Чтение онлайн

Бадер попросил Уокера и Тьюлитта:

«Подтолкните меня через эту чертову ногу».

Они толкнули его, Бадер снова вынес правую культю вперед, и его снова толкнули. Потом он двинул вперед левую ногу, и так, шатающейся, неловкой походкой с помощью двух человек он прошел через комнату. Автоматизм движений пропал полностью Перед каждым шагом ему приходилось размышлять, что следует сделать, а потом сознательно напрягать мышцы. Когда его тянули вперед не столь сильно, Бадер чувствовал, как выставленная нога ощутимо толкает его назад. В конце концов он шлепнулся на другой стул и с чувством произнес:

«Это просто ужасно».

Десуттер успокоил:

«Так всегда в первый раз. Не отчаивайтесь. Первые шаги всегда даются тяжело. Фактически вы заново учитесь ходить, причем по совершенно новой системе. Здесь может помочь только практика, как при игре на пианино. Не беспокойтесь. Вы привыкнете, хотя это может занять и полгода».

Бадер посмотрел на него с кривой усмешкой.

«Не говорите глупостей. Через пару дней я хочу встретиться с девушкой, и я к этому времени должен научиться ходить».

Десуттер немного ошарашенно сказал:

«Вам очень поможет трость, когда нужно перенести вес тела через выставленную вперед ногу».

Бадер упрямо стиснул челюсти.

«Только не для меня! Сюда, вы, двое. Попробуем еще раз».

Уокер и Тьюлитт подняли его, но на сей раз взяли за локти, вместо того чтобы закидывать руки Бадера себе на плечи.

«Попытайтесь делать короткие шаги. Так будет легче научиться», — посоветовал Уокер.

Бадер послушался, и дела сразу пошли лучше. Помощники все еще подталкивали его вперед, но теперь Бадер не останавливался, как вкопанный, когда выносил ногу вперед, особенно правую. Втроем они несколько раз медленно прошлись по комнате. Наконец Бадер приноровился так переносить вес тела, что инерция сама вела его через выдвинутую ногу.

Наконец Десуттер сказал:

«Давайте попробуем укоротить правую ногу на полдюйма. Может, это поможет».

Бадер сел и отстегнул правый протез. Уокер и Тьюлитт унесли его, а через полчаса вернулись. Теперь правая культя уходила в гнездо на полдюйма глубже. Бадер снова пристегнул протез. Уже не нужно было преодолевать такой высокий барьер, и он чувствовал себя гораздо увереннее. Ходить не стало легче, просто это перестало быть совсем невозможным. Однако он по-прежнему ощущал себя неуклюжим и еле держался. С чужой помощью он еще несколько раз пересек комнату, а потом сказал:

«Хватит. Теперь я попробую сам».

Уокер и Тьюлитт осторожно отпустили его. Бадер дернул локтями, чтобы оттолкнуть их, и сделал первый шаг. Потом еще 3 или 4 неуклюжих рывка, и он схватился за брусья, чтобы не упасть. Бадер буквально повис на них. Но его мокрое от пота лицо сияло. Повернувшись к Десуттеру, он сказал:

«Ну, а теперь можете забрать свои проклятые палки».

Десуттер восхищенно рассмеялся:

«Я еще не видел людей с одной ногой, которые сделали бы нечто подобное».

Уокер и Тьюлитт были тоже поражены. Десуттер добавил:

«Я думаю, что на сегодня довольно. Вы должны чувствовать сильную усталость».

Это было чистой правдой. Бадер весь взмок и был утомлен. Правая культя была стерта и начала болеть. Когда он снова пристегнул деревяшку, Десуттер предложил снова попрактиковаться через пару дней. За это время он покрасит протезы и доведет их до ума. Бадер взял костыли и вышел из комнаты. Теперь он чувствовал себя на деревяшке странно и неловко. Когда он вернулся в Оксбридж, Стритфилд весело заметил:

«А, снова долговязый Джон Сильвер. Я думал, ты вернешься на своих двоих».

Бадер ответил:

«Я собирался. Но я забыл чистую пару носок».

Однако вечером, когда он улегся в постель, бравада куда-то улетела. Происходящее совсем не походило на то, что он представлял. Внутри закопошился червячок сомнения. Но Бадер успокоил себя, что потренируется еще немного, и все будет хорошо.

Через несколько дней он вернулся в Рухэмптон и обнаружил, что протезы выкрашены тусклой желтой краской. Десуттер объяснил:

«Сквозь носок этот цвет выглядит почти как настоящая кожа. И не спрашивайте меня, почему».

Снова Уокер и Тьюлитт водили его по комнате, и снова это было настоящей пыткой, хотя и не столь ужасной, как в первый раз. Спустя некоторое время Бадер попросил держать его не так прочно. Его лишь придерживали за локти, а он сумел пересечь всю комнату. Но тут перед ним появилась новая проблема. Он не мог поворачиваться. В отчаянии опершись о стену, Бадер возопил:

«А теперь-то что делать?!»

Его аккуратно развернули, но, когда он добрался до параллельных брусьев, повторилось то же самое. Он просто не мог повернуть свои протезы. Когда он дошел до противоположной стены, то сделал небольшой полукруг, придерживаясь за нее. После 2 часов упражнений Бадер уже чуть не падал от усталости.

Когда он отстегивал протезы, Десуттер признался: «Никогда бы не поверил, что это возможно. Никто из нас ничего подобного не видел».

Уокер и Тьюлитт опасались, что он сотрет культи, но все оказалось нормально. Бадер хотел забрать свои протезы, но Десуттер заявил, что их следует немного подогнать.

Прекрасным весенним утром Бадер снова приехал в Рухэмптон, чтобы забрать свои протезы. Ему грезились самые радужные перспективы. Наверное, так чувствует себя женщина, когда покупает новое шерстяное пальто. Десуттер в углу комнаты установил 3 невысокие деревянные ступеньки с перилами. Когда Бадер получил свои протезы и сделал пару кругов по комнате, он впервые попытался подняться по лестнице. Он обнаружил, что это довольно просто, когда опираешься на перила. Держишься рукой, левую ногу на ступеньку, подтягиваешь правую и так далее. Слава богу, у него еще осталось одно колено, чтобы поднять себя. Иначе это было бы невозможно. В это же утро он научился самостоятельно вставать из кресла. Двумя руками опираешься на сиденье и на левой ноге поднимаешь себя.