтобы отблагодарить оставшихся слуг за верность, барон тут же объявил, что они получат в следующем месяце двойное жалование. Его широкий жест не особо повлиял на напуганных мужчин. Два дня ходившие по замку слухи о том, что лорд Кинвала перешел дорогу Альянсу Магов, сыграли свою роль. Оставаться рядом с господином было опасно. В итоге, конюхи тоже пожелали уйти, выкупив у лорда две недорогих лошади и навьючив на них свои скромные пожитки.

***

В гостиной замка висела гробовая тишина, как в самых глубоких и темных уголках его подземной темницы. Лорд Арчибальд расположился в изголовье длинного стола и, собственноручно наливая в бокал вино из глиняного кувшина, спросил:

– Надеюсь, хоть вы, леди Ризольда, не покинете меня в такой тяжелый момент?

– Если меня не будут кормить, поить, и никто не принесет мне в комнату теплой воды, у меня не останется выбора, как искать себе другое, более пригодное для жизни место обитания, - уклончиво ответил я.

– Не беспокойтесь, я уже отправил Седрика в город с объявлением о наборе новой прислуги. Скоро перед воротами выстроится толпа желающих служить в замке. Нелегко будет заново организовать удобный быт, но мои закрома полны припасов и вина. Только копченого и вяленого мяса целый погреб. Голодать вам точно не придеться. Я приглашу сюда умелых стражников из Западного форта, там есть и отличный повар. А эти несчастные люди пусть идут куда хотят. Они слишком напуганы тем ужасным событием, что им пришлось пережить. Я даже могу их понять. Увидеть своих друзей и их родственников в виде ходячей нежити – вынести такое не каждому под силу. Раз слуги сами решили уйти - так даже лучше. Если у провинции новый хозяин, то и обновление прислуги в его замке тоже не помешает. Я не собираюсь заставлять подданных, служить мне против их воли. Вот увидите, они еще горько пожалеют, что сбежали.

Было очевидно, что Арчибальд чувствовал себя уязвленным и лишь искал отговорки, чтобы представить ситуацию в выгодном для себя свете. На самом деле, он был напуган внезапным вторжением нежити не меньше своих слуг, но не мог просто взять и сбежать, оставив решение проблемы на кого-то другого.

– Как считаете, это Альянс подослал сюда это жуткое создание?

– Возможно, - ответил я, хотя, после осмотра останков Лича, у меня возникла другая версия о причинах его появления.

Черный балахон и рубаха с колотым отверстием в районе груди принадлежала одному из магов Альянса, что я спрятал в северном лесу вместе с телегой. Все бандиты, превратившиеся в зомби, и один Лич был уничтожен мною в ночь битвы с Альянсом, а куда делся второй мертвый маг, я даже не задумался. Теперь он объявился и наделал дел.

Я чувствовал свою вину за смерть сотни людей. Этот Лич – совершенно точно, был моим упущением. Чувство вины тяжелым грузом давило на моё сердце, особенно, когда барон принялся благодарить меня за своё спасение, спасение жизней слуг замка и оказавшегося под угрозой истребления города. Тяжело слушать похвалу, если ты сам виновник беды.

Поддавшись порыву, я тоже налил себе бокал местного, кисловатого вина и после третьего бокальчика наклюкался так, что очнулся уже утром, и не где-нибудь, а в постели барона. Как я попал в его спальню, вообще не мог вспомнить. Помнил лишь, что вино быстро ударило в голову и стало очень легко и весело. У Арчибальда, вдруг, прорезалось чувство юмора, и мы смеялись с ним над какими-то очень смешными ситуациями. Даже не помню, в какой момент меня вырубило.

Благо, было совсем не похоже, что у нас с лордом случилось что-то непоправимое. Он валялся рядом, облаченный в одежду. Скорее всего, мы ужрались в доску и упали дрыхнуть в ближайшей кровати. Я приподнялся на локтях и чуть не умер от стиснувшей виски боли. А-а-а! Жуть какая, вот оно жестокое утреннее похмелье! Кроме адской боли в тяжелой, чугунной голове, меня еще и мутило, а когда я поднялся на ноги, то оказался весь в менструальной крови. Ну, что за наказание! Прижав к паху какое-то попавшееся под руку тряпье, я покинул спальню и проковылял на первый этаж, где застал суетящуюся у очага старуху.

В замке было всё так же безлюдно. Где толпа желающих лизать барону пятки? Неужели Седрика кто-то похитил по дороге, и он не донес до города объявление о найме. Старуха помогла мне с нагревом порции теплой воды. Я отмылся от очередной раз вымазавшей меня до пят крови и отправился в свою комнату. Дверь оказалась заперта на ключ, а он лежал в мешочке, что я, вместе с ожерельем, оставил в гостиной.

Пришлось топать по длинному коридору назад в центральное здание. Я нашел свой мешочек с ключом, но сверток с ожерельем пропал. Моё сердце ушло в пятки от волнения. Я искал его на столе, под столом и даже сходил в спальню к Арчибальду, но его нигде не оказалось. Вовремя появившийся Седрик поспешил меня успокоить и сказал, что это он забрал ожерелье. Использованная мной ткань прогорела и задымила всю комнату. Артефакт чуть не устроил пожар, воспламенив деревянную столешницу. На том месте стола, где я оставил сверток, и вправду виднелись черные, горелые следы. Седрик тут же сходил в какую-то потайную комнату и вынес мне новую шкатулку, в которую уложил моё сокровище. Чтобы уберечь деревянную шкатулку от прогорания, старик заполнил её песком.