Чтение онлайн

Но каким чертом он сможет выбраться из госпиталя? Он просто долженполучить назад свою одежду! Не может же он бежать в белой ночной рубахе. (Билл Хэлл сказал, что комендантский час начинается в 22.00.) Не может же он изображать лунатика. С железными ногами, торчащими из-под ночной рубашки! Как можно думать о таких глупостях. Ему нужнодостать одежду и нужноуничтожить записку.

У него же есть трубка и спички.

Наконец Бадер придумал, пристегнул протезы, задрав рубашку, и вышел из палаты. Часовой преградил ему путь, но Бадер указал в сторону туалета. Часовой кивнул и пропустил.

Закрывшись в туалете, он сжег записку, держа ее за уголок. Бадер усмехнулся, представив, как глупо он выглядит в ночной рубашке, с торчащими из-под нее протезами. Затем он бросил пепел в унитаз и спустил воду.

Он вышел обратно в коридор. Часовой с трудом сдержал усмешку. Бадер понимал, что немца развеселил его дикий вид. И тут его осенила идея. У него появился шанс.

Когда позднее пришел врач, чтобы еще раз осмотреть его культи, Бадер жалобно сказал:

«Слушайте, мне вернули мои протезы, но я не могу разгуливать в этой дурацкой рубашке. Это выглядит просто жутко».

И он рассказал об ухмылках часового, извиняющимся тоном добавив:

«Я уверен, вы меня поймете. Мне нужна хоть какая-то одежда. Даже в постели эта рубашка меня ужасно беспокоит. Она натирает мои культи».

Доктор посмотрел на него, подумал немного, а потом улыбнулся.

«Ну ладно, я думаю, в вашем случае можно сделать исключение. Я скажу, чтобы вам вернули одежду».

Отлично! Сработало.

Через полчаса немецкая медсестра принесла одежду, положила ее на табуретку возле кровати, улыбнулась Бадеру и ушла. Хэлл сказал завистливо:

«Я не думал, что нужно потерять ноги, чтобы вернуть брюки. Я чувствую себя дурацки в этой рубашке».

Теперь нужно выбраться из госпиталя! Он долго думал об этом. Последняя проблема, но самая сложная. Не стоит даже и пытаться пройти по коридорам и лестницам. Часовые караулят там всю ночь. Они схватят его и снова отберут одежду. Бадер подошел к окну и посмотрел вниз во двор. Может быть, «английские агенты» Люсиль помогут ему.

Бадер все еще сидел на окне, когда появился щеголеватый молодой граф с Рыцарским Крестом на шее. Он пришел вместе с товарищем. Увидев Бадера, граф улыбнулся.

«Рад видеть вас снова на ногах. Смотрите, мы принесли пару бутылок шампанского. Может, пойдем и выпьем их вместе?»

Они взяли Бадера с собой с кабинет доктора, находившийся этажом ниже. Врача не было, и они отлично расположились в кабинете. Хлопнула пробка. Бадер впервые попробовал шампанское со времени повторной свадьбы с Тельмой, только на сей раз компания была не столь приятная.

Судя по всему, граф сбил несколько английских самолетов, однако он был достаточно сообразителен, чтобы не упоминать об этом и не спрашивать у Бадера, сколько немцев сбил тот. Ни он, ни его товарищ не задавали скользких вопросов, хотя оба весело трепались о своей тактике и самолетах. Граф сказал, что они постоянно сидят в кабинах в готовности. В это время он читал книги. Бадеру они понравились. Оба немца были людьми того же склада, что и он сам. Ему хотелось бы иметь таких пилотов в своем крыле. Эта война была чертовски глупой.

Граф пообещал:

«Скоро у вас может оказаться три ноги. С разрешения рейхсмаршала Геринга Люфтваффе радировали в Англию на международной частоте. Они предложили разрешить английскому самолету свободный пролет с вашим протезом. Мы дадим им высоту, курс и время, когда его следует сбросить над Сент-Омером. — Он вздохнул и развел руками. — Никакого ответа. Я думал, они захотят».

Бадер весело рассмеялся.

«Готов поспорить, что они сбросят протез вместе с бомбами. Им не нужен ваш свободный пролет».

Граф дружелюбно улыбнулся и поднял стакан.

«Мы будем наготове. Будем надеяться, что следующий протез не собьют».

А затем он сказал еще кое-что. Подполковник Галланд, который командовал аэродромом Виссан, расположенным недалеко от Сент-Омера, посылает свои поздравления подполковнику Бадеру и приглашает к себе на чашку чая. Граф мягко добавил:

«Мы не собираемся вас допрашивать. Он просто хочет познакомиться с вами. Как говорит Галланд, вы товарищи, хотя и воюете на разных сторонах».

Бадер был заинтригован. Отказываться было просто глупо. К тому же он сам был не прочь познакомиться с Галландом (вероятно, они уже встречались в воздухе). Он привносил аромат рыцарства в современную войну. Вдобавок, Бадер получал шанс посмотреть, как обстоят дела у немцев, какие порядки на истребительном аэродроме Люфтваффе, чтобы сравнить их с английскими. Может, ему удастся вернуться домой на «мессере».

«Я буду рад принять приглашение», — сказал он.

«Отлично. За вами придет автомобиль», — пообещал граф.

И они дружно прикончили вторую бутылку.

* * *

Пришел автомобиль, который вел маленький лысый инженер Люфтваффе. День был солнечным, вполне подходящим для небольшой прогулки. Они подъехали к небольшому симпатичному домику из красного кирпича. У дверей стояли немецкие офицеры — это был их клуб. Когда Бадер выбрался из машины, к нему подошел симпатичный офицер примерно его возраста, темноволосый, с тонкими усиками. На лице у него были видны следы ожогов, а мундир украшало множество орденов. На шее висел Рыцарский Крест с Дубовыми Листьями и Мечами — одна из высших немецких наград. Он протянул руку и представился:

«Галланд».

Бадер протянул руку в ответ и вежливо сказал:

«Рад познакомиться. Меня зовут Дуглас Бадер».

Галланд не говорил по-английски, и в качестве переводчика выступал тот самый инженер. Остальные офицеры подошли поближе, щелкая каблуками, когда их представляли. Галланд увел Бадера с собой, в небольшой садик, окруженный живой изгородью. Он вежливо и тепло произнес:

«Я рад видеть, что с вами все в порядке, и вы опять здоровы. Как вам удалось выпрыгнуть с парашютом?»